Решение Гамбургского университета не присуждать Владимиру Путину звание почетного доктора, в России было воспринято никак. Если немецкая интеллектуальная элита не считает, что российский президент внес какой-либо весомый вклад в экономическую науку, то ее в этом следует только поддержать. Честно признаться, традиция, когда какому-нибудь приезжему высокому гостю в Московском университете вешают на плечи профессорскую мантию, а на голову взгромождают средневековый университетский колпак, больше напоминает маленький театр, чем серьезное признание научных заслуг новоиспеченного почетного доктора.

Все прекрасно понимают, что заслуг в науке у высопоставленного гостя никаких, но политики очень бы хотели оставить у дружественного главы государства приятные воспоминания о проведенном в Москве времени, а заодно и подчеркнуть высокий протокольный уровень приема. Так что немецкий университет лишний раз продемонстрировал свои средневековые традиции независимости, что и вызывает уважение.

Разумеется, в Москве найдется немало таких, кто расценит гражданское мужество гамбургской профессуры как личное оскорбление. Еще бы, Владимир Путин пользуется бешенной популярностью у населения, опросы показывают, что россияне ничего не хотят слышать об упреках Запада в его адрес. Путин, конечно, не де Голль в годы свои триумфа, но России, наконец, повезло на своего высшего руководителя, который абсолютно вменяем, предсказуем и последователен.

Путин с самого начала заявил, что единство России для него важнейший приоритет. И с этим никто не спорил, еще бы, кто же против единства России. Но когда прошли иллюзии, что это единство невозможно сохранить без подавления сепаратизма в Чечне, нашлось немало противников, которые своим главным упреком к Путину сделали его абсолютное нежелание идти на какие-либо компромиссы с чеченскими террористами.

Право гамбургской профессуры критиковать российского президента за войну в Чечне, право российского президента - вести ту политику, которую поддерживает основная часть населения России. Когда я пишу этот комментарий, московская милиция заканчивает проверку всех московских общественных учреждений и фирм, имеющих название 'Звездочка'.

Эта проверка началась после того, как некий кавказец позвонил и заявил, что заминировал некую 'звездочку'. Я задаю себе вопрос - кто этот кавказец - борец за независимость Чечни, или бандит, должен я с ним вступать в переговоры, или я должен его найти и уничтожить? И если у меня лично и мелькает мысль о переговорах, то только потому, что я имею право абстрактного выбора. Имеет ли Путин такое право - большой вопрос?

Мне кажется, у Запада больше прав критиковать российского президента за то, что, как формулируют западные юристы, в России практикуется 'избирательное право'. Речь идет о процессе над олигархом Ходорковским. Если исключить из рассмотрения политическую составляющую процесса, доказать истинность которой невозможно, то остается признать, что Прокуратура возбудило уголовное дело по неуплате налогов и неправильной приватизации 90-х годов. То, что в результате той приватизации 95 процентов населения едва сводят концы с концами, по выражению Путина - его самая большая боль. Заявляя, что пересмотра итого приватизации не будет, он в то же время пытается хоть как-то перераспределить миллиардные доходы олигархов для решения социально-политических вопросов.

Вести одновременно процессы против супербогатого миллиона невозможно, но заставить их платить налоги, реально. Возле Министерства по налогам и сборам сразу же выстроилась очередь бухгалтеров нефтегазового сектора, которые стремились как можно скорее удовлетворить это фискальное ведомство. Так что, на мой взгляд, не стоит демонизировать Путина как сторонника тоталитарного прошлого, а достаточно посмотреть на него как на прагматичного политика, который не только отбирает супердоходы у богатых, но и решился на отмену льгот у малообеспеченных слоев населения, заменяя эти льготы денежными выплатами. Чем вызвал яростное сопротивление левых государственников и потерял серьезную часть своей поддержки населения. Так что, профессора и студенты Гамбургского университета могли бы воспользоваться возможностью пребывания в университетской ауле российского президента и выслушать его ответ без переводчиков. Путин умеет защищаться и на немецком.