На первый взгляд кажется, что на американо-российском фронте затишье. Но новая эра конфронтации потихоньку зарождается на Каспии и на Кавказе, где недавние политические события - и расширяющиеся стратегические повестки Москвы и Вашингтона - привели к усилению соперничества в целом ряде ключевых стран региона.

Одним из таких полей сражений является Грузия. В последние недели, после неожиданной ноябрьской "бархатной революции" в Тбилиси, Америка и Россия не стесняются в средствах для достижения своих целей. Когда на начало января были назначены президентские выборы в Грузии, американские официальные лица воспользовались этой возможностью, чтобы подчеркнуть потенциальную возможность вступления этой страны в НАТО, при условии, что в ней произойдет прозападная политическая трансформация. Вашингтон также усилил свои военные связи, подчеркивая планы как более тесного американо-грузинского сотрудничества в области обороны, так и расширения помощи этой бывшей советской республике.

Россия тем временем воспользовалась наступившей в Грузии после переворота нестабильностью, чтобы начать переговоры с руководством грузинских автономных районов Абхазия и Южная Осетия относительно их возможной интеграции в Российскую Федерацию. Делая ставку на их пророссийскую ориентацию, Кремль, как сообщают, предложил этим районам статус "протектората". Такой шаг на практике означает их территориальное включение в состав России. Что касается мятежной Аджарии, Кремль, быть может, задумывается над тем, чтобы совершить прямой территориальный захват. Легальный статус этого района все еще регулируется заключенным многие десятилетия назад договором между Советским Союзом и Турцией, а поскольку турецкое правительство утратило интерес к этому району, все, что необходимо сделать Москве, чтобы де-факто аннексировать Аджарию, это обеспечить Аджарии гарантии безопасности против Тбилиси.

В то же время Россия стремится подорвать стратегическую роль Грузии как проводника для каспийских энергоносителей. Последние новости свидетельствуют о том, что Москва спонсирует тайную кампанию, которая имеет своей целью сорвать строительство нефтепровода Баку-Тбилиси-Джейхан.

Геополитическое перетягивание каната между Москвой и Вашингтоном происходит также и в Азербайджане. Министр обороны США Дональд Рамсфелд (Donald Rumsfeld) в ходе своего недавнего визита в эту богатую нефтью республику назвал Баку "стратегическим партнером" Соединенных Штатов, что отражает возрастающую важность Азербайджана для американского военного планирования, которое сегодня фокусируется на передислокации войск из своих нынешних баз в Европе дальше на восток. Визит министра обороны США стал также важным шагом в направлении осуществления новой двусторонней стратегической программы "Caspian Guard Initiative" (Каспийская инициатива по мерам безопасности), которая предусматривает оказание Баку помощи в борьбе против терроризма, транспортировки наркотиков и распространения оружия массового поражения. В рамках этой программы Соединенные Штаты намерены резко расширить свое военное присутствие в регионе путем всевозможных акций, от более тесного сотрудничества военно-морских сил до усиления воздушной разведки и наблюдения.

Россия, со своей стороны, проводит другую линию. В последние недели в отношениях с новым азербайджанским президентом Ильхамом Алиевым она предпочитает политику "кнута и пряника". Ее предложения включают как обещания усилить торговлю и военное сотрудничество, так и слабо завуалированные угрозы, что Кремль может принять военные меры для противодействия иностранному военному присутствию в регионе.

Одновременно Россия наращивает свое военное присутствие в соседней Армении. В результате подписанного в ноябре соглашения Москва укрепила правовой статус 102-й военной базы в Гюмри, упрочила военно-промышленные связи с Ереваном и обещала продать правительству Армении высокотехнологичные системы оружия по сниженным ценам. В совокупности эти шаги Кремля поставили азербайджанских политиков перед возросшей военной угрозой со стороны своего главного регионального соперника.

Москва зашла так далеко, что предложила новый план урегулирования давно длящегося Нагорно-карабахского конфликта; это план сделал бы Москву практически единственным гарантом региональной стабильности между Арменией и Азербайджаном. Понятно, что политики в Баку чувствуют себя неважно в связи с предложениями Кремля, которые, как они опасаются, являются не более чем предлогом для расширения военного присутствия Москвы в этой стране.

И Россия, и Соединенные Штаты также наращивают свои усилия по оказанию влияния на политическую ориентацию Казахстана. Сразу же после того, как прошедшей осенью при финансовой помощи Соединенных Штатов была создана казахская военная база в каспийском прибрежном городе Атирау, представители США и НАТО начали переговоры с Астаной о создании казахского военно-морского флота для охраны энергетических интересов этой среднеазиатской республики на Каспии. Не желая быть обойденным, Кремль тоже сделал заявку на роль в создании казахского военно-морского флота и предложил амбициозный план расширенного военного сотрудничества между Москвой и Астаной.

Эти шаги, свидетельствующие об усилившемся трении между американскими и российскими региональными амбициями, являются только началом. Пентагон сосредоточивает внимание на трансформации вооруженных сил США, и соответственные планы драматической передислокации войск все в большей мере рисуют Среднюю Азию как зону жизненных стратегических интересов Америки. А тем временем недавние парламентские выборы в России дали Кремлю еще более широкий мандат на его неоимпериалистические устремления в "постсоветском пространстве".

Разумеется, исход этого соперничества на Каспии и на Кавказе еще далеко не ясен. Но ясно одно: победитель станет играть решающую роль в политическом будущем обоих регионов.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.