Москва, 30 августа 2004 года. Когда в прошедшее воскресенье в Чечне избиратели шли голосовать, почти не было сомнений относительного того, кто будет миропомазан в президенты этой многострадальной российской республики: выбором Москвы являлся министр внутренних дел Чечни Алу Алханов.

Соображения личной безопасности удержали многих чеченцев от участия в этих выборах, проводившихся с целью замены Ахмада Кадырова, гибель которого во время террористического взрыва в мае с.г. сильно поколебала чеченскую стратегию Кремля.

Однако аналитики заявляют, что ни один из семи кандидатов в президенты - включая и генерал-майора Алханова - не обладает и малой толикой той репутации сильного человека, которую принес с собой на этот пост г-н Кадыров.

В момент, когда происходит эскалация террористических нападений, вновь возникают вопросы относительно сокращающихся возможностей российского президента Владимира Путина по поискам выхода из затруднительной ситуации в Чечне.

Официальные лица пока еще не обвинили чеченских повстанцев во взрывах, в результате которых в прошлый вторник разбились два пассажирских самолета, погубив 89 человек, однако следователи фокусируют внимание на двух женщинах-чеченках, которые были в числе пассажиров этих авиарейсов, и заявляют, что использованное в этих террористических актах взрывчатое вещество аналогично тому, которое использовалось в ходе прежних нападений чеченцев.

"Эти выборы не являются частью демократического процесса; это результат террористического акта, убийства Ахмада Кадырова, - говорит Фиона Хилл (Fiona Hill) из Института Брукингса в Вашингтоне. - Все произошедшее с тех пор свидетельствует об эскалации насилия".

Только в текущем году Россию потрясли убийство г-на Кадырова, взрыв в московском метро в феврале, в результате которого погибло 39 человек, налеты повстанцев на соседнюю Ингушетию и на чеченскую столицу Грозный, в результате которых были убиты десятки чеченских милиционеров и военнослужащих федеральных сил.

"У Путина остается не так много возможностей - и это печальный факт", - заявляет г-жа Хилл. Хотя причастность чеченцев к взрывам самолетов "дает Кремлю больше боеприпасов для того, чтобы проталкивать идею о том, что чеченцы представляют собой одну огромную недифференцированную террористическую группу. . . это не решает его проблем".

Стоящая перед президентом Чечни задача, возможно, является одной из самых опасных: трое из последних четырех президентов этой республики были убиты. И насилие не прекращается. В воскресенье один человек взорвал себя рядом с избирательным участком.

"Совершенно ясно, что путинская политика имела собственную внутреннюю логику - до момента, когда погиб Кадыров", - говорит Оксана Антоненко, руководитель программы по России и Евразии из Лондонского международного института стратегических исследований. Эта политика основывалась на предположении, что - спустя 5 лет после начала второй за последнее десятилетие жестокой войны России в Чечне - военное решение все еще возможно. Другим предположением, утверждает г-жа Антоненко, было то, что политический процесс, "управляемый исключительно из Москвы и не имеющий внутренней легитимности", может позволить решить проблему повстанцев.

"Мы пришли к тому, что российский народ не чувствует себя в безопасности, и в Чечне тоже сложилась опасная ситуация", а поэтому выборы представляют собой всего лишь "попытку продолжить курс, который уже провалился", говорит г-жа Антоненко. "В окружении Путина нет никаких новых идей относительно того, что делать с Чечней", - заявляет она.

Путин давно отвергает идею переговоров с чеченскими повстанцами, как умеренными, так и радикальными. Г-н Кадыров тоже не хотел переговоров. Эта позиция расходится с результатами недавних опросов общественного мнения, которые говорят о том, что две трети россиян выступают за политический процесс как выход из сложившейся ситуации. Однако г-н Алханов заявляет, что у него нет проблем с вступлением в переговоры с умеренным лидером чеченских повстанцев Асланом Масхадовым, который в 1997 году был избран президентом Чеченской республики, но которого Москва сегодня обвиняет в терроризме.

"Было бы неразумным ожидать на данном этапе диалога между чеченским лидером, находящимся полностью под контролем Москвы, и повстанцами, - говорит г-жа Антоненко. - В действительности для этого нужно, чтобы Москва вступила в прямые переговоры с различными террористическими группировками. Однако этого трудно достичь, поскольку чеченское движение сопротивления сильно расколото, что является еще одним следствием политики Путина".

Г-на Кадырова избрали в президенты Чечни в октябре прошлого года на выборах, которые большинство считало подстроенными. Ключевых оппонентов г-на Кадырова не допустили к участию в выборах в качестве кандидатов, а он сам господствовал в эфире. И вот теперь все те же самые преимущества получил г-н Алханов.

"Кремль посылает сообщение, что 'все под контролем, республика возвращается к нормальной жизни', однако это противоречит любым сообщениям, которые мы получаем с мест, - заявляет Сара Мендельсон (Sarah Mendelson) из Вашингтонского центра стратегических и международных исследований. - Пожалуйста, возьмите в кавычки слово 'выборы', потому что в данном случае Кремль явно получает то, чего хочет".

Вашингтонский центр стратегических и международных исследований с 2001 года участвует в подготовке многочисленных докладов, в том числе на тему о том, что думают русские о войне в Чечне. Более половины из числа опрошенных россиян заявляют, что лично знакомы с теми, кто служил в Чечне.

"Общераспространенным является мнение, что русские вытерпят все, - заявляет г-жа Мендельсон. - Но люди знают, что происходит, и знают, что жизнь в Чечне не нормализовалась, и что их парни продолжают умирать - а это русских очень тревожит".

Демографические изменения тоже действуют не на пользу Москве, поскольку показатели рождаемости в Чечне в 5 раз выше, чем в остальных регионах России, а кроме того, существует огромный разрыв в возможностях получения образования, заявляет г-жа Хилл из Института Брукингса.

"Мы имеем резкий рост численности населения в регионе, где мало перспектив, а также группу населения (в Чечне), которая не испытывает к России никаких дружественных чувств, - говорит г-жа Хилл. - Именно молодежь пополняет ряды ультратеррористов, готовых умереть за свое дело. . . и в Чечне их становится все больше".

"В лице Кадырова мы имели жесткого человека, который мог раздавить любого и пользовался определенным уважением, - утверждает г-жа Хилл. - Алханов же кажется куда более слабым. Русские потеряли своего сильного человека, который, хорошо это или плохо, обеспечивал определенную стабильность. Что делать теперь, когда возникла нехватка кадров?