С той поры, как Виктор Ерофеев опубликовал свой роман «Русская красавица», он считается одним из самых значимых писателей современности. Уве Витшток беседовал с ним о попытках подвергнуть его произведения и произведения других авторов цензуре и о непредсказуемой ситуации в России.

"DW": В прошлом году у Ваших коллег по писательскому цеху Виктора Пелевина и Владимира Сорокина были значительные проблемы с молодежной организацией «Идущие вместе», которую из-за близости к главе государства охотно называют «молодежью Путина». Вас порочили, а Ваши книги сжигали или спускали в унитаз. Почему?

Ерофеев: Когда Путин пришел к власти, началась пропаганда возврата к «русским идеалам». Наши элиты после распада Советского Союза поначалу не разобрались, что традиционно западные и традиционно русские ценности никак не перекликаются. Например, успех у нас имеет обычно негативный оттенок. А в Америке совсем иначе. Другими словами, в первые годы правления Бориса Ельцина была сделана ошибка, заключавшаяся в попытке сымитировать западный капитализм, когда население жило еще старыми российскими ценностями. Правительство проповедовало: «Обогащайтесь!», но народ отвечал: «Мы скромные люди, а быть скромным это по-русски». Общественный конфликт имел громадные масштабы. Потом пришел Путин. Он попытался разрядить обстановку и поэтому снова поднял значимость «русской идеи». Частью этой стратегии было публично высказанное обвинение, будто писатели, такие, как Пелевин, Сорокин и я, своими плохими, безнравственными и извращенными книгами испортят молодежь. Тот, кто читает наши книги, говорилось тогда, автоматически теряет любую веру в будущее страны и в «русскую идею».

"DW": Три писателя оказались виновными за бедственное положение всей страны?

Ерофеев: Точно. Это старый образчик российской политики: сначала кого-то объявляют врагом, лучше всего идеологическим, потом недовольство народа плохим положением в стране направляется на него.

"DW": Каким был итог кампании?

Ерофеев: Поздней осенью 2002 года я написал Путину очень решительное письмо, дав ему ясно понять, что Пелевин, Сорокин и я воспользуемся для доведения информации о нашем сложном положении, если он не прекратит нападки, международными связями. Мы могли бы подключить ПЕН-клуб и поднять тревогу среди иностранных журналистов. А это, как это хорошо понимают и в России, бросило бы тень на Путина. Это было для них неприятно, и они в итоге кампанию прекратили.

"DW": Сорокина обвиняли в «распространении порнографических материалов»?

Ерофеев: Это был абсурд. Следствие против Сорокина было прекращено только в марте 2003 года. Но следствие в отношении более молодого писателя, Баяна Шриянова (так в оригинале - прим. пер.), продолжается до сих пор. Его обвиняют в том, что в своих книгах он призывает к потреблению наркотиков и пользованию порнографией. Очевидно, существует мнение, что его можно как следует потрепать, поскольку он не так известен на Западе.

"DW": Вы уверены, что эту кампанию направляли Путин и его люди?

Ерофеев: Не он сам, но его администрация при его молчаливом согласии. Но администрация не монолитный блок, там есть реакционные и либеральные силы. Министерство культуры и Министерство печати, телевидение и радио довольно либеральны. Но в Кремле есть и другое крыло, и Путин находится между ними. Мне он представляется человеком, на одном плече которого сидит ангел, а на другом - черт, и оба убеждают его.

"DW": Представляли ли для Вас опасность нападки организации «Идущие вместе»?

Ерофеев: Нападки были не сахар. Нас хотели изгнать из страны. Это была ужасно грязная кампания. Я чувствовал себя как писатель конца двадцатых годов, когда Сталин устроил охоту на нежелательных авторов. Но самым страшным было бы, если бы им удалось заставить нас эмигрировать. Тогда в Россию возвратился бы страх.

"DW": Странная ситуация: в прошлом году Вас пытались выдавить из страны, в этом году Вы представляете в преддверии книжной ярмарки во Франкфурте нынешнюю ее участницу - Россию.

Ерофеев: Это парадокс моей страны. В прошлом году отменили мою еженедельную литературную передачу на телевидении - в этом году ее восстановили. Я снова совершенно свободен в выборе тем. Я во Франкфурте не потому, что меня пригласили власти, а потому, что считаю, что эта презентация «национальной экспозиции» является серьезным шансом для российской литературы. Книги в нашей стране настолько дешевы, что на них никто не сможет прожить. Многие авторы в отчаянии, в этой огромной стране есть, пожалуй, десять или двенадцать писателей, которые могут жить на деньги, вырученные от продажи своих книг. То есть, наши авторы должны зарабатывать деньги за границей, и презентация национальной экспозиции предоставляет для этого прекрасную возможность.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.