АБАКАН, Россия - В этом месте, где хребты Саянских гор плавно переходят в Сибирскую равнину, великую реку Енисей перекрывает плотина крупнейшей в России гидроэлектростанции.

Некогда станция была 'выставочным образцом' советской инженерной мысли, затем - нарождающейся рыночной экономики - она снабжает энергией огромную территорию от Омска до Читы, протянувшуюся на 3000 миль. Но сегодня эта ГЭС стала объектом юридических споров, в которых, как это часто бывает в России, причудливым образом переплелись вопросы власти, собственности и политики.

В прошлом году Хакасия - нищий регион, чье положение только усугубилось повышением цен на электроэнергию - оспорил принятое десять с лишним лет назад решение о приватизации станции в ходе великой 'распродажи за бесценок' советской государственной собственности.

Мотивы, которыми при этом руководствовался губернатор региона Алексей И. Лебедь, в лучшем случае называют популистскими; в худшем же - говорят о коррупции. Однако, к удивлению многих - в том числе, судя по всему, и правительства президента Владимира В. Путина - федеральный арбитражный суд в Сибири встал на сторону губернатора.

В марте он вынес решение - которое было обнародовано несколько позже - об отсутствии юридических оснований для передачи в начале 1990х гг. этой жемчужины советской гидроэнергетики в руки энергетического монополиста - частной компании 'Единые энергосистемы России' [РАО 'ЕЭС' - прим. перев.].

Дальнейшие события не только вызвали легкую панику на российской бирже, но и поставили под вопрос обещания г-на Путина о том, что поспешные - и, в глазах большинства россиян, абсолютно нечестные - приватизационные сделки бурной эпохи девяностых не будут подвергаться пересмотру.

В конце апреля один из вице-премьеров российского правительства под давлением суда отдал министерству экономики распоряжение о фактической ренационализации Саяно-Шушенской ГЭС и возвращении ее акций в 'закрома' государства.

Далее, демонстрируя один из редких примеров растерянности властей, вице-премьер Александр Д. Жуков приостановил действие собственного распоряжения, хотя и не отменил его полностью. Затем, в середине мая, министр промышленности и энергетики Виктор Б. Христенко попытался успокоить инвесторов, заявив, что правительство не поддерживает национализации этого 'предмета национальной гордости'. Теперь все зависит от результата апелляции, поданной РАО 'ЕЭС' в Высший арбитражный суд страны.

Г-н Лебедь, избранный губернатором в 1996 г., настаивает, что речь идет не о пересмотре общих результатов постсоветского переходного периода в России, а о защите интересов Хакасии от допущенной несправедливости, сказочно обогатившей горстку людей - подобные слова находят отклик в душе многих россиян.

'Мы не ставили под вопрос приватизацию как явление, - заявил г-н Лебедь в интервью, которое он дал мне здесь, в Абакане - купающейся в зелени столице Хакасии - называя весь поднявшийся шум панической реакцией чересчур нервных иностранных инвесторов. - Я хочу того же, что имеет в виду президент России, говоря о диктатуре закона: закон распространяется не только на некоторые категории' людей.

Как применять закон - вопрос непростой, поскольку законы, принимавшиеся в постсоветскую эпоху, зачастую отличались неясностью, а зависимая судебная власть подвержена влиянию большого бизнеса и политических структур.

Директор Саяно-Шушенской ГЭС Александр Б. Толошинов чуть ли не в открытую обвинил арбитражный суд в том, что тот поддался давлению крупнейшей промышленной компании Хакасии - алюминиевого гиганта 'Русал' - стремящейся установить контроль над ценами, влияющими на ее энергоемкое производство.

'К сожалению, в России большие деньги способны повлиять на судебное решение, - заявил г-н Толошинов в интервью, которое он дал прямо в помещении станции, расположенной в предгорьях у деревни Черемушки. - Когда мы сможем искоренить подобное явление, это станет важным моментом в жизни нашей России'.

Убытки, причиненные этим спором, уже довольно велики. После распоряжения г-на Жукова РАО 'ЕЭС' потеряло 3,5 миллиарда долларов - больше четверти стоимости всей компании - из-за снижения биржевых котировок ее акций. В дальнейшем стоимость акций снова повысилась, но не настолько, чтобы компенсировать потери.

Исход тяжбы может иметь и далекоидущие политические последствия, в том числе и с точки зрения усилий правительства по реформированию энергетического рынка - именно эту реформу Европейский союз поставил в качестве условия для вступления России во Всемирную торговую организацию.

