Кремль объявил о предстоящем со следующей среды трехдневном «официальном визите» пакистанского президента Асифа Али Зардари в Россию, по приглашению президента Дмитрия Медведева.

 

Подобные визиты планируются заранее, но официально о них объявляют в последний момент. На этот раз встреча Зардари за непроницаемыми стенами Кремля привлечет огромное внимание, как в регионе так и во всем мире, поскольку она состоится вскоре после эпизода в Абботтабаде, вызвавшем повышенный интерес к отношениям Соединенных Штатов Америки и Пакистана в связи с убийством в понедельник в этом пакистанском городке лидера «Аль-Каиды», Усамы бин Ладена. 

 

К тому же русские (как и пакистанцы) предпочли запланировать эту поездку прежде визита Зардари в Вашингтон; этот визит уже один раз откладывался и теперь представляется маловероятным, что он состоится в ближайшем будущем.

 

Как минимум, Москва демонстрирует, что принципы Кремля, требующие конструктивного участия России в обеспечении региональной безопасности (очевидные в течение последних двух-трех лет) в значительной мере остаются в силе, и сенсационное убийство бин Ладена выпадает из этой схемы.

 

В сегодняшнем мире (особенно в Америке), Пакистан ничтоже сумняшеся именуют «эпицентром» международного терроризма, однако Москва, похоже, на этот счет не возмущается. И впрямь, российский подход подспудно подразумевает, что способы справиться с проблемой лежат, скорее, на путях взаимодействия с Пакистаном, а не в том, чтобы клеймить его как «государство, спонсирующее терроризм» и подвергать остракизму, чего в последнее время требуют некоторые влиятельные круги в конгрессе США.

 

Интересно, что российские СМИ освещают убийство бин Ладена достаточно полно и объективно, без излишней сенсационности, не увлекаясь интерпретациями. В целом вырисовывается такая картина, что американская версия (или версии) реальных событий в целом неоднозначна, что конечная трактовка событий еще появится позднее и, следовательно, делать какие-то выводы, претендующие на выход за пределы умозрительных спекуляций, пока преждевременно. 

 

Российские официальные СМИ уделили большое внимание комментариям Фиделя Кастро, появившимся в четверг в его еженедельной рубрике. По мнению бывшего кубинского лидера, в мусульманском мире сильную реакцию вызвало то, как США «расправились» с бин Ладеном – это «гнусное убийство», а затем поспешно захоронили труп в море. Он считает, что даже американцы займут более критическую позицию по отношению к происшедшему позднее, когда первоначальная горячка пойдет на убыль и окажется возможным холодный аналитический разбор ситуации. (Сам Кастро, похоже, тоже симпатизирует Пакистану). 

 

«Какие бы злодеяния бин Ладену ни приписывали, убийство безоружного человека на глазах у членов его семьи – гнусный поступок. … Тот факт, что он был убит и похоронен в море свидетельствует о страхе и неуверенности его противников и превращает его в еще более опасную фигуру», - пишет в своей авторской статье 84-летний кубинский революционер.

 

Агентство «Новости» особо подчеркнуло замечание Кастро, что налет США на Абботтабад «оскорбляет национальное достоинство Пакистана, нарушает его законы и оскверняет традиции этой мусульманской страны». 

 

Так чего же ждет Москва от визита Зардари? В голову приходят три соображения. 

 

Во-первых, Москва хотела бы как можно глубже проникнуть в суть переговоров между  США и Пакистаном по завершающему этапу ситуации в Афганистане. Россия принимает в расчет тот факт, что убийство бин Ладена ускорит развитие мирного процесса в Афганистане и обеспечит президенту Бараку Обаме определенную свободу действий в сокращении численности войск США в Афганистане, которое начнется в июле. 

 

Очевидно, Россия озабочена тем, какие последствия это событие будет иметь для безопасности в Центрально-азиатском регионе. Агентство Reuters приводит высказывания «источников из служб безопасности и аналитиков» о том, что Россия ведет переговоры с Таджикистаном об отправке трех тысяч российских пограничников в таджикско-афганский пограничный район: 

 

«Россия опасается, что планируемый вывод войск НАТО из Афганистана к 2014 году создаст вакуум власти, который позволит исламистским боевикам, с которыми там сражались вооруженные силы США, продвинуться в Центральную Азию. Через двадцать лет после распада Советского Союза Москва все еще рассматривает Центральную Азию как область своих интересов и беспокоится, что в  этом нефте- и газоносном районе с его преимущественно мусульманским населением возможен рост исламистского насилия и активизация торговли героином».

