КАБУЛ, Афганистан —  Воплощающий имперские амбиции и явную принадлежность к другому миру, советский бассейн на вершине холма с аналогичным названием Бассейн — один из символов сомнительного наследия империй.

Выкопанный 30 лет назад, он почти не использовался пловцами Кабула, поскольку холм быстро опутали колючей проволокой, - сначала он служил для установки оружия советских войск, а затем войск Талибана - до того, как весь район разбомбили западные войска во время вторжения в 2001.



Теперь он отреставрирован - пять трамплинов для прыжков в воду бессмысленно возвышаются над пустым бассейном и равнодушным городом, растянувшимся внизу, городом, находящимся в очередной стадии нелегкой истории Афганистана, ожидающего вывода последних иностранных захватчиков — США и их союзников.

Как и этот бассейн, сам Кабул хранит в себе много намеков на его советское прошлое, спрятанных и в то же время на виду вокруг его беспорядочных склонов: политехническая школа, построенная в 1960-ых, когда СССР и США боролись за влияние в Афганистане, строя большие проекты инфраструктуры; автомобильный завод, расширенный после 1979, когда советская армия вошла в страну, чтобы уже более жесткими методами подвести этот народ под кремлевскую сферу влияния и насадить им свой способ мышления.

Еще по теме: Число жертв в Афганской войне достигло рекордно высокого уровня

Советские войска были выведены в 1989, оставив Афганистан в состоянии гражданской войны, которая в своем пламени смела возведенные советскими инженерами здания. Как ни маловероятно это выглядит, некоторые из них все еще работают - например, инженерная школа или институт автомехаников, где студент второго курса в зеленой футболке недавно днем выбирался из призрачных развалин разбомбленных аудиторий.

Другие из этих зданий - просто развалины, в которых бродят лишь бездомные, наркоманы и собаки — они встают перед лицом США и их союзников, когда они начинают задумываться о том, какое наследие они оставят Афганистану, и действуют на них отрезвляюще.

«Советский народ пришел сюда с верой в то, что общества других народов можно перестроить, что они освободят афганистанцев от их средневековой отсталости», говорит сэр Родрик Брейзуэйт (Rodric Braithwaite), бывший британский посол в Москве, чья книга «Афганцы» рассказывает о советской оккупации. «Они не изменили афганское общество, так же как не изменим его и мы».



В Кабуле восьмидесятых советское посольство на улице Даруламан, полное техников и идеологов, было средоточием власти, так же как сейчас американское посольство на другом конце города.

Российский посол Андрей Аветисян, 51, работал здесь в 1980-ые, когда он был молодым дипломатом. Он был здесь и в начале 1990-ых, когда положение в стране стало ненадежным: он провел 16 дней, прячась в бомбоубежище, когда Кабул разделился на моджахедов, и был одним из последних русских, бежавших из страны в августе 1992.

Городской мужчина в элегантном темном костюме, г-н Аветисян кажется изолированным в гулких залах перестроенного российского посольства, втрое меньше его первоначального размера. В годы Талибана это помещение было освоено бродягами и ослами, но теперь оно отгорожено от шоссе железными стенами.

У него есть план по реставрации 150 советских объектов, начиная с завода по строительству домов в пригороде Кабула около аэропорта. «Эти проекты были основой афганской экономики, - говорит Аветисян. - Мне тяжело смотреть, в каком они состоянии теперь».

Еще по теме: Может ли Россия помочь нам уйти из Афганистана?

Наиболее яркая иллюстрация провалившихся имперских амбиций — советский дом науки и культуры, около российского посольства и кабульского зоопарка. Это современное угловатое бетонное здание, где русские и афганцы собирались на лекции и фильмы и где продвигались идеи модернизации, которые на время изменили Кабул — был и такой период, когда женщины могли работать вне дома в западной одежде.

