В молодости Сираджуддина Хаккани (Sirajuddin Haqqani) друзья называли щеголем. То, как причесаны его густые черные волосы, интересовало его намного больше, чем борьба за контроль над Афганистаном, которую его отец, бывший в восьмидесятых годах одним из лидеров моджахедов, вел с Советским Союзом.


Г-н Хаккани-младший до сих пор, по словам тех, кто его знает, неравнодушен к своему внешнему виду. Однако достигнув средних лет и взяв на себя повседневное руководство отцовскими боевиками, он начал столь же безжалостно, как и отец, бороться за освобождение Афганистана от иноземного влияния. На этот раз в роли врага выступают Америка и ее союзники.


Из опорных пунктов на границе между Афганистаном и Пакистаном «сеть Хаккани» ведет свою кампанию, которая делает действия афганских повстанцев еще более кровавыми. Он расширил использование террористов-смертников, на которых «Талибан» начал опираться лишь в последние несколько лет. По мнению американских официальных лиц, в понедельник именно его бойцы осуществили нападение с участием смертников и с использованием огнестрельного оружия и взрывчатки на правительственные здания и дорогой отель в Кабуле. В результате этой акции, нападавшими, семеро из которых погибли, было убито пять человек.


По словам полевых командиров, г-н Хаккани также причастен к теракту 30 декабря на американской военной базе на севере Афганистана, в ходе которого агент «Аль-Каиды» убил семерых сотрудников Центрального разведывательного управления. Он также организовал прошлогоднее нападение на гостиницу ООН, унесшее жизни пяти работников международной организации, и ряд других терактов в столице.
В одном из своих редких интервью, данном в прошлом месяце The Wall Street Journal по электронной почте и по телефону, г-н Хаккани провозгласил: «Мы сумели взять афганское правительство в осаду. Мы почти не несем потерь, зато врагу можем нанести очень тяжелые потери».


Это ставит под сомнение один из ключевых пунктов американской военной стратегии в Афганистане, связанный с идеей оказывать давление на ряд лидеров талибов в надежде, что они пойдут на переговоры на приемлемых на Вашингтона условиях. Во вторник администрация Обамы осторожно поддержала новые попытки афганского правительства найти общий язык с талибами. По-видимому, она оптимистично считает, что боевики рангом пониже могут примириться с Кабулом, даже если верхушка будет продолжать воевать.


Возвышение г-на Хаккани, которому сейчас около сорока лет, - часть более широкого процесса «смены караула» в афганском повстанческом движении. Новое поколение полевых командиров смогло превратить «Талибан» из крестьянской армии, дававшей убежище «Аль-Каиде», и разгромленной американцами и их союзниками в 2001 году, в мощные повстанческие силы, за последний год убившие рекордное количество западных солдат – 520 человек.


Лидер «Талибана» мулла Мухаммед Омар (Muhammad Omar), по слухам, пребывающий сейчас вместе со своим ближайшим окружением на юго-западе Пакистана в городе Кветта, по-прежнему осуществляет общее руководство силами талибов. Усама бен Ладен по-прежнему объединяет вокруг себя приверженцев «Аль-Каиды». Однако главным центром афганского повстанческого движения и связанного с ним восстания в горах северо-западного Пакистана служит сейчас, судя по всему, не кто-либо из них, а г-н Хаккани. По мнению американских и пакистанских чиновников, его базу, расположенную в Северном Вазиристане – с пакистанской стороны границы, - можно считать главным форпостом воинствующего исламизма в регионе. На нее стекаются будущие моджахеды со всего мира. Например, пятеро молодых американцев, арестованные в прошлом месяце в Пакистане, по-видимому, направлялись именно туда.


Г-н Хаккани стал весьма влиятельной фигурой по обе стороны границы. Он связан практически со всеми крупными группировками, из которых состоит движение «Талибан», к тому же, как полагают американские и пакистанские эксперты, его связи с «Аль-Каидой» крепче, чем у прочих фракций «Талибана». Клянясь в верности мулле Омару, он, тем не менее, действует независимо, сам выбирает цели и лишь в общих чертах согласовывает свои действия с высшим руководством талибов.


Г-н Хаккани продемонстрировал свое влияние, когда пакистанские талибы – отросток афганского «Талибана» - оказались на грани кровавой междоусобицы после смерти своего лидера, убитого этим летом американцами. Как рассказывает присутствовавший при этом вождь одного из племен, чтобы урегулировать спор, г-н Хаккани созвал руководство основных группировок Северного Вазиристана, и сказал им, что они должны «идти по пути, проложенному их великим лидером», и «беречь пули для истинных врагов».


