Сибирский Норильск живет тем, что добывает никель, что есть горно-металлургический комбинаа 'Норильский никель'. Город грязный, люди болеют. Но есть работа и есть большая зарплата, поэтому уезжать отсюда никто не хочет

Норильск чувствуешь языком. В привкусе, который сопровождает 230 000 жителей этого города всю жизнь, есть что-то дьявольское. Страшный диоксид серы, выделяющейся при производстве меди и никеля, откладывается в легких. Норильск - один из самых грязных городов мира. Заводские трубы медеплавильного завода, металлургического комбината и никелевого комбината выбрасывают ежегодно в арктический воздух почти два миллиона тонн диоксида серы.

По прямым, как стрела, улицам при температуре минус 25 градусов со скоростью 90 километров в час метет снег, заставляя людей идти пингвиньей походкой, съеживаться. В этот момент в тепле прихорашивается Виктория. Ее глаза неправдоподобно голубые, губы слишком розовые, волосы белокурые, а ее чересчур короткая юбка кричаще зеленая.

'Покупаем акции 'Норильского никеля' - написано на табличке перед ее киоском, в котором, кроме Виктории, есть еще стул и телефон. Одна московская инвестиционная фирма направила Викторию в город, расположенный в 200 километрах по другую сторону Полярного круга, для скупки акций у работников предприятия. '2080 рублей, - мурлычет она в телефонную трубку. - Мы платим наличными'. 70 долларов США - это несколько меньше, чем курс акций на московской фондовой бирже РТС. Несмотря на это, продают акции редко.

В последнее время компания 'Норильский никель' оценивается на финансовом рынке в размере 16,6 млрд. долларов США. Благодаря высоким ценам на цветные металлы, она является одним из самых успешных российских предприятий. На долю 'комбината', как называют свое предприятие 58 000 работников, приходится 20 процентов мирового рынка никеля, 15 процентов - кобальта и 70 процентов - палладия. Норильск является поставщиком таких гигантов, как концерн 'General Motors'. На долю комбината приходятся пять процентов совокупного социального продукта России.

'Простите, что у меня в кабинете пока не висит портрет Путина. Я сюда только что въехал'. 32-летний Виктор Тименко - первый 'абориген', оказавшийся на посту генерального директора 'Норильского никеля' по другую сторону Полярного круга. Приемную украшают портреты его предшественников. Первых четырех назначал и снимал еще Сталин.

Тименко - дружелюбный молодой человек, олицетворяющий спокойствие, которое вселяет в человека Заполярье, рассказывает о ежегодных инвестициях в размере 300-400 миллионов долларов США с целью модернизации предприятия и борьбы с загрязнением окружающей среды, которое ощущается даже в Канаде и в Норвегии. До 2010 года выбросы диоксида серы уменьшатся на 70 процентов.

Будущее Норильска, рассчитывает Тименко, обеспечено на 50 лет вперед, до тех пор, пока будет оставаться сырье. Он тоже, как и многие здесь, на краю света, говорит о 'патерналистской системе', что означает: завод решает - люди повинуются.

Норильск, погружающийся зимой, во время полярной ночи, на 45 дней в темноту, и где летом 45 дней не заходит солнце, город - закрытый для иностранцев. Приехать сюда имеет право только тот, кто имеет разрешение контрразведки ФСБ. Этот особый режим был введен в ноябре 2001 года, после того, как здесь осели 30 000 выходцев с Кавказа, грозя нарушить социальное равновесие. Изоляция - в Норильск можно попасть только воздушным путем - имеет свои недостатки. Так, каждый директор завода жалуется на то, что набирать работников можно только среди молодежи, на нехватку специалистов.

Средний возраст населения, составлявший в советские времена 26 лет, вырос до 40 лет. Многие старики остались. После того, как численность рабочих была сокращена в течение семи лет со 130 000 до 58 000 человек, стало больше безработных. Антонина Евдокимовна продает семечки даже в пургу. 64-летняя женщина стоит в валенках на углу дома, меховая шапка обрамляет ее красное, отдающее синевой лицо. 'Если бы у меня были деньги, разве я торговала бы этими жареными семечкам?' - задает вопрос Антонина, вынужденная подрабатывать к пенсии.

'Норильск не тот город, чтобы здесь становиться стариком, - говорит руководитель комбината Тименко. - Мы обязаны этих людей переселять'. Комбинат перечисляет в этом году девять миллиардов рублей (300 млн. евро) на городские нужды. Если каждый пенсионер, отработавший на предприятии, будет оставаться здесь, необходимость в средствах вскоре резко возрастет. На переселение комбинат предоставляет 10 000 долларов США наличными, две пенсии пожизненно или шесть пенсий на период двух лет.

Даже если каждый норильчанин и мечтает о своем домике на юге, уезжать отсюда хотят немногие. Те, кто вернулся через год с юга, рассказывают о безработице, о том, что 'длинного рубля', который они заработали, надолго не хватает. Они говорят: 'Здесь у нас человек крепче металла'.

Оба патрона сидят на 'континенте', как называют норильчане всех, кто живет южнее. В Москве в четырех часах лета судьбу металлургического комбината определяют олигархи Владимир Потанин, глава промышленного холдинга 'Интеррос', и Михаил Прохоров, генеральный директор 'Норильского никеля'.

