Ну, теперь всем этим племенам действительно есть за что воевать. Вы что, не слышали последние ошеломительные новости? Нищий Афганистан буквально за ночь повысил свою потенциальную чистую стоимость в 83 раза.

Афганские эксперты по добыче полезных ископаемых считают, что открытие месторождений полезных ископаемых  на 1 триллион долларов станет новой "основой" экономики страны, как выразился один из них. Но в Афганистане уже идет борьба за ресурсы, такие как посевы опийного мака.

Новое богатство может привести к эскалации и без того серьезного конфликта с превращением его в полномасштабное столкновение мирового масштаба с участием всех значимых держав. Нетрудно себе представить, как в этот конфликт втягиваются афганские талибы и, скажем, американские нефтяные компании, президент Владимир Путин (так в тексте – прим. перев.) и китайцы с полными денег карманами.

Исследования на тему ресурсных богатств в период после Второй мировой войны подтверждают, что итог будет несчастливый. Но в тех же исследованиях указывается принцип и страна, которая может послужить для Афганистана примером и надеждой. Принцип это имущественные права, а страна - Ботсвана.

Но для начала, мрачная история. Раз за разом развитие событий свидетельствует о том, что наличие полезных ископаемых в стране это не благо, а проклятие, способствующее политической дестабилизации и, как это ни парадоксально, замедлению экономического роста.

Российские доходы от продажи нефти дали Путину необходимую власть для возврата страны наполовину в эпоху сталинизма. Зимбабвийские фермерские хозяйства, платина, золото, уголь и хлопок дали Роберту Мугабе возможность десятилетиями тиранить эту страну. В Нигерии последствиями нефтяных доходов в размере 1,6 триллиона долларов стали загрязнение окружающей среды и бедность, а также разбойная деятельность боевиков в черных масках из Движения за освобождение дельты Нигера (MEND), которые патрулируют район дельты, похищают людей и устраивают диверсии.

Железо и маоисты

Алмазы, скрытые в горах Сьерра-Леоне, не принесли мир и благосостояние этой стране в 90-е годы. Мы видели это в фильме 2006 года "Кровавый алмаз". Даже в Индии, которая может похвастаться одной из самых значительных в мире историй собственного успеха, идет отвратительная битва за железную руду, усиливающая маоистов-наксалитов и дестабилизирующая обстановку в штате Чхаттисгарх.

Официальные исследования рисуют такую же мрачную картину. Нефтяное богатство заставляет страны недружелюбно относиться к предпринимателям и негостеприимно к США. Это выяснили мой коллега Гаурав Тивари (Gaurav Tiwari) и я. А ставший подлинным открытием проведенный много лет назад анализ экономиста Джеффри Сакса (Jeffrey Sachs), который ныне возглавляет Институт Земли при Колумбийском университете, является  первым немарксистским исследованием на тему полезных ископаемых как ресурсного проклятия.

Ранее ученые выявили более узкую версию такого проклятия, назвав ее "голландской болезнью". Это такое явление, когда продажа нефти или иных полезных ископаемых  ведет к укреплению национальной валюты, к ухудшению условий торговли в других экспортных отраслях и к их ослаблению.

Как избежать проклятия


Некоторым странам удалось избежать этого ресурсного проклятия. Один из примеров – это когда на момент открытия крупных запасов полезных ископаемых  власть закона в стране в целом, и имущественные права в частности уже достаточно упрочились. Так, Британия после открытия нефтяных месторождений в Северном море в 70-е годы благополучно выжила и получила от этого большую прибыль. Да и Канада вполне преуспевает, открыв на своей территории богатые залежи полезных ископаемых.

Похоже, что залогом дальнейшей стабильности нации являются имущественные права. Кто владеет ресурсами – государство, компании или и те, и другие вместе – не имеет особого значения, если права собственности четко определены и неукоснительно соблюдаются. Нелишне и когда граждане доверяют властям, полагая, что со временем это богатство будет распределено по справедливости.

Модель Ботсваны


На Афганистан в большей степени похожа Ботсвана, где также проживают племена, и где обстановка после обретения независимости была довольно неустойчивой. Со временем, после многочисленных искривлений и поворотов, Ботсвана устояла и не пошла на постоянную и полную национализацию. Вместо этого она создала компанию Debswana – в рамках которой действует  соглашение о разделе прибыли с алмазной компанией De Beers SA.

В то же время,  правительство повело решительную борьбу с коррупцией за укрепление власти закона. От этого выиграл и народ Ботсваны, и акционеры компании. Некоммерческая организация Альянс в защиту прав собственности (Property Rights Alliance) поставила Ботсвану на 44-е место в мире по соблюдению имущественных прав. Нигерии альянс отвел 109-е, а Зимбабве 121-е место.

Детская смертность в Ботсване снизилась со 118 случаев на тысячу человек в 1960 году до 26 случаев в 2008-м. В соседней Зимбабве снижение было гораздо менее значительным – с 97 до 62, а в богатой нефтью Нигерии и того меньше – со 157 до 96.

"Послеколониальное руководство Бостваны, особенно Серетсе Кхама (Seretse Khama) и Кветт Масире (Quett Masire), а также экономическая элита страны были преданы делу демократии, экономического развития, защиты прав собственности и довольно консервативной макроэкономической политики", - говорит экономист из Массачусетского технологического института Дарон Ачемоглу (Daron Acemoglu), который первым привлек внимание мира к достижениям Ботсваны.

Последствия для Афганистана

Последствия для Афганистана довольно противоречивы и спорны. Первое – это необходимость создания хорошо функционирующего и представительного государства. Покинуть страну, добившись создания там неупорядоченной и непрочной федерации племен (а именно такие позывы испытывают США), это значит гарантировать превращение "основы экономики" в яблоко раздора.

Не менее важным является  установление с самого начала (прямо сейчас) власти закона и правильного руководства. Но права собственности первичны, а не вторичны. Не так важно, кто владеет чем-то, как четкость правил такого владения. И наконец, граждане должны знать, что они могут потребовать свою долю природного богатства в той или иной форме – сейчас или в будущем.

Продвигать такие идеи почти невозможно – особенно после нефтяной катастрофы с участием ВР. Тем не менее, более позитивную альтернативу модели Ботсваны с имущественными правами трудно себе представить. Если Афганистан и его соседи воюют за богатства, находящиеся на поверхности, почему подземные богатства дадут какой-то иной результат?

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.