 

Однако Россию беспокоят и геополитические соображения. Москва с тревогой наблюдает за сильным политическим и дипломатическим давлением, которое Америка оказывает на афганского президента Хамида Карзая, чтобы он принял соглашение о Статусе вооруженных сил, легитимирующее длительное американское военное присутствие в этом регионе. В последнее время появилась лавина российских комментариев, посвященных настоятельной необходимости реконструкции и усиления потенциальных возможностей – политических и военных – Организации Договора Коллективной Безопасности (ОДКБ) под эгидой Москвы как союза, противостоящего НАТО. 

 

Москва также не исключает возможности возобновления попыток Вашингтона распространить влияние США и НАТО на Центральную Азию, в дополнение к новой парадигме безопасности, сформировавшейся в Афганистане на завершающей стадии операции. Московские круги открыто высказывают предположения о том, что Вашингтон может в ближайшее время намеренно спровоцировать распространение атмосферы так называемой Арабской весны в степях Центральной Азии. А тогда американцы могли бы воспользоваться возникшими социальными и политическими катаклизмами для своих манипуляций с целью «изменения режима» в этом регионе, весьма благоприятном для американских геополитических стратегий при ведении Большой игры. Некий вебсайт, близкий к службам безопасности в Москве, предсказывал американские действия в этом направлении еще в самом начале осени.

 

Действительно, как сообщает Белый дом, Обама в недавней телефонной беседе со своим коллегой в Астане, Нурсултаном Назарбаевым (недавно «переизбранным» с большинством в 95% голосов), подчеркнул необходимость проведения демократических реформ в Казахстане (граничащем с Китаем). Американские комментаторы в последнее время много говорят о возможном подъеме политической активности в Центральной Азии, подобно тому, что происходит на Ближнем Востоке, который мог бы смести существующие авторитарные режимы. 

 

На фоне этих событий весьма показательно прибытие в четверг в Москву с официальным визитом китайского министра иностранных дел Ян Цзечи; его встреча с Медведевым запланирована на пятницу. 

 

Китайско-российские политические консультации грядут сразу же после двухдневного «стратегического диалога» между Китаем и Пакистаном, состоявшегося в Пекине в конце апреля. Уместно отметить, что китайская позиция по отношению к эпизоду в Абботтабаде однозначно характеризуется симпатией к Пакистану. Представитель китайского министерства иностранных дел в витиеватых выражениях восславил достижение Пакистана в борьбе против международного терроризма и выразил солидарность Пекина с Исламабадом в эти трудные времена. 

 

Как подчеркивается в комментариях государственного новостного агентства Синьхуа, американо-пакистанские отношения в настоящее время переживают период сильной напряженности. По-видимому, Ян Цзечи поделится своим видением ситуации с руководством Кремля, что станет ценным для Москвы вкладом в структурирование ее переговоров с Зардари. 

 

У Москвы (и Пекина) нет особых причин жаловаться на отсутствие у Пакистана интереса к сотрудничеству в области борьбы с терроризмом. Не вызывает сомнений и неподдельный пакистанский интерес к формированию стратегического партнерства с Россией. Москва наверняка приняла к сведению, что Пакистан разделяет опасения других региональных держав по поводу перспективы долгосрочного американского военного присутствия в Афганистане. 

 

Что еще важнее, Москва с недавних пор явно смягчила свою традиционную неприязнь к «Талибану». Иными словами, Москва сможет смириться с урегулированием афганского вопроса, предполагающим примирение с «Талибаном» и его реинтеграцию, при условии, что удастся правильно разрешить некоторые аспекты «фактора «Аль-Каиды»». 

 

Российским руководителям, безусловно, захочется услышать от Зардари о возможной помощи и понимании со стороны пакистанских органов безопасности в разрешении российских проблем такого рода. 

 

Момент, избранный для визита Зардари, свидетельствует о том, что Москва признает центральную роль, которую Пакистан играет в афганской ситуации. И Москва, и Исламабад разделяют ту точку зрения, что любой мирный процесс в Афганистане должен проводиться «под афганским руководством». 

