Берлин (IDN). Американские военные утверждали, что они усвоили один урок после вьетнамской катастрофы – необходимость иметь «стратегию выхода» перед тем, как начинать войну. Хотя выражение «стратегия выхода» - всего лишь эвфемизм: когда количество тел увеличивается, а перспектива одержать победу в войне становится призрачной, то именно в этот момент и надо убираться, чтобы сохранить лицо.


В 1980-х годах стратегия выхода принимала разные формы. С одной стороны, в США была отменена обязательная воинская повинность, и вооруженные силы страны стали формироваться на добровольной основе. Таким образом, молодежь из среднего класса – главное действующее лицо движения в защиту мира в конце 1960-х и начале 1970- годов - могла теперь оставаться дома и наблюдать за возникающими войнами по телевизору. Место этих молодых людей заняли те, кого мы можем назвать американским «люмпен-пролетариатом» - это темнокожие молодые люди из бедных семей без каких бы то ни было перспектив в гражданском обществе, а позднее к ним присоединились еще и молодые иммигранты из Латинской Америки. Таким образом, даже если количество тел и будет значительным, никого особенно это волновать не будет.


Кто был тот первый американский солдат, которого убили в Ираке в 2003 году? Уроженец Гватемалы, полуграмотный нелегальный иммигрант и сирота, который видел в вооруженных силах США самый простой способ получить заветную зеленую карту (green card).


С другой стороны, основная часть стратегии выхода вооруженных сил США включала в себя по необходимости три других варианта. Во-первых, спасение «блестящей маленькой войны» времен Тедди Рузвельта (Teddy Roosevelt)  - это он является автором знаменитой фразы: «Говори  тихо, но держи наготове большую дубину; и тогда ты пойдешь далеко». Рузвельт использовал эту большую дубину в борьбе против ослабевшей испанской армии и установил контроль над Кубой, Пуэрто-Рико и Филиппинами в ходе стремительной войны в конце 19-го столетия. Когда Испания попросила мира, государственный секретарь Рузвельта Джон Хей (John Hay) восславил «великолепную маленькую войну». Она, действительно, была и великолепной и маленькой. По крайней мере для США – противник был слаб, война коротка, а добыча огромна.


В 1980-е годы администрация Рональда Рейгана стала вновь говорить громко и держала наготове большую дубину. Однако, несмотря на суровые речи администрации и большие инвестиции в вооруженные силы, США при Рейгане далеко не заходили. Соединенные Штаты гордились тем, что совершили агрессию против такого ужасного неприятеля как Гренада, а также нанесли бомбовый удар по ливийской столице Триполи.


Суррогатные армии


Вторая стратегия состояла в том, чтобы создать или вооружить суррогатные армии для борьбы с теми врагами , которых Вашингтон хотел уничтожить. Это были «контрас», боровшиеся против революционного правительства сандинистов в Никарагуа, войска Саддама Хуссейна в борьбе против Ирана и афганские боевые командиры, воевавшие против России. Это была также великолепная идея – заплатить коррумпированным и безжалостным дуракам для того, чтобы они воевали против наших врагов. Даже если количество тел было большим, а война была проиграна – это вас уже не интересовало. Пушечное мясо было не вашим. И, строго говоря, война также не имела к вам никакого отношения.


Третья стратегия состояла в атаке с воздуха при минимальном участии сухопутных сил – как раз для того, чтобы избежать подсчета тел. После бомбового удара по Панама Сити – еще один ужасный враг – Джордж Буш старший использовал атаки с воздуха для того, чтобы заставить Саддама уйти из Кувейта в начале 1990-х годов. Позднее в том же десятилетии Уильям Клинтон также использовал стратегию без участия пехоты в «блестящих маленьких войнах» на Балканах, в частности при бомбардировке Белграда.


Однако эта стратегия продемонстрировал свои ограничения, когда речь зашла о том, чтобы бороться с противников, который скрывался в таких местах, где нечего было бомбить, как это было, к примеру, в Сомали. Там в дело должны были вступить солдаты пехоты – однако они столкнулись с таким врагом, который был еще более безжалостным, чем самые крутые «джи ай». Когда ваши ребята убивают врагов, какие бы средства они для этого не использовали, вы гордитесь их успехами, и даже, возможно, превозносите их как смелых защитников ваших ценностей.


Но когда враги кромсают ваших солдат, жестокость войны у вас вызывает удивление. В Сомали Клинтон не думал о стратегии выхода или о возможной потери лица – хуже этого было наблюдать за тем, как окровавленных американских солдат таскали по пыльным улицам Могадишу (Mogadishu), где они и погибали.


Затем в 2000 году пришел Джордж Буш младший и вечная «война против террора». Советники Буша, судя по всему, были убеждены в том, что вооруженные силы США непобедимы и поэтому не занимались разработкой стратегии выхода или подсчетом тел.


Поэтому они вторглись в Афганистан и в Ирак. Особенно в Афганистане они понятия не имели об истории и местных особенностях. Жаль, что они не читали мемуары Уинстона Черчилля или военных баллад Редьярда Киплинга. Они могли бы, по крайней мере, спросить своих новых друзей в Москве о приобретенном ими недавно опыте в Гиндукуше. Если бы они это сделали, они бы не стали спешить и бросаться в эту трясину, не имея продуманного и спасающего лицо варианта выхода.  Им бы тогда также не пришлось говорить о развитии, формировании государства и демократии.


Вместо этого они нанесли бомбовый удар и установили контроль над Кабулом и его окрестностями. Помимо убийства тысяч гражданских лиц, особого успеха они не добились. Спустя почти десять лет США и их союзники  -  хотя они и образовали «самый мощный военный альянс в истории» - судорожно ищут выход из афганского тупика. После себя, вероятнее всего, они оставят коррумпированную, пораженную наркотической заразой истерзанную страну, контролируемую теми же самыми полевыми командирами, которых они раньше презирали, но все это теперь уже не важно. Важно сейчас одно – не быть погребенным на этом кладбище империй.