МОСКВА 31 мая - Ирина Ясина говорит, что ее телефон начал звонить почти сразу после того, как Владимир Путин закончил свое выступление. Встревоженные люди хотели убедиться, что директор одного из крупнейших российских фондов слышала недвусмысленное предупреждение президента.

На прошлой неделе в своем выступлении перед парламентом Путин выразил ряд упреков в адрес неправительственных организаций, пожаловавшись на то, что вместо защиты "интересов людей" некоторые из этих организаций заинтересованы только в получении финансовых средств из иностранных источников или занимаются защитой коммерческих интересов или интересов "сомнительных групп".

Для Ясиной и для звонивших ей это прозвучало как угроза, направленная прямо против активистов российских правозащитных и общественных организаций, единственных, кто высказывает несогласие с политикой Владимира Путина. Большая часть этих организаций финансируется из иностранных источников, таких как фонд миллиардера Джорджа Сороса и правительство США. Фонд Ясиной "Открытая Россия" один из немногих, который не получает средства из-за рубежа, однако спонсор фонда нефтяной магнат Михаил Ходорковский в результате давно возникшей ссоры с Кремлем оказался в заключении.

"Все начали нам звонить, утверждая, что он имел в виду меня. Они говорили, что я следующая на очереди, - сказала Ясина, - когда я слушала их, у меня было впечатление, будто я снова живу в СССР."

На следующий день после выступления Путина группа людей в масках ворвалась в офис правозащитной организации, действующей в Казани и финансируемой "Открытой Россией". Они буквально разгромили помещение, разбив компьютеры, телевизор и факс. Нападение на офис Центра по правам человека Татарстана состоялось буквально несколько часов спустя после пресс-конференции руководства этой организации, на которой она обвинила местную милицию в преследованиях.

Директор центра Олег Хабибрахманов сказал по телефону: "Люди, которые организовали это нападение, старались выполнить инструкции президента. Это был сигнал от Путина."

В последующие дни встревоженные активисты-правозащитники и их иностранные учредители созывали экстренные заседания для выработки ответных мер на заявление президента, в то время как российские официальные лица выступали с новыми угрозами. Например, представитель министерства иностранных дел сказал репортерам, что неправительственные организации в Чечне "преимущественно заняты сбором информации, а не оказанием реальной гуманитарной помощи". А консультант Кремля Глеб Павловский обвинил организации, получающие иностранное финансирование в "конфликте интересов", поскольку они исходят из иностранных представлений о правах человека.

Такая риторика убедила многих активистов, что речь Путина открыла новую кампанию наказания общественных организаций, которые не придерживаются государственной линии. Они говорят, что негосударственный сектор по всей логике должен стать следующей мишенью Кремля, по мере того, как он стремится установить так называемую "управляемую демократию" (термин советников Путина).

"Государство уже взяло под свой контроль средства массовой информации, парламент и многие другие независимые структуры. Это стремление отобрать нашу независимость и установить над нами контроль", - говорит Арсений Рогинский, председатель общественного совета правозащитной организации "Мемориал", которая финансируется Соросом, фондом Форда и другими международными организациями.

По словам Рогинского, российские власти четко поняли сигнал Путина. "Если это и не была прямая угроза, исходящая от президента, то, по крайней мере, это выступление стало сигналом чиновникам, что они должны разделить организации на хорошие и плохие. А затем они должны помогать тем, которых считают хорошими и ставить рогатки на пути тех, кого считают плохими."

В понедельник находящийся в эмиграции российский бизнесмен Борис Березовский отреагировал на выступление Путина. Он пообещал выделить дополнительную, но не обозначенную сумму денежных средств ста российским общественным организациям, от Комитета солдатских матерей до групп защиты прав заключенных. Березовский, непримиримый враг Путина, получивший политическое убежище в Великобритании, заявил: "Путин объявил войну гражданскому обществу России. Наш долг - выделить средства для самообороны."

Однако российский бизнес этому примеру вряд ли последует. По мнению активистов и их международных спонсоров, главная причина такой пассивности состоит в том, что россияне просто не готовы к масштабной и активной благотворительной деятельности. А после ареста Ходорковского такой готовности у них еще поубавилось, поскольку его задержание расценивается как предупреждение избегать деятельности с политической направленностью.

"Очень печально, что только западные фонды финансируют общественную деятельность в нашей стране, - говорит директор музея Андрея Сахарова Юрий Самодуров, - проблема в том, что российских спонсоров просто нет."

В речи Путина содержится наиболее резкая за все время критика по поводу финансирования независимых организаций. Однако высокопоставленные руководители из его правительства уже давно яростно нападают на финансируемые извне правозащитные организации. Во время правления Путина из страны были изгнаны сотрудники Корпуса мира, а также представитель Американской федерации труда и Конгресса производственных профсоюзов. Некоторым международным гуманитарным организациям запрещен въезд в Чечню, а местные правозащитные организации часто жалуются на преследования со стороны властей.

Всего несколько недель назад высокопоставленный чиновник из Министерства юстиции обвинил правозащитника Льва Пономарева в подстрекательстве к тюремным бунтам и утверждал, что получение Пономаревым денежных средств от Березовского означает, что его финансируют "криминальные структуры".