Иногда люди меняют свои взгляды. Однако когда речь идет о повороте на 180 градусов, когда жесткая оппозиция главе режима, в данном случае президенту Путину, круто сменяется призывом о его поддержке, подобно тому, как это сделал Михаил Ходорковский в своем открытом письме, опубликованном в начале этой недели, такая перемена наводит на подозрения, не так ли? Это уже не говоря о том, что перемена взглядов произошла не в комфортной обстановке собственного офиса, а в тюремной камере, в ожидании решения суда о лишении свободы на длительный срок в исправительно-трудовом лагере, где его ждут туберкулез и другие болезни.

Письмо Ходорковского сродни просьбе или даже мольбе о прощении. Оно полностью противоречит тону, в котором некогда свободный и успешный бизнесмен, диссидент и одна из наиболее влиятельных фигур на российской политической сцене, выражал свою позицию.

Практически не имеет значения, действительно ли было письмо написано лично Ходорковским или же в соавторстве с кем-либо, утверждает его адвокат. Мы теперь знаем, что люди, которые писали речи Ходорковскому, не причастны к данному письму. Мы также знаем, что все, что выходило из его камеры в 'Матросской тишине' сначала проходило жесткую цензуру и зачастую не достигало своего адресата. Вместе с тем, несколько черновых вариантов письма подвергалось неоднократному редактированию, прежде чем выйти в печать, одно из них даже просочилось в Интернет. Тем не менее, Министерство юстиции, ведающее тюрьмами, публично заявило, что опубликование письма явилось полной неожиданностью, и что в связи с этим будет проведено расследование. Неужели? Может быть, нам следует помочь чиновникам из Министерства юстиции и предоставить им адрес редакции письма или они все-таки сами справятся?

Во всей этой истории наибольшего внимания заслуживает метод, который был использован для решения проблемы, уже давно угрожающей репутации Путина как современного, просвещенного лидера. Этот метод заключался в том, чтобы добиться от Ходорковского публичного покаяния. Сомнений быть не может - процесс над Ходорковским уже не вызовет никакого скандала, а некогда ярый противник президента получит более мягкое наказание или будет осужден условно.

Закрытие дела может опередить или совпасть по времени с открытием саммита большой восьмерки, который состоится в США в конце июня. Тогда Бушу будет проще смотреть Путину в глаза, видеть его душу и одобрять представления Путина о демократии в России.

Для политологов, специализирующихся на советском периоде, использованный метод не явился чем-то новым. Он был разработан и успешно применялся Иосифом Сталиным в 1930 годы и, не без помощи корреспондента газеты 'Нью-Йорк Таймс', был воспринят западной общественностью как приемлемый. Однако мир узнал об истинной его эффективности в 1970-х годах, когда под давлением пятого управления КГБ (занимавшегося идеологической контрразведкой) несколько знаменитых политических диссидентов признали ошибочность своей позиции по отношению к режиму и заявили, что были введены в заблуждение ложной западной пропагандой.

Обычной практикой, сопровождавшей эти 'весьма откровенные признания' было предательство и/или осуждение бывших соратников, как сейчас Ходорковский осуждает Егора Гайдара, Анатолия Чубайса (одного их тех немногих, которые высказались в защиту Ходорковского после его ареста) и других либералов во всех мыслимых и немыслимых грехах (включая свои собственные). Он призывает читателей не соблазняться западными методами, а искать те, которые подходят только России.

То, что следовало за подобными раскаяниями в 70-х, мы знаем: некоторые сразу получали свободу, другие отправлялись в ссылку, предпочитая ее годам заключения в исправительно-трудовой колонии (как это было в случае со специалистом по работе с потенциально демагогической информацией Глебом Павловским). Это было время разрядки международной напряженности: именно тогда СССР и еще 34 демократических государства подписали Хельсинский билль о правах. Публичное самоосуждение тех, кто ранее находился в оппозиции репрессивному режиму, способствовало успешному проведению как внутренней, так и внешней политики Кремля.

Тогда для народа это значило: 'Смотри, Лубянка может сломить даже самых непокорных, так что и не думай перечить режиму'. Сегодня, письмо Ходорковского несет все то же самое четкое и ясное предупреждение.

Признания подобного рода играли немаловажную роль и в мировом масштабе: они заставляли лидеров западных демократических стран признать советский режим и закрыть глаза на его репрессивную политику. То же самое происходит и сейчас: в преддверии саммита Большой восьмерки вопрос, регулярно задаваемый американскими дипломатами относительно ареста Ходорковского, был к счастью для российской стороны почти полностью улажен.

Другим лидерам стран Большой восьмерки удалось получить передышку и избежать сделки с совестью, на которую пришлось бы пойти, признав Путина прогрессивным демократом, и полноправным членом своей команды.

Да здравствует Лубянка и ее методы - а мы как-нибудь. . .

Автор статьи - Евгения Албац, ведет вечернее политическое ток-шоу, выходящее на радио 'Эхо Москвы' по воскресеньям.