30 декабря 2009 года семь оперативных сотрудников ЦРУ были убиты на американской военной базе в афганском Хосте, где иорданский двойной агент, который заявлял, что проник в «ближний круг» руководства Аль-Каиды, на деле оказался террористом-смертником, или другими словами, тройным агентом.

Предупреждающие признаки, болезненно очевидные в ретроспективе, затмили две исключительные силы, которые совпали в Хосте в этот позднедекабрьский день. Одной из них стали умственные способности подрывника, Хумама аль-Балави (Humam al-Balawi), человека, который необоснованно и сомнительно мелькал в противоборствующих лагерях. Другой стало рвение измученных войной сотрудников разведки, которые видели мираж и отчаянно хотели, чтобы он был реальностью.

Удачный ход Балави в качестве шпиона был совершен в ноябре 2009 года, когда, всего через несколько месяцев после того, как педиатра наняла иорданская разведка, он объявил о том, что стал врачом Аймана аль-Завахири, оперативного командующего Аль-Каиды.

От Кабула до Аммана и Лэнгли мраморные здания, казалось, были потрясены от самого основания. Директор ЦРУ Леон Панетта (Leon Panetta) поспешил в Белый дом, где он рассказал о поразительном повороте событий команде президентской администрации по национальной безопасности. Позднее он повторил свое сообщение в частной аудиенции у президента.

«Если мы сможем встретиться с ним и обеспечить его нужными технологиями, у нас есть шанс найти Завахири», - сказал Панетта о Балави.

Но как вскоре обнаружил Панетта, договориться о встрече с новым  звездным информатором ЦРУ было более сложной задачей, чем это поначалу казалось. Когда Панетта начал давить с целью прояснить детали, всплыла неудобная правда: никто из ЦРУ никогда этого человека не видел.

Действительно, файлы ЦРУ по Балави были удручающе тонкими. Он был рекрутирован иорданской разведслужбой, «Мухарабарт», однако ему не хватало прохождения официального курса обучения на шпиона. Никто не слышал о нем до января 2009 года, когда он был задержан иорданцами за то, что постил в интернете жестокие антизападные сообщения. Спустя всего несколько недель, проведенных в когтях у «Мухарабат», он превратился в информатора, но ничто в информации о нем не давало возможности предполагать наличие склонностей к шпионажу. Еще годом ранее он был совершенно ни к чему не причастным и ведущим обычную жизнь детским врачом. И всего за несколько коротких месяцев он смог проникнуть в святая святых - «ближний круг» руководства Аль-Каиды. Да, история Балави выглядит слишком хорошей, чтобы быть правдой. Но она также была и слишком дразнящей и соблазнительной, чтобы ее игнорировать.

Они решили привезти Балави на американскую базу в Афганистане, прямо через границу с Пакистаном. Контакт Балави в «Мухабарат», Али бен Зейд, отправил ему электронное письмо о встрече в Хосте. Настало время вывести дело на ступень выше, написал он.

Балави отказался. Да, было бы неплохо увидеться с дружественным человеком, но не в Хосте. Идеальным местом встречи был бы Миран-Шах, с пакистанской стороны границы. Бен Зейд выразил несогласие. Балави настаивал.

Бен Зейд показал эту переписку своему другу и партнеру по делу Балави, Даррену Ла Бонте (Darren LaBonte) из ЦРУ. Ла Бонте упорно работал с запросами по поводу Балави, и у него были серьезные сомнения. Каким таким образом эта испуганная мышь, этот доктор, вдруг выступил с чем-то столь великолепным. Балави был умен, это было ясно. Но был ли он по правде тем, кем пытался казаться?

Ла Бонте написал записку, в которой отметил, что у ЦРУ недостаточно информации о Балави, чтобы полностью ему доверять. «Мы должны двигаться медленно в этом деле», - написал он. У иорданцев также росли подозрения. Офицер «Мухабарат» был неприятно поражен тем, как Балави настаивает на месте встречи, и позвонил своему другу из ЦРУ предупредить его, что у него есть предчувствие, правда, это только предчувствие, что Балави может заманивать их в ловушку.

Несколько недель спустя, после того как полные тревожных предчувствий ла Бонте и Зейд вылетели в Хост, Ла Бонте направил последнее предупреждение своему непосредственному начальнику. Есть три проблемы, написал он. Во-первых, задействовано слишком много людей. Мы движемся слишком быстро. Мы отказываемся от слишком значительной доли контроля, позволяя Балави диктовать условия. Начальник призвал Ла Бонте продолжать оказывать давление. Вскоре после этого Балави смягчился и согласился встретиться в Хосте.

ЦРУ подготовило официальный прием для своего нового звездного агента. Один из ведущих экспертов ЦРУ по Аль-Каиде Дженнифер Мэттьюс (Jennifer Matthews), хотевший, чтобы Балави чувствовал себя комфортно и в дружеской атмосфере, даже попросил шеф-повара базы испечь торт. Скотт Робертсон (Scott Roberson), шеф службы безопасности базы, с тревогой следил за приготовлениями. Когда коллега сказал ему, что он хочет посмотреть на прибытие информатора, который вызвал все это волнение, Робертсон ответил: «Держись подальше от этого».

Не успел Балави прибыть на базу, как он исчез в необычайной по яркости вспышке. Ударная волна подняла Subaru и мимо поста безопасности внесла автомобиль на территорию базы. Робертсона и еще двух сотрудников службы безопасности отбросило назад, и они погибли на месте. Ла Бонте и бен Зейд тоже погибли незамедлительно. Еще восемь человек, находившихся с другой стороны от Subaru, были срезаны небольшими стальными ракетами, выпущенными под и поверх машины, а порой и сквозь нее. Ранения Мэттьюса оказались смертельными.

Голова Балави, оторванная взрывом и отлетевшая вверх, отскочила к боковой стене здания и приземлилась в гравий. Это было все, что осталось от тройного агента.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.