За несколько дней, вопрос лидерства был решен. С тех пор пакистанские талибы неоднократно закладывали бомбы в крупных городах и посылали группы боевиков нападать на имеющие символическое значение цели, в том числе на штаб-квартиру вооруженных сил Пакистана.
В Афганистане люди г-на Хаккани не дают покоя правительству президента Хамида Карзая (Hamid Karzai), а также американцам и их союзникам своими все более наглыми выходками, такими как нападение на Кабул на этой неделе.


Оно было осуществлено в характерном для г-на Хаккани стиле. Группы боевиков и террористов смертников открыто нанесли удар при свете дня. К этой стратегии «сеть Хаккани» не раз прибегала за последний год, пытаясь посеять хаос и ввергнуть в панику слабое центральное правительство Афганистана.


Удар был нанесен в день, когда должны были принять присягу члены нового афганского кабинета министров. Боевики выбрали место, с которого можно было поразить как можно больше высокопоставленных целей одновременно: площадь Пуштунистана, вокруг которой расположены здания центрального банка и нескольких министерств, вход в президентский дворец, торговый центр и дорогой отель.


Как американские, так и афганские официальные лица уверены, что у г-на Хаккани есть двойные агенты в правительственных службах на высоком уровне — включая высокопоставленных военных и сотрудников служб безопасности, некоторых из которых подозревают в причастности к попытке убийства президента Карзая на апрельском параде 2008 года в Кабуле.


«Несомненно, некоторые из наших соотечественников, служащих в армии и полиции, помогают нам в борьбе с оккупантами», - сказал г-н Хаккани в ответ на вопрос о случае на параде.


США относятся к его похвальбе всерьез. «Люди Хаккани опаснее прочих, - считает старший американский офицер, служащий в Афганистане. – Они способны пробраться в Кабул и учинить в нем крупный теракт...У них есть такие связи по обе стороны границы, которых нет больше ни у кого. Они опасны и для нас, и для пакистанцев».


Пакистан до последнего времени старался не связываться с г-ном Хаккани, утверждая, что большую часть времени он проводит в Афганистане, и это делает его проблемой Америки. Американские чиновники давно подозревают, что Пакистан терпел г-на Хаккани или даже помогал ему, чтобы с его помощью укрепить свое влияние в Афганистане, когда оттуда уйдут США.


Пакистанцы отрицают эти обвинения. Ключевая роль, которую г-н Хаккани играет в повстанческом движении и его явные связи с «Аль-Каидой» и пакистанскими талибами заставили пакистанскую армию и разведку задуматься о том, чтобы принять меры против его базы в Северном Вазиристане, утверждает пакистанский чиновник. Ряд американских экспертов также думают, что Пакистан начал пересматривать свои отношения с «сетью Хаккани».


За последний год определенно изменился тон, в котором пакистанцы говорят о г-не Хаккани. Представители пакистанской разведслужбы ISI перестали называть его «силой, потенциально способной установить мир в Афганистане». Теперь они рассказывают журналистам о том, что за последний год потеряли в Северном Вазиристане почти три дюжины агентов и информантов. Большинство из них, по словам сотрудников разведки, были пойманы и убиты боевиками г-на Хаккани и их союзниками из числа пакистанских талибов.


«Очевидно, что в долговременной перспективе наши интересы не совпадают с интересами Хаккани», - заявил высокопоставленный пакистанский гражданский служащий.


Хотя Пакистан сможет предпринять любые шаги против г-на Хаккани не раньше, чем через несколько месяцев, все же подобный поворот в его политике заметно повысит, с точки зрения американцев, шансы на стабилизацию региона.


В число других представителей нового поколения полевых командиров входит Абдулла Гулам Расул (Abdullah Ghulam Rasoul), также известный как мулла Закир. Ему сейчас тридцать с небольшим лет и он считается одним из основных лидеров «Талибана» в южном Афганистане. Пять лет, которые он провел в заключении на Кубе, в американской тюрьме в Гуантанамо, обеспечили ему среди талибов положение «рок-звезды», утверждает бригадный генерал Джон Николсон (John Nicholson), бывший командующий американскими войсками на юге Афганистана. (Г-н Расул был передан в 2007 году афганским властям.)


В Пакистане, по сведениям, полученным от боевиков и старейшин племен, самую сильную группировку талибов возглавляет 31-летний Хакимулла Мехсуд (Hakimullah Mehsud), которого считают жестоким даже другие боевики.


После трех десятков лет почти непрерывных конфликтов в Афганистане и более десяти лет беспорядков на пакистанских территориях племен молодежь практически не помнит жизни без войны, говорит бывший пакистанский дипломат Рустам Шах Мохманд (Rustam Shah Mohmand) .


