Около месяца назад Россия направила двух офицеров спецслужб в Катар. Их заданием было убийство президента Чечни Зелимхана Яндарбиева, которого они считали террористом. Задание было выполнено успешно: они взорвали машину, в которой он с несколькими членами семьи отъезжал от мечети. Две недели спустя Россия предложила принять резолюцию ООН, осуждающую Израиль за убийство шейха Ахмеда Ясина (Ahmed Yassin), парализованного террориста, в момент, когда тот покидал мечеть.

О чем же думал президент Путин? Вероятно, когда он осуждал президента Шарона (Sharon), он делал это подмигивая, чтобы показать, что все это является действиями на грани допустимого, допустимым лицемерием, продолжением Большой игры. В конце концов, во всем катарском деле было что-то ностальгическое, особенно когда выяснилось, что катарцы поймали двух российских убийц. Российская сторона немедленно арестовала катарского борца и его тренера, которые находились в тот момент в России.

Был предложен обмен. В общем, ситуация воскресила в памяти старые добрые дни обоюдных изгнаний дипломатов, обменов шпионами на мостах, шахматной игры эпохи "холодной войны".