Приближается годовщина нашего освобождения от нацистской оккупации. В этот день закончился Протекторат. В этот день началось отмщение нацистским коллаборационистам. Этот день стал предвестником тоталитаризма.

 

Старшее поколение еще помнит, как с 5 по 9 мая по телевизору показывали фильмы, где превозносился героизм советских солдат, героизм пражских повстанцев, героизм членов коммунистического сопротивления. Символом того времени была ветка сирени и танк с номером 23, который коммунистическая пропаганда выдавала за прославленный Т-34, хотя на самом деле это был ИС-2. В коммунистических агитках, воспевавших не только освобождение, но и наше вступление в лагерь мира и социализма, многое предавали забвению.

 

Забывалось о настоящих освободителях Праги, которые тоже были русскими, но «неправильными». Они были бойцами Русской освободительной армии, которая воевала на стороне нацистской Германии, чтобы освободить Россию от социализма и тоталитаризма. Командовал РОА герой генерал Власов. Да, ему было присвоено звание Героя Советского Союза за успешную оборону Москвы. За нее его так же произвели в генерал-лейтенанты. Когда под Волховом он попал в немецкий плен, Власов понял, что потерял для Сталина всякую ценность, и, вернись он из плена, его ожидала бы смерть. Смерть, уготованная предателям, к которым русские относили попавших в плен к немцам.

 

Печально, что многие понимают всю чудовищность режима только тогда, когда становятся его жертвами. И такими жертвами были все русские, украинцы, казахи, армяне, грузины, которые попали в немецкий плен. Эта позиция Сталина была известна всем чехословацким коммунистам, которые искали убежища в Москве. Об этом знал и генерал Гелиодор Пика, который по поручению Лондонского правительства в изгнании формировал чехословацкий отряд в СССР и вытаскивал чехословацких граждан из ГУЛАГа. Однако коммунисты отблагодарили его петлей на шее. Известно это было и доктору Бенешу, который в 1943 году подписал в Москве договор о дружбе между Чехословакией и СССР и специальный протокол о послевоенном сотрудничестве. Затем был еще договор от восьмого мая 1944 года о сотрудничестве чехословацких и советских органов на территориях, которые будут освобождены. Вероятно, неслучайно за всем этим в апреле 1945 года последовала Кошицкая правительственная программа, подготовленная коммунистами. Программа, которая исключала правые партии из политической конкуренции в освобожденной Чехословакии, навязывала коллективную вину немцев и венгров и послужила основой для послевоенных конфискаций и национализации. Все это совершалось с согласия доктора Бенеша.

 

Таким образом, основа для нашего вассального подчинения Москве была заложена еще за два года до окончания войны. А ведь в то время никто не знал, когда она закончится и чем. Тем не менее Бенеш слушал не членов законного лондонского правительства в изгнании, а московских коммунистов и решил, что после войны Чехословакия будет ориентироваться на СССР. Правительство в Лондоне он просто поставил перед фактом, как и Уинстона Черчилля, премьер-министра страны, которая дала правительству Чехословакии убежище и оказала ему всяческую поддержку.

 

Вот почему американская армия не смогла дойти до Праги, хотя не только генерал Паттон, но и Уинстон Черчилль требовали вступления американских войск в Прагу. Важно было не просто освободить Прагу, а освободить ее «политически правильными» силами. Но в результате это привело к новым жертвам, например, среди членов семьи Власты Калаловой — ди Лотти в Бернартице под Писеком. Уникальная женщина, которая была одним из лучших врачей Первой республики, прожила свою жизнь в Ираке, куда поехала добровольно. Смелая женщина, которая в личном письме попросила помилования для Милады Гораковой. Ее книга «Доктор в доме трубачей» — вероятно, самая трогательная книга из всех.

 

Тогда нас освободил СССР. Вопреки умилительным картинкам коммунистической пропаганды, освобождение принесло кражи и изнасилования. Самой известной жертвой была наша актриса Квета Фиалова. Наших людей угоняли в советские лагеря (7 422 человек), где погиб и чехословацкий генерал Войцеховский. Он был царским офицером, который эмигрировал после большевистского путча и проигранной Гражданской войны в Чехословакию, где во время оккупации нацистской Германией участвовал в сопротивлении («Народная оборона»).

 

Так же русские вели себя в Польше, Венгрии, Румынии, Болгарии, а отчасти и в Австрии, Литве, Латвии, Эстонии. Последним трем странам не повезло особенно: они дважды пережили советскую оккупацию. Сначала в 1940 году, а потом в 1944. Всюду, куда ступал советский солдат, приходил НКВД, создавались просоветские правительства, то есть коммунистические. Кое-где сохранялась иллюзия демократии, как, например, в Чехословакии. Но это была только иллюзия, создаваемая для успокоения западных союзников. Советский Союз пришел не освобождать нас, а оккупировать. Оккупация началась с концом Протектората, когда в Чехословакии осталось несколько тысяч советских инструкторов и сотрудников НКВД. 1968 год только закрепил положение.

 

И все же, проходя мимо памятника Красноармейцу, положите, если можете, ему цветы. Эти люди на самом деле воевали против оккупантов. Они воевали не за коммунизм, не за Сталина, а за свою родину и были такими же жертвами коммунизма, как и граждане Чехословакии.