Причем, если старшее поколение афганских полевых командиров, включая отца г-на Хаккани, обладало глубокой практической жилкой, молодое поколение может оказаться в меньшей степени готово к урегулированию.


«Переговоры о мире подразумевают распределение мест в структуре политической власти, - объясняет г-н Мохманд, с 2001 по 2005 год представлявший интересы Исламабада в Афганистане. - Я не думаю, что это младшее поколение имеет какое бы то ни было представление о политике или хочет принимать в ней участие... Все, что они видели в жизни, это война и бой».


Сираджуддин Хаккани рос в разгар войны в Афганистане. Его отец – Джалалуддин – получил известность в начале восьмидесятых годов, в ходе борьбы с советской оккупацией Афганистана. Он был любимцем Соединенных Штатов, подпитывавших повстанческое движение миллионами долларов. С ним также заигрывал Пакистан, на территории которого он устроил свою базу, и с разведслужбой которого – Межведомственной разведкой (Inter-Services Intelligence) - у него установились прочные связи.


Однако, «его сыну война не нравилась», рассказывает о г-не Хаккани-младшем бригадир Амир Султан Тарар (Amir Sultan Tarar), бывший офицер ISI, известный также как «полковник Имам» («Col. Imam»). «Он начал активно участвовать в нашей борьбе», говорит бригадир Тарар, лишь в начале девяностых, когда ему было уже немного за двадцать.


По словам друзей детства г-на Хаккани, перемену в нем вызвала пробудившаяся религиозность.


«Он видел арабов и восхищался их преданностью религии», - рассказывает Гул Хан (Gul Khan), предприниматель из Северного Вазиристана, ходивший вместе с г-ном Хаккани в школу. Некоторые из арабов, тогда сражавшихся с Советским Союзом, составили потом костяк «Аль-Каиды». В их числе был и Усама бен Ладен.


Знакомые Сираджуддина Хаккани считают, что он унаследовал тактические таланты отца, что позволило ему в последние два-три года обогнать своих братьев и взять на себя повседневное руководство отцовскими боевиками. Формальное руководство по-прежнему остается за Джалалуддином Хаккани.


При Сираджуддине Хаккани группировка укрепила свой контроль над территорией, на которой его отец действовал в восьмидесятые годы—то есть над провинциями Хост, Пактика и Пактия на востоке Афганистана. По оценке американских военных, его люди также глубже продвинулись на территорию Афганистана.


По мере роста его влияния он начинает использовать напыщенную религиозную лексику, сообщают пакитанские и американские официальные лица, а также представители племен пограничного региона. Сейчас он называет себя «халифом», что означает правителя, который управляет мусульманами по исламским законам.


В своих публичных выступлениях г-н Хаккани-младший дистанцируется от былых отцовских связей с американцами, претендуя в то же время на то, что он продолжает его дело исламского сопротивления захватчикам.


«Мой отец сражался с русскими... Я иду по его стопам, - заявил он в интервью The Wall Street Journal. – Сегодня, как и во времена Советского Союза, моджахеды сражаются с оккупантами и верят, что иностранные войска – единственное препятствие, которое мешает установить в Афганистане мир и стабильность».


«У моего отца не было личных отношений с американцами», - утверждает он при этом. Отметим, что Соединенные Штаты наряду с Саудовской Аравией обеспечивали моджахедам большую часть финансирования.


Кроме этого их частично финансировали богатые мусульмане. Последнее сохранилось до сих пор, и именно эти связи обеспечивают, по словам американских военных и экспертов, боевиков г-на Хаккани необходимыми денежными средствами для борьбы.


Что касается Пакистана, некогда оказывавшего серьезную поддержку отцу, то у сына отношения с ним продолжают портиться.


Пакистан начал военную кампанию в Южном Вазиристане - граничащем с Северным Вазиристаном регионе, который также служил убежищем для Аль-Каиды и пакистанских талибов. Г-н Хаккани, кроме этого, начинает чувствовать определенное давление с тыла, в самом Северном Вазиристане, сообщают источники среди боевиков и старейшин местных племен.


Жители Миран-Шаха, столицы Северного Вазиристана, утверждают, что многие исламские духовные школы, использовавшиеся людьми г-на Хаккани, за последние две недели опустели, и в них остался лишь минимум охраны. Сторонники Хаккани отходят – частично из страха перед ответными ударами США, последовавшими за терактом против ЦРУ, рассказывает Гул Хан, старейшина племени.


«Однако они видят, что и в Южном Вазиристане, и в других местах тоже повсюду солдаты, - говорит он, подразумевая последние операции против пакистанских талибов, которые проходят прямо по соседству с г-ном Хаккани. – Поэтому они уходят в подполье. Это очень опасное время».