Из-за этого разбирательства усилились опасения, связанные с государственным вмешательством в деятельность частных предприятий и покушениями на частную собственность, и без того обострившиеся благодаря длительному юридическому 'наступлению' против нефтяной компании 'ЮКОС' и ее бывшего председателя Михаила Б. Ходорковского, который по-прежнему находится за решеткой по уголовным обвинениям, обусловленным, по словам его адвокатов, причинами политического характера.

'На карту поставлен вопрос о готовности путинской администрации не на словах, а на деле защищать права собственности' - говорится в аналитической записке, подготовленной недавно инвестиционной корпорацией 'United Financial Group'.

Строительство плотины ГЭС - высотой в 800 футов и общей длиной более полмили - началось в 1978 г. и продолжалось практически до момента крушения советской системы, которая и инициировала этот проект. В 1992 г. станция была приватизирована и стала филиалом РАО 'ЕЭС', созданного на основе советской энергетической системы смешанного акционерного общества, остающегося под контролем государства, которому принадлежит 51% акций.

По словам г-на Толошинова, оспаривать приватизацию станции - все равно что оспаривать создание самой энергетической монополии.

Как бы то ни было, в основе спора лежит вопрос о ценах на электроэнергию.

Как и все объекты, сооруженные в советское время, станция в теории принадлежала всему советскому народу, но жители Хакасии считали ее своей собственностью. В 1994 г. недавно приватизированная компания заключила с республикой контракт на 10 лет, позволявший ей покупать электричество по сниженной государственной цене - сегодня она составляет 6 копеек за киловатт-час. Средняя цена по стране равняется 40 копейкам (менее 2 центов).

Срок действия контракта истекал этой весной, и администрация г-на Лебедя попросила компанию продлить соглашение до 2020 г. по фиксированной сниженной ставке - при том, что и правительство, и сама компания намеревались отменить государственный контроль и позволить рынку самому определять цены.

После отказа компании руководство Хакасии обратилось в суд, выступая не против системы контроля над ценами, а против самой приватизации: по словам г-на Лебедя, она осуществлялась 'группой бандитов', среди которых был и Анатолий Б. Чубайс, в тот момент - высокопоставленный сотрудник администрации президента Бориса Н. Ельцина, а ныне - глава РАО 'ЕЭС'.

Дважды хакасские суды отклоняли иск г-на Лебедя как необоснованный, но арбитражный суд вынес решение в его пользу, заявив, что тогдашнее законодательство не давало федеральному правительству четких полномочий для продажи станции.

Г-н Лебедь заявляет, что целю иска была защита прав шестисоттысячного населения Хакасии, 31% которого живет ниже уровня бедности. Однако, по его собственному признанию, от поддержания цен на электричество на низком уровне больше всего выиграет 'Русал', принадлежащий Олегу В. Дерипаске - одному из богатейших людей в России.

На долю принадлежащего 'Русалу' гигантского алюминиевого завода в Саяногорске - городе, расположенном в нескольких милях ниже по течению от плотины ГЭС - приходится 75% электроэнергии, потребляемой регионом. По словам представителя компании Георгия Оганова, 'Русал' не имеет к иску никакого отношения, хотя г-н Лебедь и утверждал, что при его подаче учитывались интересы фирмы, которая является крупнейшим работодателем в республике.

Возможность для компромисса все еще существует. Ожидается, что скоро г-на Лебедя примет г-н Путин. Однако победа Хакасии в суде укрепила позиции г-на Лебедя. По его словам, он рассмотрит вопрос о заключении нового соглашения по сниженным ценам или пересмотре результатов самой приватизации, с тем, чтобы Хакасия получила свою долю собственности - он оценивает ее в 2 миллиарда долларов и обещает использовать эти средства для поддержания низких цен на электричество.

Дэвид Херн (David Herne), глава 'Halcyon Advisers' - инвестиционной фирмы, имеющей финансовые интересы в РАО 'ЕЭС' - утверждает, что требования г-на Лебедева равносильны юридическому шантажу. Он обвиняет г-на Лебедя и г-на Дерипаску в использовании той самой сомнительной тактики, что была характерна для первых приватизационных сделок в России.

Г-н Лебедь отвергает подобные обвинения, говоря, что в этом деле отразились позитивные перемены, произошедшие в России. 'Я не лез на крышу со снайперской винтовкой, чтобы доказать Чубайсу и его друзьям свою правоту, - заявил г-н Лебедь, намекая на разгул насилия, сопровождавший первые годы капитализма в России. - Я просто обратился в суд, а это - цивилизованный путь'.