За несколько недель до выборов нет никаких сомнений в победе Владимира Путина, но появляется все больше сомнений относительно ужасных методов, к которым прибегает глава Кремля. Дело в том, что одной из причин превосходства президента в силах является также контроль Кремля над телевидением, радио и прессой России. Московский корреспондент Борис Райтшустер рассказывает специально для "Focus Online" о ситуации в средствах массовой информации России.

Незадолго до приземления Путин совершил ошибку. Летом 2002 года на московском авиастроительном заводе российский президент пилотировал с блеском в глазах самый современный боевой реактивный самолет - на полетном тренажере. Но глава Кремля неудачно повернул ручку управления: в результате сразу после старта сработали тормозные парашюты, но он продолжал полет.

Незадолго до приземления остановились двигатели. «Закончилось топливо», - крикнул испуганно инструктор. Нажав на клавишу временной остановки, он убрал картинку с экрана - и тем самым спас своего президента от аварийной посадки. Большинство средств массовой информации молчит и бойко рассказало об «удачной посадке». Для контролируемых государством телевидения - табу даже симпатичный промах Путина.

Новые правила игры

Четыре года назад, уже вскоре после восхождения Путина на самый высокий государственный пост, его люди, курирующие прессу, установили для журналистов, работающих с Кремлем, новые правила, низведшие их до положения придворных авторов, рассказывает бывший корреспондент Елена Трегубова. Если верить ей, то вопросы главе Кремля можно задавать только после их предварительного согласования с пресс-службой. Когда Путин во время предвыборной кампании назвал однажды секс в пылу схватки половым извращением, один высокопоставленный кремлевский чиновник дал журналистам деликатно понять, что они должны забыть об этом пассаже, если не хотят иметь неприятности.

Между тем, странную игру с прессой разыгрывает, очевидно, также немецкий канцлер: в ходе заключительной конференции в рамках германо-российской встречи в верхах в Санкт-Петербурге, проходившей осенью 2003 года, люди из пресс-службы Герхарда Шредера (Gerhard Schroeder), очевидно, еще накануне отбраковали неудобные вопросы, связанные с историей с нефтяным концерном ЮКОС. Вместо этого канцлеру Германии и его близкому другу Путину задавались только удобные для них вопросы.

Наручники вместо распоряжения на проведение обыска

В своих выступлениях по торжественным случаям президент Путин постоянно говорит о свободе прессы. Раньше он требовал от журналистов, чтобы те критиковали его самого и его чиновников. В действительности же редакторы, если они следуют этому требованию, вынуждены были считаться с возможными неприятностями. В редакцию являлись сотрудники контрразведки, которые вместо того, чтобы проводить обыск, выкладывали на стол наручники.

Немногим, еще остающимся независимыми газетам предъявлялись иски о возмещении ущерба, что грозило им разорением. Совсем недавно прямо на улице был жестоко избит один из самых известных журналистов, критически настроенный Отто Лацис. Причем преступники даже не тронули его кошелек с деньгами. После того, как журналистка опубликовала свою книгу разоблачительного содержания о Кремле и Путине, перед дверями ее квартиры было взорвано взрывное устройство. Она осталась невредимой только потому, что вышла из квартиры позже, чем планировалось. Несколько случаев такого рода достаточно, чтобы запугать вообще всех журналистов.

Манипулирование - это козырь

«Наши господа понимают, что не могут создать новый ГУЛАГ, лагерь в Сибири. Да и для чего? Они поняли, что достаточно угрозы подобного рода, чтобы держать людей в послушании! - жалуется самый известный правозащитник России Сергей Ковалев. - Бал снова правит КГБ, что касается методов и постановки целей». Во время избирательной кампании по выборам в Думу в декабре 2003 года манипулирование средствами массовой информации достигло почти советских масштабов: вопреки всем законам о выборах руководители кремлевской партии не исчезали из новостных передач. На международной встрече по футболу операторов, казалось, больше интересовала трибуна для почетных гостей, чем происходящее на поле.

В российском обществе, тем не менее, ограничение свободы прессы не вызывает сопротивления. Согласно опросам, 75 процентов россиян за введение цензуры. Журналисты пользуются, скорее, репутацией проституток, а не «четвертой власти». Очень широко распространена точка зрения, будто пресса пишет за соответствующее вознаграждение о чем и о ком угодно. Поэтому в намордниках для журналистов многие россияне видят не ограничение свободы, а победу законности и порядка над хаосом и продажностью.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.