«Шел снег. Он нес с собой разгром и пораженье. Впервые голову склонил орел сражений. За императором брели его войска, А позади была горящая Москва. Шел снег». Зачем отказывать себе в удовольствии привести эти прекрасные строки Виктора Гюго, которые, наверное, уже не учат в школе, в предисловии к книге об отступлении из России? Мари-Пьер Рей (Marie-Pierre Rey), профессор истории России и СССР из Сорбонны и автор биографии Александра I (Flammarion, 2009 год), не смогла устоять перед таким соблазном. Потому что главное в российской кампании, ее ключевое событие, как мы помним, это отступление. Нельзя отрицать, что 19 октября 1812 года, когда потерявший контроль над ситуацией Наполеон решил оставить Москву, решилась судьба всей его имперской авантюры.

Как бы то ни было, в тот момент никто из главных действующих лиц еще не мог оценить значение этого события. Мари-Пьер Рей показывает, что хотя продвижение вперед Великой армии Наполеона (400 000 человек 20 национальностей) с перехода через Неман в июне 1812 года до вступления в Москву 14 сентября совершенно не было похоже на обычные для Наполеона победоносные кампании, в российском лагере не стали гордиться успехами. Стратегия Александра I в этой войне, по всей видимости, была продумана далеко не лучшим образом. Нам с вами известен конец всей этой истории, и поэтому перед нами встает соблазн рассматривать его через призму логики и рациональных решений. Таким образом, победу российской армии над Наполеоном можно считать результатом двух тактических ходов и удачным образом сложившихся погодных условий.

Читайте также: Россия против Наполеона

Во-первых, упорядоченное отступление. Во-вторых, тактика «выжженной земли». В-третьих, «генерал мороз» сделает все остальное. Однако Мари-Пьер Рей говорит, что на самом деле все было не так. Отступление российской армии объяснялось не тактическим решением, а страхом противника, выжженная земля - это результат панического бегства, а «генерал мороз» в одиночку не мог нанести Наполеону такое поражение: немалую роль в нем сыграли успешные военные операции Кутузова. В действительности до взятия Москвы в российском лагере царило нешуточное смятение.

Решение Александра назначить главнокомандующим мудрого и осторожного Барклая-де-Толли вызвало резкую критику. Отступление из Москвы и пожар были не просто не поняты, а восприняты в штыки. В таких условиях мы с удивлением обнаруживаем, с какой резкостью и прямотой сестра царя Екатерина описывает своему августейшему брату настроения в обществе: «Недовольство дошло до высшей точки, и Вашу особу далеко не щадят... Вас громко обвиняют в несчастье, постигшем Вашу империю, во всеобщем разорении и разорении частных лиц, наконец, в том, что Вы погубили честь страны и Вашу личную честь. И не один какой-нибудь класс, а все классы объединяются в обвинениях против Вас… Я предоставляю вам самому судить о положении вещей в стране, главу которой презирают». Ответ царя оказался на редкость смиренным. В частности он посетовал на отсутствие у себя таланта к военному делу, тогда как его противник зарекомендовал себя настоящим гением. Таким образом, в самый разгар войны в России будущий победитель, как мы видим, отнюдь не уверен в себе.

Главный интерес в книге Мари-Пьер Рей представляет в первую очередь описание невероятных ужасов войны (тысячи погибших, жестокое обращение с пленными в обоих лагерях, чудовищные сцены каннибализма) и неуверенность в ее исходе. Что касается Наполеона, стремление, наконец, навязать противнику генеральное сражение не дало ему осознать критичность сложившейся ситуации. Ложное ощущение победы под Смоленском и Бородино и непоколебимая уверенность военачальника, который продолжал единолично править своей империей (так, например, указ о создании «Комедии Франсез» был составлен в Москве и лишь затем задним числом подписан в Париже), лишь упрочили его заблуждения. Как бы то ни было, в российском лагере царило не меньшее смятение. Так, сражение на Березине, которое во Франции всегда приводят как пример полного разгрома, в тот момент было воспринято в Росси как поражение ее собственной армии. И не без причины, потому что в военном плане Наполеон смог избежать катастрофы, что в дальнейшем, как пишет Мари-Пьер Рей, дало французской армии возможность «восстановиться и привело к продлению конфликта еще на два года».

Еще по теме: Россия празднует победу над Наполеоном огнем и пушечными выстрелами


Такие масштабы сражения и расширение исторической перспективы нашли отражение в книге «Россия против Наполеона» (Russia Against Napoleon) британского историка и специалиста по Российской Империи Доминика Ливена (Dominic Lieven). Описанная им история берет начало в 1807 году в Тильзите, когда Наполеон заручился союзом с Россией Александра I, и заканчивается в 1814 году в Париже, где тот же самый Александр гордо выступал на параде победителей во главе казацкой кавалерии. Книга привлекает внимание по меньшей мере по трем причинам. С одной стороны, главная тема - это Россия, а не Наполеон. С другой стороны, автор демонстрирует прекрасное знание вопроса. Более того, его предками были балтийские князья из рода Ливенов, который дал Александру немало ценных соратников. Наконец, он очень убедительно освещает несколько связанных с тем периодом вопросов и, в частности, подчеркивает решающую роль, которую сыграла Россия Александра I в конце наполеоновской авантюры.

Получившему продолжение в официальной советской истории толстовскому мифу о войне, победу в которой одержал простой народ, Доминик Ливен противопоставляет личные качества всего российского военного руководства (а не только Кутузова). К тому же, он доказывает, что «генерал мороз» не стал единственной причиной поражения наполеоновской армии. Превосходство российской кавалерии (именно лошадь, уверяет он, победила в войне) оказалось не менее значимым фактором. Кроме того, он пытается убедить нас, что результат всего предприятия многим обязан стратегическому видению Александра. Хотя российский царь по его собственному признанию и оказался неважным военным, он проявил себя великим политиком. Его стремление покончить с Наполеоном не получило единодушной поддержки в российском правящем классе. Значительная часть российского общества, которая, кстати говоря, высоко ценила французский язык и культуру, не считала нужным менять континентальное господство Франции на гегемонию имперской Англии. Другими словами, Александру понадобилась завидная решимость, чтобы довести до Парижа войска, которые удовольствовались бы переходом через Неман остатков Великой армии.

читайте также: Французские газеты 1812 года о пожаре Москвы

«Россия против Наполеона» - это талантливо написанная история о российской кампании, которая заставляет нас по-новому взглянуть на привычные вещи. Вам обязательно следует ознакомиться с этой «виртуозной книгой» и «мастерской работой», чтобы понять те восторженные отзывы, которых удостоила ее The Times Literary Supplement после выхода в Великобритании.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.