Визит премьер-министра Китая Вэнь Цзябао в Индию и Пакистан принес ему контрактов на общую сумму в несколько миллиардов долларов с обеими странами. Глядя на цифру в 16 миллиардов долларов (именно такова суммарная стоимость подписанных Китаем и Индией контрактов), можно подумать, что двусторонние китайско-индийские отношения развиваются бешеными темпами, но Китай все активнее и активнее поддерживает Пакистан, и это усугубляет подозрительность Нью-Дели в отношении стратегических намерений Пекина касательно региона. Российский президент Дмитрий Медведев, однако, тоже недавно посетил с визитом Индию, и этого говорит о том, что у Нью-Дели еще есть варианты.

Анализ

19 декабря китайский премьер-министр Вэнь Цзябао завершил свое пятидневное турне по Индии и Пакистану. Утих гром фанфар, и теперь можно попробовать разобраться, что же на самом деле произошло. С поверхностной точки зрения все выглядит так: Вэнь Цзябао и принимавшие его стороны подписали контрактов всех видов на миллиарды долларов, но на более глубоком уровне он только усугубил подозрения Индии, что степень поддержки Китаем Пакистана повышается до такой степени, что Индии уже пора начинать испытывать подозрения в связи со стратегическими намерениями Китая относительно региона.

В сообщениях прессы была масса противоречащих друг другу деталей, но, судя по всему, в Индии Вэнь Цзябао заключил контрактов на общую сумму в 16 миллиардов долларов. Конечно, такая заслуживающая вынесения в заголовки цифра не станет актуальной сразу же — это просто общая оценочная стоимость всех разнообразных и находящихся на разной степени реализации проектов, исполнению которых назначены разные временные рамки. Из сообщений Hindu и прочих индийских изданий известно следующее:

* Банк развития Китая подписал соглашение о предоставлении Reliance Power финансирования на общую сумму 4,63 миллиарда долларов, в том числе 1,1 миллиарда для Sasan Ultra Mega Power Project и еще 400 миллионов кредита для банка ICICI (ранее — «Промышленно-кредитная и инвестиционная корпорация Индии»);
    * Кроме того, Банк развития Китая подписал договоренность о финансировании стоимостью в два миллиарда долларов с Reliance Communications;
    * Банк Китая согласился предоставить банку IDBI (Индийский банк промышленного развития) кредит на сумму 1,2 миллиарда долларов;
    * Торгово-промышленный банк Китая согласился предоставить банку ICICI кредит на сумму в один миллиард долларов;
    * Sepco и Shandong договорились предоставить Adani Group силовое оборудование на общей стоимостью в 3,63 миллиарда долларов;
    * Shandong и Tamil Nadu Power Corporation договорились заключить контракт на закупку оборудования стоимостью 800 миллионов долларов;
    * China Aluminum согласился предоставить Vedanta металлических изделий на общую сумму в 330 миллионов долларов;
    * Dofang Electric договорился с Abhijeet Projects о поставках силового оборудования на сумму 2,5 миллиардов долларов.

Общий итог всех этих сделок действительно составит порядка 16 миллиардов, хотя около девяти миллиардов из этой суммы приходится на займы и прочие финансовые инструменты. Но эта сумма все равно выше, чем общий итог договоренностей, достигнутых во время визита президента США Барака Обамы (10 миллиардов долларов) и президента Франции Николя Саркози (13 миллиардов долларов) — эти двое лидеров тоже в этом году посещали Индию и заключали большое количество торговых контрактов. Мало того, незадолго до визита Вэнь Цзябао гигантская телекоммуникационная компания Китая «Хуавэй» пообещала инвестировать два миллиарда долларов в создание исследовательского и конструкторского центра в Бангалоре и заводе в Мадрасе.

