Гробовщик не пробрался через бюрократические препоны, но для российской демократии вряд ли можно считать хорошим знаком то, что среди шестерых оппонентов Владимира Путина на президентских выборах в прошлом месяце оказались его пламенный сторонник, сталинист и растатуированный бывший телохранитель.

После унижения на парламентских выборах в декабре прошлого года ни одна из основных политических партий не решилась выставить своего кандидата. И коммунисты, и националисты из ЛДПР назначили в кандидаты откровенно проходные фигуры, а либералы из СПС даже не пожелали поддерживать 'свою' Ирину Хакамаду, которой пришлось выступать в роли независимого кандидата.

Иван Рыбкин, политик, близкий к изгнанному из страны олигарху Борису Березовскому, сам снял свою кандидатуру после того, как ему не удалось объяснить причины своего неожиданного исчезновения из Москвы и тот факт, что обнаружился он в Киеве. Остается Сергей Миронов, близкий союзник Владимира Путина, который и участвовал в выборах только затем, чтобы весь процесс не мог быть объявлен несостоятельным, если бы все остальные его соперники вышли из предвыборной гонки.

Ко времени президентских выборов перед русскими встал тот же вопрос, что и на парламентских выборах тремя месяцами ранее: за кого голосовать в такой ситуации, кроме Путина и его команды? В результате его поддержали более 70 процентов избирателей, и его партия 'Единая Россия' также занимает около 300 из 450 мест в нижней палате парламента. Теперь в руках одного человека сосредоточена огромная власть.

По словам политолога Бориса Макаренко, 'мы сейчас на распутье. Конечно, в отношении демократии и плюрализма у нас произошел откат назад: политические партии находятся в самом глубоком кризисе со времен Советского Союза, а средства массовой информации в основном сосредоточены в руках государства'.

Западные наблюдатели, работавшие на парламентских и президентских выборах, и там, и там отмечали серьезные нарушения в проведении избирательной кампании. Первые выборы назвали 'свободными, но несправедливыми', а в отношении вторых высказали уже более осторожную критику относительно того, что уж слишком 'за Путина' были настроены государственные телеканалы.

Но российская политика никогда не была демократической в полном смысле слова. Ни в один период истории страны демократическая система не работала, а то, как она работала в 90-е годы, можно оценить в лучшем случае нейтрально.

'Административные ресурсы' - включая и открыто предвзятые кампании в прессе - широко использовались в 1996 году, когда президент Борис Ельцин был переизбран на второй срок. Таким же образом их применяли и в 1999-м, и в 2000 годах, чтобы обеспечить избрание Путина, назначенного преемником Ельцина на посту президента.

Ельцин находился в практически постоянном конфликте со всеми парламентами, с которыми ему пришлось работать. Он с трудом уходил от импичмента, игнорировал законы, принятые депутатами, и часто проводил собственную политику, сериями издавая президентские указы, которые противоречили тому, что принимала Дума, и вообще эти положения не учитывали.

Однако если бы Ельцин учитывал волю народа, которая отражалась в составе всех его парламентов, рыночные реформы, от которых Россия столько с тех пор выиграла, было бы невозможно провести. Например, националист Владимир Жириновский, который в 2001 году призывал поддержать 'Талибан' в борьбе против США, чуть было не стал министром иностранных дел.

Во время правления Путина оппозицию основательно дискредитировали. Коммунисты, похоже, не в состоянии сказать ничего такого, что услышали бы молодые избиратели, а образ либеральных партий очень сильно испорчен тем, что они не сочли нужным избавиться от связей с крупным бизнесом и социальным хаосом, царившим в стране в 1990-е годы, на который они в лучшем случае взирали с высоты своего положения, когда на этой самой высоте еще находились.

В отличие от своего предшественника, господин Путин, несомненно, популярен среди населения. Может быть, рейтинги доверия президенту в 70 или 80 процентов и вздуваются искусственно верноподданной прессой, однако они в большой степени адекватно отражают экономический рост в стране, даже если он и не зависит от самого Путина. Как бы там ни было, его переизбрание также отразило волю народа.

Новый лидер России не равнодушен к тому, что говорит о нем общественное мнение. Хорошим предупреждением стала неожиданно сильная поддержка, которую избиратели оказали на парламентских выборах популистско-националистической партии 'Родина', программа которой была в основном сосредоточена на вопросах социальной справедливости. Поэтому неудивительно, что после такого предупреждения президент Путин и сам стал делать гораздо больший упор на борьбу с бедностью и другие социальные вопросы.

Но даже при том, что автократическое правление Ельцина оставляло мало надежд на установление более демократической системы, Путин поднял государственную власть на новый уровень авторитаризма. И сам российский народ, выразив свою волю на демократических выборах, полностью поддержал этот путь. Получается, что русские предпочитают меньше демократии, зато больше порядка и перспективы реформ.

Ельцин правил по принципу 'разделяй и властвуй' и балансировал между интересами различных групп, в то время как Путин сформировал жесткую 'вертикаль власти', в которой не приветствуется никакая оппозиция. Сергей Глазьев, один из его противников на президентских выборах и глава партии 'Родина', подвергался преследованиям во время выездов в ходе избирательной кампании и полностью вымарывался из прессы. Михаила Ходорковского, нефтяного магната, который финансировал оппозиционные партии, посадили за это в тюрьму в октябре прошлого года по обвинению в мошенничестве.

Даже если считать, что в наследство Путину досталась система, которая вряд ли может считаться совершенной, направление, в котором он движется, чревато в будущем большими проблемами. Путин на пресс-конференции через несколько часов после своего переизбрания сказал, что строительство многопартийной системы и сохранение свободы прессы будут в числе самых важных вопросов, но верится в это с трудом.

Если это действительно так, то почему он не пошел на выборы от лица его собственной партии 'Единая Россия'? Да только потому он вынужден идти на выборы самостоятельно, что к этому его вынуждает неразвитая политическая культура обычных граждан России. Возможно, что она и будет развиваться, но слишком мало фактов, которые бы указывали на это.

Пока слишком рано говорить о том, что 'политика умерла'. Хотя и заглушены публичные выступления, будет расти внутренняя борьба. Существует риск внутреннего разделения сильного парламентского большинства, которое зависит от сделок с различными региональными лидерами и финансирующими корпорациями.

Также, возможно, еще слишком рано списывать со счетов и Сергея Глазьева и других политиков, позиционирующих себя как оппозицию Кремлю, особенно если ухудшится макроэкономическая ситуация и правительству Путина не удастся провести реформы, о которых оно сейчас говорит - или оно будет их слишком сильно подгонять, чем вызовет общественное недовольство.

К тому же, если господин Путин сдержит свое обещание не баллотироваться на выборах 2008 года, примерно через два года начнется борьба среди претендентов на эту роль, тем более что пока таких кандидатов что-то не видно.

Политолог Борис Макаренко предупреждает о том, что впереди еще много опасностей. 'Проблема в том, что существующая система может быть хороша для хорошей политической погоды, но, если погода испортится, от нее практически нет никакого толку', - говорит он, 'если эта система докажет свою жизнеспособность и использует концентрацию власти для продвижения либеральных реформ, демократия потихоньку вернется. Если - нет, то мы рискуем стать еще более авторитарной страной'.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.