Москва, 19 января 2004 года. С начала нападок Кремля на крупнейшую в России частную нефтяную компанию "ЮКОС" и ее главных акционеров идет поток комментариев относительно того, уважает или нет Кремль право собственности в России. Арест некоторых из богатейших людей страны даже вынудил тех, кто следит за событиями в России, усомниться в приверженности президента Владимира Путина рыночной экономике.

Однако, если проанализировать то, что сделал Кремль за последние 4 года в политической области, то становится очевидным, что жесткий порядок, которого Кремль требует в политике, теперь применяется к экономике. Путинская Россия быстро превращается в нечто среднее между диктатурой и демократией, командной экономикой и свободным рынком. Путинский Кремль прокладывает "третий путь".

Путинский "третий путь" является державным, но при этом не предусматривает полной ликвидации ни демократических институтов, ни основ рыночной экономики. Ни демократия, ни свободные рынки в их нормативной форме не гарантируют, что будет выполнена амбициозная экономическая повестка Кремля. Осуществление стратегии "командных высот" как в политике, так и в экономике повышает веру Кремля в то, что российский "третий путь" приведет страну к успеху.

"Третий путь" в политике к настоящему времени стал очень понятным. В начале своего президентства Путин избавился от двух влиятельных олигархов, Бориса Березовского и Владимира Гусинского, принудив их отправиться в заграничную ссылку за то, что те бросили прямой вызов власти Кремля. Мэр Москвы Юрий Лужков являлся оппонентом Путина, когда тот был премьер-министром. После избрания Путина президентом Лужков оценил преимущества партнерских отношений с Кремлем. Можно поспорить относительно того, были ли политические амбиции у бывшего генерального директора "ЮКОСа" Михаила Ходорковского перед его арестом.

На парламентских выборах в декабре Коммунистическая партия Российской Федерации (КПРФ) испытала на себе все имевшиеся в распоряжении Кремля "административные ресурсы"; это было сделано для того, чтобы следующая дума стала полностью зависимой от президентской администрации. В то же время Кремль не только поддержал свою марионеточную партию "Единая Россия", но также объединился с лево-националистическим блоком "Родина". У высылки из страны двух олигархов и разгрома коммунистом есть нечто общее, которое очень важно: независимые базы власти неприемлемы для Кремля, тогда как работа с покладистыми партнерами его устраивает.

Если тактика Кремля по завоеванию господства на политическом поле России будет применена к экономике, тогда станет очевидным, что права собственности не составляют сущности саги "ЮКОСа". Как и в политике, Кремль требует, чтобы экономика была в большой мере направлена на укрепление державности. Компании и богатые личности, которые не хотят следовать этой максиме, обречены стать противниками Кремля. Компании и богатые личности, которые принимают экономические решения в обход или в пику замыслам Кремля, сегодня могут ожидать неприятностей от властей.

Это вовсе не значит, что Путин против рыночной экономики. Для Путина рыночная экономика является полезным механизмом достижения его цели создания сильной экономики; однако он не доверяет свободе рынка и той власти, которую эта свобода дает отдельным личностям вне рамок государства.

Остается множество вопросов относительно того, что произойдет с арестованными акциями "ЮКОСа". По-прежнему не снят с повестки вопрос, не собирается ли Кремль менять форму владения собственностью в России. В то же время вполне ясно, что у частных собственников, которые поддерживают экономические цели Кремля, мало оснований для того, чтобы опасаться вмешательства государства.

Путинский "третий путь" в экономике разрушает то, что многие именуют "олигархическим капитализмом". Однако это вовсе не значит, что сказочно богатые личности будут лишены своих богатств или собственности. Примером олигарха, который, по всей вероятности, останется, является Владимир Богданов, глава крупной нефтяной компании "Сургутнефтегаз".

Богданов в некотором роде "большевистский капиталист". Он заинтересован единственно в том, чтобы его нефтяная компания становилась все более прибыльной. Говорят, что его возят в старом автомобиле; известно, что он заботится о своих работниках (чего нельзя было сказать о бывшем генеральном директоре "ЮКОСа" Михаиле Ходорковском). Богданов также предоставляет своим работникам социальное обеспечение, которое государство уже не способно им дать. Богданов - такой тип корпоративного гражданина, который Кремль способен понять и оценить по достоинству.

Как компания "Сургутнефтегаз" поддерживает поставленную Кремлем цель увеличения добычи нефти на экспорт. "Сургутнефтегаз" и Богданов не используют свое богатство, чтобы диктовать, куда экспортировать российскую нефть. Компания Ходорковского "ЮКОС" пыталась это делать. "Сургутнефтегаз" и Богданов являются партнерами Кремля и одним из лучших примеров "третьего пути" Кремля в мире бизнеса.

Может ли путинский "третий путь" работать? Позволит ли он России достичь ее политических и экономических целей? С точки зрения многих политиков и рыночников, путинская стратегия непрактична, подрывает всякие шансы на демократию или на действительно рыночную экономику. Поживем - увидим. Однако "третий путь" способствует чувству уверенности, по крайней мере, в экономике. Путин приручил "Дикий Восток", тем самым сделав правила игры более понятными и легкими для исполнения.

Путинский "третий путь", безусловно, имеет и свою зловещую сторону: "третий путь" - единственный путь. Те, кто не усвоит принципов "третьего пути", рискуют потерять нечто большее, чем право частной собственности. По каким-то причинам Ходорковский не сумел (или не захотел) понять и принять кремлевское видение России. Ходорковский потерял свою компанию, быть может, свое богатство и, что всего важнее, свою свободу.