В недавнем обращении к Федеральному Собранию Президент России Владимир Путин сказал, что цель страны - достижение 'зрелой демократии и развитого гражданского общества'. Он также заявил о своей поддержке 'свободного общества свободных людей России'. Подобные высказывания вполне в духе мирового лидера, которому вскоре предстоит отправиться в Си-Айленд (США) на саммит 'Большой Восьмерки'.

Однако этот тон не был выдержан полностью. В речи также прозвучали обвинения некоторых неправительственных организаций в 'получении финансирования от влиятельных зарубежных фондов' или в 'обслуживании сомнительных групповых и коммерческих интересов'. Эти организации, по мнению Путина, малоэффективны, когда речь идет об 'острейших проблемах страны. . ., нарушениях фундаментальных и основополагающих прав человека, ущемлении реальных интересов людей', потому что они 'не могут укусить руку, с которой кормятся'.

Означает ли эта речь, что в России готовится кампания против неправительственных организаций? В настоящее время в стране зарегистрировано более 350 тысяч подобных объединений. Многие из них - 'группы по интересам', т.е. любительские музыкальные коллективы, спортивные ассоциации, общества коллекционеров и т.д. Другие - благотворительные и социальные объединения, работающие с инвалидами, ветеранами, семьями и сиротами. Думаю, эти организации Путин и имел в виду, когда заявил, что 'без зрелого гражданского общества невозможно эффективное решение насущных проблем людей', и что постепенно негосударственному сектору будут переданы 'функции, которые государство не должно или не способно эффективно выполнять'.

Так что из себя представляют организации, которые, если верить Путину, малоэффективны и зависимы от других? Нет никаких сомнений в том, что он имел в виду организации, пытающиеся не просто предоставить социальную и гуманитарную помощь, но и защитить права и интересы определенных слоев населения и работать на развитие демократии и прав человека. Это группы правозащитников, ассоциации независимых журналистов, образовательные учреждения, стремящиеся сохранить историческую память и распространять знания о правах и обязанностях, экологические организации, группы обозревателей, пытающихся обеспечить прозрачность и ответственность властей, научные центры и организации, собирающие, анализирующие и распространяющие информацию, которую нельзя найти в контролируемых СМИ, организации, наблюдающие за выборами, комитеты солдатских матерей и организации, предоставляющие независимую информацию о событиях в Чечне.

Власти хотели бы получить контроль над подобными объединениями. Попытка контролировать неправительственные организации не нова. В ноябре 2001 года был созван огромный съезд с участием более 5 тысяч российских организаций. К счастью, ведущие независимые объединения страны - Московская Хельсинская Группа, Мемориал, Ассоциация потребителей, Фонд защиты гласности, крупные экологические объединения и другие не допустили, чтобы на съезде главенствовала кремлевская повестка дня. Попытка создать подконтрольный правительству фонд или институт для финансирования и контроля зарождающегося российского благотворительного сектора провалилась. Возможно, выступление Путина должно было сигнализировать о возобновлении усилий.

Подтекст следующий - если действительно независимые организации нельзя контролировать, их нужно объявить вне закона. А первым шагом, как и всегда в подобных кампаниях, должно стать сомнение в их патриотизме, заявления, что они, вместо того, чтобы работать на благо России и простых россиян, 'отклоняются от исторического пути' страны, как сказал Путин. Атмосфера недоверия сделает многие безобидные и независимые организации уязвимыми для нападения со стороны налоговиков или бандитов (подобных тем, что обчистили помещение правозащитной организации в Казани на следующий день после послания Президента).

Кроме того, Путин использовал эту проблему для критики своих оппонентов, включая 'олигархов' вроде Михаила Ходорковского, финансирующих неправительственные организации. Зарождающийся в России сектор благотворительности финансировался ими. Теперь же Путин намекает на 'моральное равенство' между ними и 'иностранными спонсорами' - общественными и частными фондами стран, входящих наряду с Россией в 'Большую Восьмерку'. Трудно сказать, как Путин согласует свое желание сделать Россию частью 'Восьмерки' с угрозами организациям, получающих гранты от членов этой самой 'Восьмерки'.

Путин может быть уверен, что мы разделяем его идеалы увеличения благосостояния и защиты демократических достижений российского народа. Но, в конце концов, лучше всего, если экономическое благополучие достигается путем гарантирования прав российских граждан, как это происходит в других странах 'Восьмерки', причем не только правительством, но и независимым благотворительным сектором, объединяющим неправительственные организации и журналистов.

(Автор была одним из основателей Московской Хельсинской Группы, а в настоящее время является президентом Международного Хельсинского Фонда. Она - один из четырех российских борцов за демократию, которые на этой неделе получат Демократическую премию Национального фонда в поддержку демократии).

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.