Задачи Китая в Пакистане

В сообщениях из Пакистана тоже фигурировали упоминания масштабнейших сделок. Пакистанское Associated Press сообщило, что сторонами подписаны контракты на общую сумму в 10 миллиардов долларов только между частным и общественным сектором и еще на 5 миллиардов — в сфере сотрудничества частного сектора экономики с частным. В эту сумму входят проекты по развитию ветровой и солнечной энергетики общей стоимостью в 6,5 миллиардов долларов. В некоторых сообщениях даже назывались такие цифры, как 20 и 15 миллиардов долларов общего итога, но, как уже упоминалось, немалая доля таких контрактов существует пока лишь в теории. Говоря более конкретно, Пекин выделил 229 миллионов долларов на помощь Пакистану в преодолении последствий разрушительных наводнений, случившихся в стране этим летом; 400-миллионный нецелевой кредит (вот за что такие страны, как Пакистан, обожают китайцев); и, наконец, 35 миллионов на открытие культурного центра. Заключенные контракты касались преимущественно добычи полезных ископаемых, океанографических исследований, космоса, электроники и тяжелой промышленности. Был достигнут прогресс и на ниве финансовой интеграции; так, Торгово-промышленный банк Китая откроет филиалы в Исламабаде и Карачи, а также заручится согласием пакистанской стороны на заключение договоренности об обмене валютными средствами (Пекин в настоящее время стремится постепенно познакомить иностранные государства с практикой хранения средств в юанях в преддверии интернационализации этой валюты).

Но самое интересное, причем с большим отрывом, — это сообщения о том, что Китай будет продолжать помогать Пакистану строить объекты инфраструктуры, в частности, страдающее от различных препятствий Каракорумское шоссе, соединяющее Пакистан с беспокойным регионом Синьцзян в Китае, а также помочь ему сделать порт Гвадар подлежащим эксплуатации. Порт этот был построен китайскими строительными фирмами, но в настоящее время он обслуживается только неудовлетворительными автодорогами, а железнодорожного сообщения с ним нет; более того, пакистанская сторона осталась недовольной работой сингапурского оператора и готова передать права на эксплуатацию порта китайцам. Стратегическая задача, стоящая перед Китаем, — соединить Гвадар трубопроводом и железной дорогой по каракорумскому маршруту с синьцзянским городом Кашгар с целью получения доступа к Индийскому океану наземным путем, тем самым минуя «бутылочные горлышки» Юго-Восточной Азии. По данным источников STRATFOR в Пекине, делаемые Китаем инвестиции в добычу, переработку и продажу полезных ископаемых в Пакистане на самом деле дороже, чем кажется, а Пекин все прочнее укрепляет свои позиции в сфере добычи драгоценных металлов и энергоносителей в Пакистане, одновременно с этим занимаясь там строительством развернутой системы инфраструктуры, имеющей стратегическую ценность.

Именно из-за этих проектов Индия все более неуютно чувствует себя в связи с нарастанием масштабов помощи, предоставляемой Китаем Пакистану. В этом году Индия впадала в крайнюю тревогу, узнав, что инженеры и солдаты Народно-освободительной армии Китая помогают вести строительные работы и охраняют китайскую сторону Каракорумского шоссе, а часть их них, как утверждается, работает даже на пакистанской стороне. Китай и Пакистан — старые союзники, но главная угроза безопасности Индии исходит из Пакистана, в том числе от пользующихся попустительством государства боевиков. Все ругают Пакистан за неудачи в борьбе с боевиками, но Вэнь Цзябао, наоборот, похвалил его за успехи. Таким образом, в поддержке Пакистана Китаем Индия видит важнейший фактор, благодаря которому нестабильный Пакистан продолжает угрожать Индии. Нью-Дели, скорее всего, видит в этом аналогию с тем, как безоговорочная поддержка Китаем Северной Кореи позволила ей осмелеть настолько, чтобы начать более агрессивно вести себя в отношении Южной Кореи, и в Индии опасаются, что нечто подобное может начать происходить и в ее регионе. С точки зрения китайцев, конечно, эти проекты совершенно легитимны, более того, само по себе получение Китаем прямой связи с Индийским океаном Индии не вредит.

