"Der Standard": В 2003 году экономический рост в России составил семь процентов, она рассматривается на Западе в качестве партнера. Итак, что можно подвергать критике в политике президента Владимира Путина, и почему Вы выступаете против него?

Глазьев: Я выступаю в большей степени не против него, а за изменение экономической политики. Дело в том, что мы в настоящее время упускаем массу шансов. Нынешний экономический рост базируется главным образом на высоких ценах на энергоносители на мировом рынке. Одновременно снижается производство в области высоких технологий и в других отраслях. Будучи экспертом по проблемам долгосрочного экономического развития, я вижу очень мало шансов, чтобы перейти от роста, базирующего на экспорте сырьевых ресурсов, к устойчивому подъему, который зиждется на духовном, научном, технологическом потенциале.

"Der Standard": Что для этого необходимо сделать?

Глазьев: Правительство продолжает проводить по отношению к населению безответственную политику. Не работает ни один социальный закон. У нас бюджетный профицит и одновременно - не хватает денег на здравоохранение, культуру, науку и технологии. Сутью моей программы является сочетание социальной справедливости и экономического роста на базе интеллектуального, научного и технологического потенциала. В настоящее время из-за высоких процентов практически невозможно открыть фирму, а из-за полной монополизации рынка очень трудно сделать фирму прибыльной. На одном энтузиазме богатым не станешь, если только не присвоишь государственную собственность. Главная проблема российской экономики заключается в том, что нет стимула для творческой активности.

"Der Standard": Это звучит скорее как программа либералов, чем представителей левых.

Глазьев: Наша партия объединяет в себе принципы социального государства и личной инициативы и энтузиазма - это своего рода современная российская версия социал-демократии.

"Der Standard": Существуют предположения, что "Родина" создана при поддержке Кремля с целью ослабления других оппозиционных партий.

Глазьев: Это версия главы КПРФ Геннадия Зюганова. Я два года пытался убеждать Зюганова в том, что нам необходима коалиция левых партий и других сил, таких, как профсоюзы, чтобы защищать национальные интересы и проводить справедливую политику. Если бы Зюганов согласился, то сейчас у нас было бы большинство. Но КПРФ пошла в одиночку - и проиграла.

"Der Standard": Как Вы оцениваете прозападную политику Путина? Видите ли Вы для России в мире какое-то иное место?

Глазьев: Я очень доволен этой позицией, только Россия должна была бы проявлять большую активность. Мы должны более эффективно действовать на мировом рынке. Нам необходимы более эффективные экономические связи с западными странами. Существующее соглашение о сотрудничестве с ЕС в действительности не функционирует. Россия должна была бы быть на европейском рынке равноправным партнером.

"Der Standard": Для развития внутриполитической ситуации в России найдено понятие "управляемой демократии". Кое-кто даже считает, что такими властными полномочиями, которые оказались в руках Путина после последних парламентских выборов, обладал только Сталин.

Глазьев: Это, конечно, не так. Наша политическая система находится на этапе развития. Прежде чем к власти пришел Путин, у нас была диктатура Ельцина. Путин пытается ввести демократические правила игры, но это не улица с односторонним движением. Другие силы тут тоже играют роль. Если, например, партии неожиданно объединяются в одну организацию (имеется в виду слияние прокремлевских партий перед выборами. - Ред.), тогда о демократии можно забыть. Они этого не сделали, не потому, что Путин сказал им об этом, а потому, что они хотят быть возможности близкими к президенту и сохранять свои привилегии. Мы, напротив, хотим настоящей политической конкуренции независимых партий. И я уверен, что Путин это поддерживает.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.