Литва считается для ЕС образцовым в экономическом отношении государством среди первых новых членов Союза, вступающих в еврозону. Литва, будучи бывшей советской республикой, с энтузиазмом повернулась в сторону Запада, а исключительно живая внутренняя политическая жизнь страны до сих пор проявляла себя не с лучшей стороны

Тот, кто собирается изучить громадное влияние культурно-исторического плана, тому можно порекомендовать побывать в Литве и в Молдавии. Обе страны были небольшими, не слишком важными советскими республиками, обе очень страдали под диктатом Москвы, и обе почти полностью зависели от поставок российских энергоносителей. Однако, если Молдавия, имеющая свои корни в регионе, близко никогда не знакомом с принципами демократии и правового государства, оказалась в нищете и считается сегодня самой бедной страной в Европе, а свою политику она вынуждена ориентировать на интересы Москвы, то Литва развернулась в сторону Запада и расцвела. Вильнюс, столица, превратился в маленькую Прагу, в жемчужину архитектурного стиля барокко. Жизнь в нем кипит, он открыт для всего мира, царит оптимизм. Экономика переживает бум. В прошлом году прирост составил феноменальные 9 процентов, это и те 7-8 процентов роста, который ожидают от Литвы в текущем году, повергают в краску сытых западных европейцев. В качестве свежеиспеченного члена НАТО страна с полной отдачей участвует в деле контроля над восточной границей альянса.

Бурное рождение нового государства

То, что прибалтийские государства, наверное, с еще большим энтузиазмом, чем восточные европейцы, обратились к ЕС и к НАТО, не удивляет. Находиться в составе Советского Союза было нечто иным, даже если помнить о печальной судьбе формально независимых стран: на память приходит кровавое приведение к порядку Венгрии и Чехословакии. Но была ли акция, приуроченная к 50-й годовщине со дня подписания пакта Риббентропа (Ribbentrop)-Молотова, в ходе которой более двух миллионов человек, взявшись за руки, образовали цепь от Вильнюса до Таллинна, возможна в других странах? Прочь, только прочь, таким был тогда лозунг: никто, видимо, так не хотел в то время повернуться спиной к Советскому Союзу, как прибалты-неславяне, чувствовавшие себя не в своей тарелке не только в политическом, но и в общественном и в культурном плане. Нет ничего удивительного, что Коммунистическая партия Литвы была той силой, которая первой в послевоенной истории отмежевалась от Коммунистической партии Советского Союза.

Десятилетие Бразаускаса

Нет ничего удивительного также в том, что рождение современной Литвы было намного более бурным, чем рождение восточно-европейских государств. В частности, 'поющая революция' литовцев отвечала их характеру, но одними песнями изгнать Советы было невозможно. Решающим было то, что либеральный характер эпохи Горбачева позволил движению за независимость 'Саюдис' во главе с колоритным Витаутасом Ландсбергисом организоваться и придать стремлению к свободе литовцев направленность и обрести политический голос. Движение 'Саюдис', будучи вообще первым оппозиционным движением в СССР, приняло участие в выборах и добилось такого сокрушительного успеха, что это заставило нервничать Кремль. После того, как 11-го марта 1990 года Литва провозгласила свою независимость, отношения между Вильнюсом и Москвой резко охладели.

Горбачев, колебавшийся между своей мягкой натурой и требованиями ястребов, направил войска и попытался свергнуть литовское правительство в тот момент, когда все внимание мира было приковано к войне в Персидском заливе. Благодаря героическим действиям, прежде всего, молодых людей, защищавших парламент, акция не удалась. Четырнадцать литовцев заплатили жизнью за свою любовь к отечеству. Сегодня все это давно стало историей. Перед стремительно развивающейся экономикой на первом плане стоят совершенно иные проблемы. Тем не менее, прошлое в Литве более чем живо. Не особо популярный Ландсбергис разделил печальную судьбу Валенсы в Польше и сегодня больше не играет важной политической роли, 'Саюдис' тоже давно сыграл свою историческую роль. Однако определяющая фигура литовской политики последних двенадцати лет, нынешний премьер-министр Альгирдас Бразаускас, был в советские времена уже секретарем ЦК. Бразаускас, который будучи коммунистом, сделал много, чтобы освободить Литву из-под влияния Кремля, занимал в период с 1993 года по 1998 год пост президента, а сегодня наряду с правительственными делами возглавляет Социал-демократическую партию, являющуюся влиятельным партнером литовской правительственной коалиции.

В остальном же на политической сцене Литвы, если говорить осторожно, царит исключительное оживление. Стабильное соотношение сил с доминированием большинства, как это имеет место в большинстве центрально- и восточно-европейских государств еще не сложилось, и большой приток людей имеют, прежде всего, популистские движения. На Западе, кстати, известен только один прежний лидер либеральных демократов (ЛДП), Роланд Паксас, который на выборах в январе 2003 года набрал, благодаря своим расплывчатым обещаниям в адрес большого сегмента разочаровавшихся и ожесточившихся людей, голоса и стал президентом. Конкурентом ЛДП (так в тексте - Прим. пер.) была Рабочая партия, основанная лишь осенью 2003 года. Ее лидер, принявший гражданство русский Виктор Успаскис, также, как и Паксас, дает неопределенные обещания 'лучшей жизни', не разъясняя детали, как это должно произойти. Рабочая партия, согласно опросам, уже сегодня является наиболее популярной политической силой, она могла бы легко обойти на следующих выборах СДП Бразаускаса. Правые, представленные в парламенте либералами и Центристским союзом (так в тексте. - Прим. пер.), а также 'Союзом отечества' (так в тексте. - Прим. пер.), часть голосов, видимо, потеряют.

Прагматизм вместо живой политики

Но до выборов еще далеко. Только в октябре будет сформирован новый Сейм - парламент, насчитывающий 141 члена. В условиях оживленной политической жизни в Литве это целая вечность. Еще ни разу со времени обретения независимости в 1990 году не утверждалось правительство, и исход президентских выборов окажет сильное влияние на выборы парламентские. Политику Литвы определяют люди, а не программы. Кто унаследует Паксасу - вопрос остается открытым. Не исключено, что им окажется сам Паксас, поскольку попытки, помешать ему снова выдвинуть свою кандидатуру, провалились, а человек, который, вероятнее всего мог бы обойти его, Бразаускас, не баллотируется. В Брюсселе, между тем, у многих наблюдателей вызывает озабоченность быстрое восхождение популиста Успаскиса. Можно утешаться тем, что правительственные дворцы имеют умеренное влияние. Иные партии - лучший пример мелкий партнер социал-демократов по коалиции, социально-либеральный 'Новый союз' (так в тексте. - Прим. пер.), - придя к власти как популисты, потом неожиданно проявили себя, сидя в правительственных креслах, прагматиками. Импичмент Паксасу тоже не является свидетельством сумятицы и хаоса, он является доказательством того, что щекотливые политические конфликты могут разрешаться по-порядочному. Все выглядит так, будто литовцы хотели доказать европейцам, что они при всей любви к открытой дискуссии чувствуют достаточную ответственность, чтобы не заводить свой государственный корабль в опасные воды. ЕС может быть доволен.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.