Таким образом, визит Вэнь Цзябао стал поводом поднять шум по поводу углубления экономических отношений между Китаем и Индией, да и никто не сомневается, что был подписан ряд крупных сделок, но реальный смысл происходящего заключается в том, что экономическое влияние Китая на Пакистан растет, а Индия пребывает во все больше неуверенности. Проблемы Индии усугубляются недовольством ее тем, что, хотя главным противовесом Китаю должны быть США, но США сами зависят от помощи Пакистана в борьбе против талибов и «Аль-Каиды», и это не дает им настолькоо сильно давить на Пакистан, насколько хотела бы Индия. Кроме того, у Вашингтона с Пекином есть свои отношения, не связанные с Индией. Китай тоже переживает из-за нарождающегося стратегического партнерства между Индией и США, но Индия указывала на сложности в этой схеме и выказывала недовольство в связи с тем, что обещания американской стороны, возможно, могут оказаться пустыми.

Россия как противовес

Таким образом, Индия заинтересована в том, чтобы искать альтернативные варианты. Не случайно после целого года визитов на высшем уровне из США, Франции, Великобритании и Китая (делегации этих стран стремились сделать вложения в растущую индийскую экономику) Россия тоже решила отправить свою делегацию. Президент России Дмитрий Медведев приехал 20 декабря и обсудил российско-индийские отношения во всей их полноте. Эти два государства мирно сотрудничали во время холодной войны и не имею оснований опасаться друг друга. Но после распада советской системы и переноса внимания на восстановление своего влияния на бывшей советской территории, произошедшего в последние десять лет, Россия утратила интерес к Индии. Москва задерживает выполнение условий контрактов на поставки крупных партий оружия Индии, что несколько снижает оптимизм, связанный с подписанным Медведевым и индийским премьером Манмоханом Сингхом договором о совместной разработке истребителя-«невидимки» пятого поколения и строительстве от 250 до 300 таких истребителей до 2030 года (стоимость контракта теоретически оценивается в 30 миллиардов долларов). Кроме того, русские тянут с выполнением соглашений о сотрудничестве в области мирного атома, в частности, приведении в годное состояние атомной электростанции в Куданкуламе (это первый из двух объектов, который должен войти в строй в 2011 году), а также с назначением цены за строительство еще двух таких объектов.

Но это совершенно не означает ухудшения отношений. Турне Медведева продемонстрировало не только то, что между странами заключены свои собственные крупные сделки в ряде отраслей, но и то, что Москва вновь готова поддержать Индию по ряду вопросов международного значения. Остро сформулированные заявления Медведева, содержавшие призывы задержать и экстрадировать международных террористов, были встречены как моральная поддержка ссорящейся с Пакистаном Индии; также он с одобрением высказался о перспективе вступления Индии в Группу ядерных поставщиков и в Шанхайскую организацию сотрудничества в качестве полноправного члена, а не наблюдателя, а также о получении ею статуса постоянного члена реформированного Совета безопасности ООН. Эти предложения не по нраву Китаю, потому что он предпочел бы, чтобы его влияние в этих организациях не размывалось, особенно за счет усиления влияния Индии. Поддержка Россией варианта с широким региональным решением в Афганистане тоже представляется полезной с точки зрения Индии, потому что иначе США, Афганистан и Пакистан будут решать, как обернется ситуация, без ее участия.

Россия пока не выполнила своих самых грандиозных обещаний, но потенциально она способна предоставить Индии вариант противовеса Китаю без необходимости всецело опираться на США. Китай не может этого одобрить, но с Россией он нашел какой-то общий язык и не захочет от этого отказываться, что может стать основой для интересной динамики в трехсторонних и региональных отношениях.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.