Газовая отрасль страны вступает в новую, глобальную эпоху. Однако она страдает от пережитков прошлого, а государственная монополия Газпром по уши в долгах, пишет Том Уорнер из Москвы

Потенциал российской газовой отрасли внушает благоговение, учитывая, что страна владеет 40% мировых разведанных запасов газа при отличных перспективах открытия новых месторождений.

У России достаточно газа, чтобы увеличивать экспорт в Европу, одновременно открыть новый рынок сбыта в стремительно индустриализирующемся Китае и начать экспорт сжиженного природного газа.

Реальность, однако, похожа на головную боль. После десяти лет безрассудства российский газовый монополист Газпром погряз в долгах и столкнулся с угрозой неизбежного сокращения объемов добычи на сибирских месторождениях, которые он эксплуатирует с 1970х.

'По нашим оценкам, будущий спрос на российский газ значительно превзойдет объемы, которые может добывать Газпром', - говорит Пол Коллисон (Paul Collison), аналитик по нефти и газу компании UBS Brunswick.

В следующем десятилетии основной задачей Газпрома будет финансирование разработки других месторождений, расположенных в более труднодоступных местах, в особенности на полуострове Ямал на Крайнем Севере. Это потребует 'беспрецедентного для России масштаба' инвестиций, считает Коллисон.

Как, по мнению правительства, Газпром найдет необходимые средства остается неясным. Однако Президент России Владимир Путин исключил возможность раздела или приватизации компании. Государство владеет незначительным большинством акций Газпрома, включая бумаги, принадлежащие его дочерним компаниям.

По мнению Путина, Газпром должен стать более сильным и централизованным и работать рука об руку с более сильной и более централизованной Россией.

Выступая перед советом директоров компании в прошлом году, он сказал, что хочет, чтобы Газпром остался 'политическим и экономическим рычагом влияния на остальной мир'.

Этот особый статус и объясняет сложные условия для частных инвесторов, которые могут разведывать и разрабатывать газовые месторождения, но не могут свободно сбывать газ.

Газпром использует свою монополию на газопроводы с тем, чтобы сохранить для себя выгодные экспортные рынки, направляя частных производителей на российский внутренний рынок, цены на котором зафиксированы на уровне ниже себестоимости.

Для того, чтобы понять, насколько невыгодны условия для добычи газа, существующие в России, достаточно пролететь над Сибирью ночью. Огромные вспышки пламени, заметные даже с самолета, показывают, что производители нефти воспринимают попутный газ как бесполезную и досадную помеху и предпочитают сжигать его. Однако схема постепенного повышения цен в течение ближайших двух-трех лет призвана положить конец подобной практике. Некоторые нефтяные компании даже начали приобретать газовые месторождения в ожидании дальнейшего улучшения ситуации.

Кроме прочего, Газпром блокирует центрально-азиатским производителям газа доступ на рынок Западной и Центральной Европы. Лишь нескольким частным компаниям с хорошими связями удалось преодолеть этот барьер.

Подобная политика препятствует процессу либерализации, проходящему в Евросоюзе, однако Путин уже дал понять, что его позиция непоколебима. Не похоже, чтобы конфликт испортил отношения Газпрома с западными газовыми компаниями, такими как, например, Ruhrgas и Wintershall. Эти компании вошли консорциум по строительству нового газопровода в Европу по дну Балтийского моря, в дополнение к уже существующим трубопроводам в Европу через Украину и Белоруссию и в Турцию через Черное море.

Тем временем компания British Petroleum и ее российский партнер ТНК ведут переговоры с Газпромом о начале строительства первого газопровода от огромного Ковыктинского месторождения до Китая. Британско-российское СП владеет 64% в проекте. В последнее время казалось, что переговоры зашли в тупик, однако Стивен О'Салливан (Stephen O'Sullivan), глава исследовательского отдела московской Объединенной Финансовой Группы, говорит, что видит 'признаки компромисса'.

По его словам, Газпром, вероятно, приобретет 25% акций проекта у российской компании Интеррос.

Еще один крупный частный проект по разработке газового месторождения, добыча на котором начнется уже в этом десятилетии, находится у берегов Сахалина.

Согласно проекту, оцениваемому в 10 млрд. долларов, консорциум, возглавляемый компанией Shell, будет добывать газ из подводных месторождений у восточного побережья острова, а затем сжижать его на сахалинском заводе. Shell уже заручилась обязательством японских потребителей закупать газ с месторождений, добыча на которых должна начаться в 2007 году.

Сахалин-1, еще один проект в том же регионе, возглавляет компания Exxon. Проект концентрируется на добыче нефти и находится в начальной стадии.

Сахалин-3 - долгосрочный проект по разведке и разработке месторождений под предводительством Exxon и Chevron - был в этом году отменен правительством.

Газпром также ведет переговоры с Conoco относительно строительства завода по сжижению природного газа в Мурманске на Баренцевом море с тем, чтобы поставлять газ в США.

Однако очевидно, что основные инвестиции в новое производство должны быть сделаны самим Газпромом.

Увеличение внутренних цен на газ - один из способов получить дополнительные средства. Еще одна возможность - увеличить рыночную стоимость акций Газпрома, отменив ограничения, не позволяющие иностранцам приобретать его акции.

Более высокая рыночная капитализация позволила бы Газпрому получить больше кредитов.

В 2001 году г-н Путин назначил новое руководство компании, которому удалось снизить коррупцию и улучшить кредитный рейтинг Газпрома.

Однако большая часть улучшенных возможностей по займам пришлось использовать с тем, чтобы рефинансировать краткосрочные кредиты с высоким процентом, взятые в 1990х годах.

Эксперты считают, что в течение года Путин объявит об отмене двойной системы владений акциями Газпрома, которую Коллисон считает 'серьезным препятствием'.