Москва. Президент В.В. Путин заявил в среду, что в попытках ослабить конкурентоспособность и позиции России на мировой арене иностранные государства использовали методы 'политического, экономического и информационного давления' на страну.

В транслировавшемся по телевидению обращении президента к депутатам Госдумы и Совета Федерации - первом со времени его переизбрания на мартовских выборах подавляющим числом голосов на пост главы государства - В. Путин прямо указал на частные организации и фонды, призванные, по его словам, поддерживать усилия государства, направленные на повышение благосостояния народа, а на самом деле отрабатывающие деньги своих иностранных и российских хозяев.

Его слова, отдающие духом советских времен, застали врасплох активистов движения за права человека и другие общественные организации, и, вполне вероятно, создают прецедент для ограничения их деятельности в будущем.

'Далеко не все в мире хотят видеть Россию независимой, сильной и уверенной в себе, - отметил в своем докладе российский президент. - В конкурентной борьбе, которая ведется во всемирном масштабе, использовались разного рода политические, экономические и информационные методы давления на нашу страну'.

Слова президента о том, что 'укрепление российской государственности зачастую сознательно интерпретируется как проявление автократических тенденций'. И далее: 'В этой связи я хотел бы сказать следующее: пересмотра основополагающих принципов нашей политики не будет' были встречены бурными аплодисментами более чем 800 законодателей, собравшихся на объединенную сессию двух палат российского парламента.

В.В. Путин сделал стабильность ключевым словом для своей администрации. Понятие стабильности, похоже, включает в себя концентрацию власти и усиление контроля за независимыми организациями, включая общественные организации и прессу.

Вместо тогоя чтобы защищать 'подлинные интересы народа', по словам В. Путина, главной задачей некоторых независимых организаций является 'получение финансовой поддержки от влиятельных иностранных и национальных фондов, в то время как другие стоят на службе сомнительных компаний, обслуживая коммерческие интересы'.

Язык выступления российского президента сильно напоминал стиль руководителей некоторых государств, образовавшихся на постсоветском пространстве: Узбекистана, Украины и Азербайджана, которые использовали схожие предлоги для того, чтобы расправиться с неугодными правозащитными организациями, критикующими деятельность правительств своих стран. Многие из них финансируются международными фондами и выступают в поддержку демократии и соблюдения прав человека.

'Должен сказать, что, когда речь заходит о нарушении основных прав человека и ущемлении законных интересов народа, голос этих организаций почти не слышен, - отметил В. Путин. - Впрочем, это и не удивительно. Они не могут укусить руку, с которой кормятся'.

Таня Локшина, активист движения за права человека Московской Хельсинской группы сказала, что она была 'поражена', когда услышала столь сильные выражения из уст руководителя страны.

'Ни для кого не секрет, что в последнее время стало ясно, что в России установился самый настоящий режим личной власти, который стремится подавить все независимые силы, существующие в обществе', - заметила Т. Локшина.

'После того как была подавлена оппозиция в лице политических партий и прессы, - заявила Т. Локшина, - было бы логично предположить, что следующими на очереди будут группы по защите прав человека'.

Далее она сказала следующее. 'Упомянув правозащитные группы в основном директивном политическом документе, президент тем самым как бы 'указывает всем госчиновникам: Видите, кто наш следующий враг? Действуйте!''.

В то время, когда президент выступал с докладом, политический наблюдатель Лилия Шевцова находилась на заседании общественных правозащитных групп. Она поделилась своими впечатлениями от услышанного.

'Мы все пребывали в недоумении и были просто шокированы этим разделом выступления президента', - прокомментировала Л. Шевцова. - Все это было весьма похоже на старую советскую песню, и резко диссонирует с современным контекстом'.

Л. Шевцова, работающая в московском представительстве Фонда Карнеги, главный офис которого расположен в Вашингтоне, особо отметила, что эти слова В. Путина со всей очевидностью идут вразрез с важным шагам, который он предпринял на пути налаживания добрых отношений со странами Запада.

Так, он недавно пошел на существенные компромиссы в спорных вопросах с Евросоюзом; оказал поддержку в преодолении политического кризиса в бывшей советской республики Грузия.

'Само собой разумеется, сделал он это по тактическим соображениям', - так прокомментировала Л. Шевцова слова президента, сказанные по поводу деятельности правозащитных групп. Она назвала эти высказывания частью плохо продуманной стратегии, рассчитанной на то, чтобы угодить электорату.

Главная часть доклада В. Путина была посвящена вопросам, связанным с целями по достижению процветания и социального благоденствия. В выступлении не прозвучало ни одного упоминания о новых программах и политических проектах.

'Наши цели, - заявил президент, - абсолютно ясны: высокий уровень жизни в стране, безопасная, удобная и свободная жизнь россиян, зрелая демократия и развитое гражданское общество, а также усиление позиций России в мире'.

В качестве приоритетных целей он назвал жилищное строительство, образование, здравоохранение.

Совместное заседание палат Парламента проходило в просторном Мраморном зале Кремля и сильно напоминало - по виду и духу - аналогичные помпезные мероприятия советских времен.

Как и руководители бывшего СССР, В. Путин выдвинул перед страной ряд задач, по некоторым из которых, в частности, - по созданию доступного жилья и реформе образовательной системы, - установил весьма своеобразные временные рамки, ограничившись лаконичным: 'Это должно быть сделано'.

Как и в добрые советские времена, он призвал российский народ напряженно потрудиться, чтобы догнать другие страны, выделив среди прочих показателей, экономический рост, здравоохранение и продолжительность жизни.

Г-н Путин говорил в ставшей привычной быстрой и деловой манере, не стремясь сорвать аплодисменты.

В конце выступления весь зал встал под звуки гимна, в котором использована та же музыка, что и в гимне Советского Союза, но изменены слова. И видно было чуть заметное шевеление губ на лицах некоторых депутатов.