Москва, 3 мая. - На выходных Евросоюз официально принял в свои ряды 10 бывших коммунистических стран Восточной Европы, включая три балтийских государства, которые когда-то были частью Советского Союза. У ЕС и его новых членов есть много поводов для радости - организация стала действительно паневропейским институтом и крупнейшим торговым блоком в мире. Но российский анклав - Калининград - оказался полностью окруженным и изолированным ЕС, и будущее его неопределенно.

Калининград, бывшая столица Восточной Пруссии (тогда он назывался Кенигсберг), всегда был своеобразной административной единицей. Великий картограф Иосиф Сталин, определявший послевоенные границы в оккупированной советскими войсками части Европы, использовал Калининград, названный в честь известного большевика, в качестве эксперимента. Выселив немцев из Восточной Пруссии, Сталин лелеял идею о создании советского оплота в Восточной Европе, а также о флоте в Балтийском море, судоходном круглый год. В то время Польша была союзником СССР, а Литва - одной из советских республик, и мысль о том, что когда-нибудь субъект РФ окажется окруженным другими государствами, никому не приходила в голову.

Однако Сталин не только не смог предвидеть будущее, но и допустил ошибку в понимании политической географии своего времени. Предполагалось, что Восточная Пруссия, отделенная от Германии после поражения последней в Первой мировой войне, ослабит страну и предоставит возрожденной Польше выход к Балтийскому морю. Отделение немцев от собственно Германии стало одним из козырей, которые использовал Адольф Гитлер, чтобы нарушить международное устройство, установленное Версальским договором, и одним из поводов для начала Второй мировой войны.

Эксперименты 20го века - восточно-прусский Кенигсберг и советский Калининград - пережили геополитику своего времени. Первый был проведен в качестве наказания, второй - из высокомерия. В обоих случаях результат был один: население оказывалось отделенным от своей страны и окруженным другими государствами. Ирония нынешнего положения Калининграда в том, что ему могут понадобиться новые эксперименты, чтобы избежать новой изоляции.

После расширения ЕС политической реальностью для 950 тысяч калининградцев стало то, что Варшава, Вильнюс и даже Берлин, теперь ставшие частью одного экономического блока, на сотни километров ближе к ним, чем Петербург или Москва. Чувство изолированности появилось в Калининграде сразу после распада Советского Союза в 1991 году, но теперь к нему прибавилось и ожидание того, что мелкая незаконная приграничная торговля, дающая многим жителям средства к существованию, прекратится полностью. Осложнятся и поездки в остальную Россию. А путешествия в ЕС остаются проблематичными.

Москва мало что сделала, чтобы помочь своей самой западной области. Там не ощутили значительный экономический рост, наблюдающийся в последнее время в стране. Официально предполагается, что Калининград получает средства на восстановление экономики, но ни для кого не секрет, что область контролируют несколько организованных преступных группировок. Инфраструктура анклава находится в ужасном состоянии. Здесь зарегистрирован самый высокий уровень заболеваемости СПИДом в Европе. Для спасения Калининграда России и ЕС придется подключить воображение.

Москве трудно решиться на пересмотр политических отношений Калининграда с остальной Россией. России, пережившей распад СССР, пытающейся разрешить конфликт в Чечне и надеющейся вернуть себе статус сверхдержавы под руководством президента Путина, меньше всего нужен компромисс в вопросах суверенитета. 'Потеря Калининграда' - это политический риск, и никто из российской политической элиты не готов рассматривать эту возможность.

Для ЕС Калининград представляет досадную угрозу, хотя и не неразрешимую. Существуют опасения, что в окруженном со всех сторон Евросоюзом анклаве, печально известным контрабандой наркотиков и людей, ситуация ухудшится еще больше. Однако, учитывая, что за несколько лет ЕС удалось договориться о принятии в свои ряды десяти очень разных стран, решение калининградского вопроса не должно представлять серьезной сложности. Похоже, что для выхода из создавшегося положения Россия и ЕС должны продемонстрировать политическую волю и экономический здравый смысл.

ЕС - это экономический блок, а потому и ЕС, и Россия должны подойти к вопросу Калининграда как к экономической проблеме и решать ее вне сферы политики. Юридически в обозримом будущем Калининград должен оставаться частью России. Однако экономически ему должно быть позволено адаптироваться к новой экономической реальности. Если область примет законы ЕС в сфере налогообложения, таможенные правила и политику в области окружающей среды, это станет первыми шагами для поднятия анклава до уровня соседей. Это также станет полигоном для остальной России, которая планирует заимствовать многие конвенции ЕС.

За последние недели ЕС и Россия добились значительного прогресса в укреплении торговых связей. Калининград должен стать местом встречи двух сторон. Этот эксперимент будет выгоден и ЕС, и России, и самим калининградцам. Он также сможет исправить неудавшиеся эксперименты прошлого, которые до сих пор разделяют страны. Третий акт в истории Калининграда, в отличии от первых двух, должен пройти под знаком взаимно выгодного компромисса.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.