Генеральный секретарь НАТО Андерс Фог Расмуссен (Anders Fogh Rasmussen) объясняет, почему участие европейцев в военных операциях в Афганистане способствует укреплению внутреннего равновесия в Североатлантическом альянсе.

Le Croix:
Союзники США обещали отправить в Афганистан дополнительно 7000 солдат. Какова в этом доля стран НАТО, и какой будет их роль внутри объединенной натовской группировки?

Андерс Фог Расмуссен: В Афганистане у нас сейчас сложился альянс из 44 стран. И мы не делаем никаких различий на основании их вклада в общее дело. Обещанное подкрепление в 7000 солдат превзошло все наши ожидания. Это настоящий успех. Кроме того, некоторые страны заявили, что подождут результатов конференции по Афганистану, которая состоится в Лондоне 28 января, и мы вполне можем рассчитывать на дополнительные подкрепления. Разные страны помогают нам различными способами, в том числе и отправкой инструкторов.

Сейчас также крайне важно усилить наши программы по подготовке и обучению, так как они являются ключевым элементом нашей стратегии, которая позволит постепенно передать всю ответственность за ситуацию в стране в руки самих афганцев. Мы должны и дальше готовить афганских солдат и полицейских, и для этого нам как раз и нужны инструкторы.

- Некоторые страны НАТО по-прежнему налагают ограничения на использование своих солдат в Афганистане, чтобы свести их участие в боевых действиях к минимуму. Что вы об этом думаете?

- Я согласен с мнением генерала МакКристала, который утверждает, что страны должны согласиться на максимально гибкое использование своих войск. Это значительно повысит эффективность наших операций и позволит командующим лучше решать поставленные задачи. Поэтому я был рад узнать, что несколько стран готовы частично или полностью отказаться от таких ограничений.

- Какие аргументы вы использовали для того, чтобы убедить союзников расширить свою поддержку?

- Мой первый аргумент – это будущее альянса и его внутренне равновесие. Если нам нужен сильный и полезный для всех альянс, то мы должны сделать так, чтобы и американцы считали его таковым. Поэтому, когда они увеличивают свой контингент, остальным союзникам следует поступить точно так же в соответствии с принципом солидарности.

Американская администрация согласилась на более многосторонний подход – чего как раз и добивались европейцы, – подчеркнув, что миссия в Афганистане является миссией всего альянса, а не только одних США. Если европейские союзники не согласятся с отправкой дополнительных войск, когда это необходимо, боюсь, как бы американский народ не спросил у своих лидеров: "А окупается ли вообще этот многосторонний подход?"

Свой третий аргумент я адресую тем странам Евросоюза, что входят в НАТО. ЕС недавно принял Лиссабонский договор, в котором предусматривается усиление общеевропейской политики безопасности, которое, безусловно, является шагом в верном направлении. Если европейские страны не хотят, чтобы эти их обязательства остались лишь на бумаге, они должны согласиться на отправку солдат тогда, когда это необходимо. Я призываю все страны альянса разделить это бремя.

- Президент Обама назначил начало вывода американских войск на июль 2011 года, что тогда произойдет?

- Во многом это будет зависеть от состояния афганских сил безопасности на тот момент. Если условия позволяют, мы постепенно передаем ответственность за безопасность страны в руки самих афганцев, провинция за провинцией, район за районом, по мере того как растут их собственные возможности. Очень многое будет зависеть от качественного и количественного уровня афганских сил безопасности в 2011 году. Сказать что-то определенное сегодня довольно сложно, ведь этот процесс определяется целым рядом условий.

- Французские власти намерены дождаться результатов конференции в Лондоне в конце января, прежде чем выносить свое решение об отправке подкреплений. Чего вы ожидаете от Франции?

- Французские солдаты сейчас находятся в одной из горячих точек Афганистана, и мы высоко ценим их вклад в успех нашей миссии. Я знаю, что президент и правительство Франции придают большое значение роли НАТО в Европе. Франция говорит об укреплении европейской безопасности, и для этого необходимо, чтобы Европа прилагала больше усилий в этом направлении и была готова внести свой вклад, когда это потребуется. Уверен, что французское правительство прекрасно это осознает.

- Что принесло Североатлантическому альянсу возвращение Франции в объединенное командование?

- Я от всей души приветствую полную интеграцию Франции в структуры НАТО. Это пойдет на пользу самой Франции, Европе и альянсу. Это решение усиливает роль НАТО на международной арене, а также роль европейских стран внутри альянса. Способствует оно и продвижению общеевропейской политики безопасности. Кроме того, позиции Франции укрепились, что подтверждается тем фактом, что французский генерал Абриаль возглавил в сентябре командование НАТО по трансформации.

- Франция намеревается продать России боевой корабль. Что вы думаете об этом?


- Такая торговля оружием, несомненно, отвечает всем международным правилам и соглашениям. Я не рассматриваю Россию как угрозу нашей безопасности. Надеюсь также, что и русские поймут, что НАТО не является их врагом и не представляет для них угрозы.

Опасения прибалтийских стран и некоторых наших союзников вполне понятны. Мы все должны осознать, насколько эти вопросы чувствительны для тех стран с исторической точки зрения. Действия России против Грузии и крупномасштабные военные учения у границ этих государств, конечно же, лишь усилили эту обеспокоенность. Безопасность Европы только выиграет, если нам удастся уменьшить напряженность в отношениях России и НАТО и добиться настоящего стратегического партнерства.

- Общественное мнение большинства европейских стран настроено против войны в Афганистане. Как вы объясняете европейцам необходимость участвовать в афганской кампании?


- Мы должны вспомнить о том, что корни террористической атаки 11 сентября 2001 года лежат в Афганистане. Теракты в Лондоне, Мадриде и Стамбуле были также организованы Аль-Каидой и другими экстремистами. Наша цель –  не допустить, чтобы страна вновь превратилась в убежище для террористов.

Если мы уйдем из Афганистана, террористы смогут расширить свое влияние по всей Средней Азии, не говоря уже о риске дестабилизации ситуации в Пакистане, который, как всем известно, входит в ядерный клуб. В Афганистане мы боремся за безопасность всех европейцев, и мы останемся там пока не закончим свою работу.

- То есть и после июля 2011 года?

- Это будет зависеть от многих условий, но лично мне кажется, что мы там будем и после 2011 года.