 

Однако на данный момент российско-пакистанские совещания обречены на слишком широкомасштабное рассмотрение ситуации, что привнесет, в частности, элемент неопределенности при рассмотрении проблем безопасности в регионе персидского залива, где Пакистан, опять-таки, может фигурировать в качестве «провайдера» безопасности для некоторых местных режимов. 

 

И, наконец, последнее соображение. Российско-пакистанские переговоры происходят в довольно деликатный момент перезагрузки отношений между США и Россией. Кризис в Ливии убедительно продемонстрировал России тот ошеломляющий факт, что, чем больше, на первый взгляд, изменений отмечается в подходе США к мировой политике в период правления Обамы, тем сильнее эта политика начинает напоминать эпоху Джорджа Буша. Это касается идеологии «одностороннего вмешательства», использования военной силы для урегулирования споров и оттеснения Организации Объединенных Наций на задний план. 

 

Несмотря на все разговоры о том, что США восприняла культуру «умной силы», очевидные факты указывают на преимущественное использование ими в качестве главного инструмента мировых стратегий именно «жесткой силы». 

 

Возможно даже, что эпизод в Абботтабаде в глазах России окажется постыдным свидетельством того, что США, при ближайшем рассмотрении, в одностороннем порядке использует при разрешении сложных вопросов свой собственный способ – способ Джона Уэйна.

 

Постоянный представитель России в НАТО, Дмитрий Рогозин, в четверг после встречи Совета НАТО-Россия в Брюсселе заявил, что США уже разворачивают свою систему противоракетной обороны в Европе, не утруждая себя достижением соглашения с Россией. Он имел в виду развертывание сил США в Румынии. 

 

Хотя пока еще рано говорить, что из перезагрузки отношений США и России «вышел пар», Москва столкнулась с ситуацией проверки реальностью. Если (точнее, когда) западные наземные войска возникнут на пустынном ливийском пейзаже (где после 40 дней операций НАТО Муаммар Каддафи все еще прекрасно себя чувствует), «перезагрузка» может потерпеть серьезное поражение. Российский министр иностранных дел Сергей Лавров заявил во время продолжительного телевизионного интервью в Москве на прошлой неделе, что Москва не примет подобной эскалации западного военного вмешательства без недвусмысленного специального мандата Совета Безопасности Организации Объединенных Наций. 

 

Что касается «перезагрузки» с США, Лавров, с типично русским чувством юмора, добавил, что Москва все пытается разобраться, перезагрузка это или все-таки перегрузка. Вроде бы незначительное – в один слог – различие может оказаться роковым – внешняя простота бывает обманчивой. 

 

Лавров прямо заявил: «В конце концов, я полагаю, что перезагрузка работает. Мы, впрочем, не склонны называть это перезагрузкой, так как всегда были готовы к равноправному партнерству и взаимно выгодным проектам; однако республиканская администрация США стремилась действовать иначе. Поэтому когда Барак Обама и (вице-президент) Джо Байден объявили о перезагрузке, мы приветствовали этот жест. Они перезагрузили американскую позицию в отношении Российской Федерации, и мы постарались, конечно же, пойти им навстречу». 

 

Со своей стороны Зардари использует возможности своего визита в Москву, чтобы прозондировать, чем чревата эта довольно расплывчатая затея, перезагрузка отношений между США и Россией, для Пакистана. А она может значить очень многое – особенно если американцы позволят, чтобы их, в связи с недавними событиями, захлестнул поток адреналина, и придут к выводу, что позицией Пакистана при урегулировании афганского вопроса можно будет просто пренебречь. 

 

Но и это еще не все. Кремль понимает, что алхимия отношений США и Пакистана после Абботтабада изменилась. Пакистан в предстоящий период сталкивается с серьезными проблемами в области безопасности и ищет поддержку в регионе. Россия может многое предложить – для начала, членство в Шанхайской организации сотрудничества, на конференции на высшем уровне участников альянса, которая состоится в Астане. 


Посол М.К. Бхадракумар – в прошлом кадровый дипломат Индийской дипломатической службы. Он работал, в частности, в Советском Союзе, в Южной Корее, в Шри Ланке, в Германии, Афганистане, Пакистане, Узбекистане, Кувейте и Турции. 

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.