Но во время гражданской войны 1992-96 дом науки и культуры был занят одной из враждующих сторон и разрушен другой, под обстрелом с соседнего холма. Сегодня аудитории полны мусора и обломков, холодный воздух проникает сквозь дырки в стенах от ракет, а когда-то яркие советские росписи, изображающие мужчин и женщин, афганцев и русских, спрятаны в убогой темноте рядом с накарябанными на стенах картинками, показывающими, как боевик талибана показывает детям, как стать подрывниками-смертниками.

«Раньше здесь все было очень пышно, - говорит Мохаммед Элиас, тяжелый мужчина с большой улыбкой, которого больше интересует парковка машин на пустыре по 20 афгани каждая (около 40 центов), чем осмотр культурного центра. - Ничего нового».

Но не все советское наследие утеряно. «Сило», промышленная хлебопекарня, кормила афганскую армию и полицию. Во время гражданской войны солдаты сбрасывали своих врагов с ее крыш. Но теперь ее закопченные желтые башни снова вырабатывают так называемый силосный хлеб для больниц и школ.

Самое стойкое сооружение, - это, наверно, «Микрорайон», серые многоквартирные дома, которые стоят посреди центрального пригорода Кабула, изначально предназначавшиеся для советской администрации и афганской элиты.



Дома со следами пуль и гранат от сражений 1990-ых тесно прижаты друг к другу, обветшалые и залатанные, веревки с сушащимся бельем небрежно растянуты между окнами и близстоящими деревьями. Но «Микрорайон» все еще считается самым высоко ценимым жильем среди кабульского образованного и более обеспеченного среднего класса — факт, отражающийся в уличных плакатах, которые рекламируют мобильные телефоны и частные школы, а также в присутствии девушек, которые ходят по улицам в обтягивающих джинсах, не обременяя себя традиционным платьем.

Еще по теме: Индия, Россия и стабильность в Афганистане


«Это безопасное место, - говорит Шир Мохаммад Башир, 50, директор школы, чинящий свою машину перед четырехкомнатной квартирой, к которой он живет с женой и шестью детьми. - У нас есть вода. У нас есть электричество. У нас есть центральное отопление».

«Честно говоря, Россия много сделала для Афганистана, - говорит он. - Международная коалиция ничего крупного пока не построила».

Воспоминания о советских годах у многих афганцев окрашены этой розовой ностальгией. Однако помещение музея около главного стадиона содержит напоминание о более кровавом наследии Советского Союза: мины, артиллерийские снаряды, ракеты, вертолеты и другие инструменты, используемые ими для подавления их собственных повстанцев, оставив сотни тысяч убитыми, - более страшная плата, чем взяла коалиция, если такие вещи можно вообще сравнивать.

И все же Абдул Вахид Такат, офицер разведки в советские времена, обученный в КГБ, а теперь военный аналитик, живущий в квартире около «Микрорайона», говорит, что мощная армия и сильное правительство были ценным наследием. Именно это позволило президенту Мохаммаду Наджибулле, последнему просоветскому лидеру, выстоять в войне с моджахедами одному в течении трех лет  после 1989, до того, как Москва окончательно прекратила нефтяные и другие поставки.

Конечно, затем Наджибулла был зверски избит талибами и повешен на фонарном столбе в Кабуле в 1996.

«Они оставили за собой сильный Афганистан - современное правительство так долго не продержится», сказал Такат о советских властях.

Недавно вечером на Холме Бассейна пять полицейских в синих униформах, сделав перерыв в службе, танцевали, встав в круг вокруг бассейна, их вытянутые руки покачивались в такт таджикской музыке, раздающейся из окон их «Тойоты».

Еще по теме: Десять лет войны в Афганистане

Наблюдая за ними, еще один прогуливающийся афганец, Харун Мерзад, 34, безработный, в черной шапке и куртке «G-Star Raw», говорил о предстоящем выводе американских войск, и о советских войсках до того, с равнодушием — как будто было неизбежно, что Афганистан снова вернется к тому, чем он всегда был.

«Я не могу сказать о них ничего плохого, - говорит он о русских, пожимая плечами. - Кроме того, что они были безбожниками».

Сангар Рахими помог в написании этого репортажа.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.