"Россияне по своему менталитету и культуре являются европейцами", - сказал президент Владимир Путин в интервью этой осенью, затронув насчитывающую многие столетия тему выбора между Востоком и Западом. Однако на самом деле стоит вопрос о том, является ли Россия - и даже хочет ли она быть - частью сегодняшней Европы. Имеется все больше свидетельств, что ответом является "Нет".

В последние несколько месяцев Россия и Европа разошлись, иногда резко, во взглядах на целый ряд дипломатических, политических и экономических вопросов, тем самым опровергнув широко распространенное представление, что распад Советского Союза стимулирует более глубокую интеграцию России во все элементы нового мирового порядка.

Никому из дипломатов не хочется это признать, но предстоящее в следующем году расширение Европейского Союза - наряду с расширением НАТО - прочерчивает на континенте новую границу, втягивая бывшие республики Советского Союза и его бывших восточноевропейских сателлитов в элитные клубы демократических государств.

Новый занавес, разделяющий Европу, возможно, не такой уж железный, как прежде, но никто не оспаривает, что Россия находится по другую его сторону не только политически и экономически, но, пожалуй, также и психологически.

"Россия остается вне рамок расширяющегося Запада", - написал в этом месяце в "Независимой Газете" заместитель директора московского Центра Карнеги Дмитрий Тренин.

В ходе недавних переговоров по вопросам своего вступления во Всемирную торговую организацию и ратификации Киотского протокола точки зрения России и Европы на свободные рынки и окружающую среду фундаментально разошлись.

Что касается внутренних дел, Россия с возмущением отвергла европейскую критику своей ужасной войны в Чечне - критику более резкую, чем когда-либо звучала из уст представителей Соединенных Штатов, которые все больше склоняются к принятию путинской позиции, что в Чечне россияне подвергаются атакам иностранных воинствующих исламистов.

Европа также критиковала преследование нефтяного магната Михаила Ходорковского и проведенные ранее в этом месяце парламентские выборы, которые, как заявила Организация по безопасности и сотрудничеству в Европе, вызывают сомнения "в готовности России двигаться к европейским стандартам для демократических выборов".

Это все политические - а в некоторых случаях чисто экономические - споры, однако наряду с ними имеют место и более глубокие процессы.

Для многих россиян Европа - нечто большее, чем просто географический регион. Это еще и идея. В советские времена она символизировала собой демократию и свободу, хотя и не без капиталистического загнивания. Она все еще является тем стандартом, с которым сопоставляют Россию, причем результат почти неизменно оказывается не в пользу последней.

Однако россияне все чаще видят в Европе нечто большее, чем просто источник денег и товаров, которые превратили Москву и другие города в оазисы потребления и даже роскоши в стране, которая все еще охвачена бедностью и отчаянием. После бурного десятилетия болезненных экономических реформ все больше и больше россиян, похоже, готовы отвергать Европу как демократический идеал или модель для подражания.

В течение 4 лет пребывания во власти г-н Путин правит авторитарной рукой, увеличивая роль служб безопасности, консолидируя контроль государства над телевещанием и бизнесом и иными путями свертывая базисные, пусть и неупорядоченные демократические свободы. Он остается исключительно популярным правителем и готовится к кампании по переизбранию в президенты в следующем году. На недавних парламентских выборах в России победили дружественные ему партии, разгромив не только коммунистов, но также и две партии с либеральным, прозападным имиджем и идеями, "Яблоко" и Союз правых сил.

Самым большим сюрпризом этих выборов стал успех двух националистических партий, Либерально-демократической партии России во главе с ксенофобом Владимиром Жириновским и менее радикального, более уважаемого ее варианта - партии "Родина".

Лидер "Родины" Дмитрий Рогозин после выборов заявил в интервью, что россияне разочаровались в продолжающемся целое десятилетии эксперименте с демократией и в том, что он назвал несбывшимися надеждами на Европу. "Когда в нашей стране начались демократические реформы, люди были готовы мириться с такими потерями, как разрушение Советского Союза, - сказал он. - Все думали, что это приведет к более тесным отношениям с Западом, когда все станут жить хорошо, что будет достигнут европейский уровень жизни, будут свободы. Однако наступило завтра, и оказалось, что оно столь же мрачно, как и вчера".

Едва ли разногласия между Россией и Европой станут причиной появления глубокой пропасти или начала новой "холодной войны": Россия, как и остальной мир, подвержена процессам глобализации. На долю Европейского Союза после его расширения придется более половины внешнеторгового оборота России, что делает сотрудничество, если не интеграцию, жизненно важным фактором.

Глава Европейского департамента Министерства иностранных дел Сергей Соколов назвал споры с Европой - по всевозможным вопросам, от пошлин до виз - неизбежной болезнью роста при установлении более тесных отношений. Но он добавил, что Россия проводит различие между понятиями "интеграция с Европой" и "интеграция в Европу", где в первом случае подразумевается сотрудничество, а во втором - членство. Россия в его представлении станет независимой державой, гордой нацией, которая ожидает, что Европа будет рассматривать ее как ровню себе, а не как свою составную часть.

Г-н Тренин в своей статье согласился с этим, но предостерег, что Россия создает основы для "нового изоляционизма", хотя и не обязательно в собственных границах.

В последние месяцы Россия агрессивно использует свое дипломатическое и экономическое влияние в своем традиционном доминионе вдоль линии новой границы Европы. В Грузии Россия поддерживает два сепаратистских анклава. В Молдавии г-н Путин попытался решить другой сепаратистский конфликт так, чтобы обеспечить неопределенно длительное присутствие российских войск. В Литве президент Роландас Паксас ожидает импичмента в связи с предъявленными ему обвинениями в том, что он оказался слишком восприимчив к российскому влиянию.

Действия России на международной арене, как и у себя дома, вызывают озабоченность в Европе, все более сильное недоверие к тому, что г-н Путин привержен демократическому курсу. В ближайшем будущем, как считает г-н Тренин, Европа и Соединенные Штаты "станут относиться к России так, как если бы Советский Союз был заменен на своего царского предшественника".

Если Европа удерживает Россию на расстоянии, то точно так же поступает и Россия в отношении Европы.

"Российские лидеры все больше и больше рассматривают Запад как источник ресурсов для модернизации и геополитических перемен, а не как общий дом, где сама Россия может найти достойное место", - считает г-н Тренин.

Г-н Путин в интервью дополнил свой ответ, дважды подчеркнув, что Россия не имеет намерения когда-нибудь вступить в Европейский Союз. Каковы бы ни были ее культурные связи с Европой, отношения с ней России будут ограничены тем, что он назвал "историческим горизонтом". "Решение относительно того, как будут развиваться отношения между Россией и Европейским Союзом, - сказал он, - будет принимать уже новое поколение российских политиков".

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.