Обоим в одинаковой доле принадлежат 63 процента акций 'Норильского никеля'. Журнал 'Forbes' оценивает эти доли соответственно в сумме 5,4 млрд. долларов США. Потанин, как и Прохоров, - выходцы из семей номенклатуры и работали до того, как основать банк, в Министерстве внешних экономических связей, то есть в структуре, регулирующей вопросы импорта и экспорта.

Тем человеком, которому в 1995 году президент Борис Ельцин предложил роковую сделку, оказался банкир Потанин. Частная экономика ссужает правительству деньги, а то взамен отдает в залог пакеты акций сырьевых предприятий. Если государство долг не отдает, акции переходят в частную собственность.

Сделка по сговору, - в результате которой Потанин и Прохоров приобрели 'Норильский никель' за смешные деньги в размере 250 млн. долларов США. Неприятие распродажи такого рода чувствуется и в Норильске, хотя рабочие предприятия получают в среднем 1 000 долларов США - в российских условиях это очень высокая зарплата. Видимо, с тем, чтобы застраховать себя от национализации, Потанин теперь называет Путина 'счастливым случаем для России'.

Однако оба олигарха и немало сделали в Норильске. Зарплата выплачивается своевременно, бухгалтерский учет соответствует международным стандартам. Разработана инвестиционная программа стоимостью несколько миллиардов рублей на период до 2015 года с целью модернизации оборудования. В городе, на краю света, есть Интернет-кафе, шикарные бары и косметические салоны.

Потанин был в Норильске за восемь лет два раза. Ольга Ивановна Петрига живет здесь 52 года. 'Маруся, не волнуйся, и для нас будет снова светить солнце', - писала она, будучи еще 14-летней девочкой, своей подруге. За эти строки она получила десять лет лагерей. Следователи НКВД прибавили ей, после того, как выбили два зуба ее отцу, лишние восемь лет, чтобы вообще иметь право привлекать девочку к суду.

Ольга, родившаяся в Польше и выросшая на Украине, провела сначала три года на Урале, потом ее перевели в Норильск, в 'Норильсклаг'. В 'Норильсклаге', трудовой колонии, входившей в советскую систему ГУЛАГ, были вынуждены работать в 1935-1953 года более 300 000 заключенных. Десятки тысяч погибли, сотни были расстреляны на месте. Главным для Сталина была добыча любой ценой сырья, кроющегося в арктической тундре.

'Я спрашиваю себя: почему еще до сих пор жива? - вспоминает Ольга Петрига о непосильном труде при температуре минус 50 градусов. - Я весила 42 килограмма, каждый день была обязана рыть тоннель длиной пять метров'. На спине носила номер Х401, имен у заключенных не было. Она хорошо помнит день, когда ночью волосы примерзли к деревянным нарам, смерть Сталина, когда ей хотелось 'прыгать и танцевать'. И восстание 1953 года, когда взбунтовался женский лагерь, и охранники сначала поливали бунтовщиков из пожарных шлангов, а потом пошли на них с топорами.

Позднее Ольгу реабилитировали, и она продолжала работать бухгалтером. 'Куда мне было идти, женщине из ГУЛАГа, без паспорта и документов'. Сегодня Ольга работает дворником на Севастопольской улице, где она, будучи еще заключенной, рыла кюветы. К своей пенсии, составляющей 4003 рубля (114 евро), она вынуждена подрабатывать, к тому же 3 675 рублей ей приходится платить за электроэнергию и газ.

Комбинат о тех людях, на костях которых он стоит, почти забыл. 400 рублей и 50- процентная скидка на лекарства - во столько оценивают Потанин и Прохоров судьбу заключенных. 'Собственно, это не наша проблема, а государства', - говорит пресс-секретарь Андрей Грачев. Вместе с Ольгой тех, кто выжил в норильском лагере, осталось 33 человека.

Одна из шахт, приносящая богатство, называется 'Комсомольская'. В прошлом году горняки добыли 2,9 млн. тонн руды, теперь объемы добычи предстоит увеличить вдвое с помощью нового оборудования из Германии. Исходя их разведанных запасов, составляющих 800 млн. тонн, работы на шахте 'Комсомольская' хватит еще на 100 лет. Некоторые пласты достигают восьми метров.

Мы спускаемся в корзине до подошвы горы на отметке 471 метр. Подземный завод. Стены забетонированы, создается впечатление, что находишься в туннеле. Смена продолжается семь часов и двенадцать минут, работа идет круглые сутки. Горняки едут в тряском поезде дальше, затем на джипе - до лавы.

Гора изнутри полая, как швейцарский сыр. Руководитель смены Александр Рамонов рассказывает, что ежедневно для продвижения вперед нужно пять тонн взрывчатки. Недавно взрывник хотел проверить свою работу, и был убит куском отвалившейся породы. Несмотря на это, 'Комсомольская' производит лучшее впечатление, чем большинство других шахт в России.

Рамонов, выходец с Кавказа, работает под землей 14-й год. Он выглядит старше своих 37 лет. 'Я начинал здесь, когда Советский Союз считался еще нерушимым', - говорит он. Как и все, он хотел здесь остаться на три года, но потом с переездом ничего не вышло. Зарплата хорошая, жаловаться не может, шахта - одна из лучших в мире, пусть других он пока и не видел. Врубовые машины отгрызают от стены руду, погрузчики грузят ее в вагонетки. Потом с глубины 580 метров она попадает на поверхность. 'Я люблю тебя, жизнь!' - висит на стене лозунг. Корзина доставляет нас снова из сокровищницы на поверхность. Снежная пурга продолжается.