В этом году ежегодное послание президента состояло из двух взаимодополняющих частей: одна была скудна на новизну, зато вторая - с лихвой компенсировала этот недостаток первой.

Первая часть доклада была посвящена дезавуированию российской государственной политики 90-х годов. В. Путин начал с того, что заявил, что внешние силы больше не будут контролировать судьбу новой, политически и экономически независимой России. Теперь страна будет работать на себя, а не на клуб заморских кредиторов, которым не нужна сильная и независимая Россия, и которые по этой причине распространяют всякого рода лживые байки про нападки Кремля на демократию.

В. Путин подверг резкой критике все основные политические партии 90-х гг., а также злоупотребление властью и создание привилегий для элиты. Он дал ясно понять, что намерен изменить столь зловещий политический пейзаж, заполненный людьми, которые так и не поняли, что сказочные года ельцинского правления канули в лету.

Президент заявил со всей определенностью, что правозащитные и другие общественные организации, созданные и финансируемые олигархами для продвижения своих собственных интересов, не могут служить в качестве строительного материала для построения в России гражданского общества. Подобные организации, по сути, не что иное, как пешки в игре большого бизнеса, его борьбе против гражданского общества и государства.

Однако основной пафос обращения президента свелся к неожиданному ответу на застарелый вопрос: 'Кто вы, господин Путин?' Начиная с этого дня нет больше сомнений в том, что российский президент будет делать все что угодно, но только не идти бескомпромиссным курсом либеральных реформ.

Путин ясно и недвусмысленно заявил об отказе Кремля от политики патернализма, насчитывающей много веков российской истории: берущей начало еще со времен основания Киевской Руси и вплоть до шоковой терапии ранних 90-х гг. ХХ века. Государство более не намерено быть нянькой: отцом и матерью родной для своих граждан.

Более того, роль государства в обеспечении благополучия народа теперь будет сведена к минимуму. Оно сохранит за собой лишь достаточное количество собственности для обеспечения безбедной жизни горстки бюрократов и не более того. Путин прямо заявил, что повсеместное внедрение платного образования и медицины, реформа жилищно-коммунального хозяйства и замена льгот, которыми пользовались пенсионеры и другие приравненные к ним категории граждан, отныне стали реальностью, а не политическими целями, на которые у правительства никогда не хватит смелости (как полагают многие левые экономисты).

Хотя в целом речь президента была достаточно скучной и стандартной, в ней Путин бросил вызов тысячелетней российской традиции доброго царя, который заботится о своих подданных, которые за отеческую заботу о себе отвечают ему преданностью, покорностью, кротостью и смирением. Сознательно или нет, но Путин дал понять собравшимся в Кремле парламентариям, что уполномочен сбросить с себя весь многопудовый вес исторических традиций государства российского. В этом смысле его речь означает, что перед нами убежденный антиконсерватор, и соответственно до мозга костей радикальный либерал.

Выступить с подобным заявлением - дело, безусловно, рискованное. Ведь образ 'доброго правителя' и лежал в виде освященной веками основы президентской власти самого Путина.

Две трети голосов, поданных в его поддержку на мартовских выборах, поступили от сторонников неявно обозначенных политических центристских сил, а также от тех, кто обычно поддерживает Коммунистическую партию, Либерально-демократическую партию и партию 'Родина'. Эти люди по-прежнему считают, что Путин пришел на смену бесовскому режиму Ельцин, как царь, призванный усмирить злых бояр и восстановить на земле справедливость. Они видят в нем лидера, который поразит гидру капитализма, и будет заботиться о всех слабых и нищих, живущих в нашем мире.

В среду Путин дал ясно понять своему электорату, что с подобной мечтой придется расстаться. Что он не тот человек, за которого они его принимали. Он - не вождь, который ведет за собой нацию на принципах 'православия, самодержавия и национального интереса', а наоборот, что он - 'добрый Чубайс'. То есть политик, который рассуждает как Чубайс, говорит как Чубайс, одевается как Чубайс и действует как Чубайс. И при всем этом, он - не Чубайс, всеми ненавидимый глава РАО ЕЭС, а законно избранный правитель России.

Главным элементом в речи президента был путинский идеал новых русских людей ХХI века - 'свободный народ в свободной стране', как он их назвал. В то же время Путин уточнил, что под 'свободными' он понимает экономически самодостаточные. Пришло время России заплатить за ее извечно антибуржуазные настроения и взгляды. Духовные и мистические стороны и ценности свободы, традиционно восхваляемые в российском сознании, были выброшены на обочину истории. Не Алеша Карамазов и Платон Каратаев, а Петр Петрович Лужин из 'Преступления и наказания' Ф.М. Достоевского был провозглашен Героем Нашего Времени.

Конечно, Лужина, отмоют и отчистят, вооружат мобильным телефоном, оденут на него тройку от Армани. И отныне он будет играть роль национального идеала по принципиальным соображениям, а не по причине страха.

Путин - осторожный политик, который смотрит далеко и пристально перед тем, как прыгнуть. Сегодня он заявил о себе, как о революционере. Не каждый, конечно, смог правильно понять суть обращения президента, поскольку сегодняшнее послание было классическим произведением постмодернистской политической литературы. Речь явилась прекрасным образчиком воображаемой смерти самого автора.

Каждый сможет найти в этом плотно составленном тексте то, что он или она пожелает увидеть, независимо от того, что хотел в том или ином случае сказать сам Путин. И до того момента, пока реальные либеральные реформы их не затронут, жертвы реформ будут приветствовать царя-революционера, который, по крайней мере, уделил особое внимание социальной сфере и благосостоянию населения.

Обращение Путина также содержало немало странноватых на первый взгляд деталей, - от планов по строительству Северо-Европейского газопровода до размеров НДС. Однако смысл во всем этом есть. Его помощники и советники - составители текста (среди которых Игорь Шувалов, Андрей Илларионов, Джахан Поллыева и др.) хорошо владеют всеми подобными деталями и мелочами и более того, - считают их очень важными. Они не желают мыслить категориями нации, империи, религии или культуры. Они рассматривают нашу историю как объект для постановки мыльной оперы, а РПЦ отводят роль этнографического музея. Политическая смерть Путина особенно отчетливо проступает на фоне взглядов всех этих советников, из чьих идей, собственно, и соткана ткань президентской речи.

Сознательное желание президента погрязнуть, утонуть в незначительных деталях, непонятных большинству народа, служит лишь одной цели: процессу снятия ореола святости с высшей государственной власти в России.

В минувшую среду Путин взял на себя роль лидера своеобразного виртуального 'союза правых сил', - политической партии постсоветской буржуазии, провалившейся на прошлых парламентских выборах, но заставившей снова о себе заговорить в результате успеха на мартовских президентских выборах.

Добрый Чубайс наконец-то прибился к берегам России. Спасибо, тебе от всех нас. Но ты нам больше не нужен. . .

Станислав Белковский - президент Института Национальной Стратегии

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.