Есть ли границы фамильярности у морали? Вопрос, конечно, необычный, но важный, поскольку личное сближение, что касается как раз самых главных политиков, не должно никогда идти в ущерб нравственной чистоте. В конце концов, они представляют не только себя, но и свои народы. Но приходится со всей жесткостью говорить: Герхард Шредер (Gerhard Schroeder) представлял немцев на черноморской встрече в верхах с Владимиром Путиным и Жаком Шираком (Jacques Chirac) не лучшим образом.

Спустя два дня после выборов марионетки в Чечне, охарактеризованных однозначно со стороны ЕС и партии канцлера СДПГ как нечестные и недемократичные, Шредер, встречаясь с Путиным, не продемонстрировал ничего, кроме своего полного взаимопонимания.

Возможно, за закрытыми дверями он говорил иное, как это всегда утверждают близкие к канцлеру люди. Но в результате своих благожелательных замечаний относительно выборов в Чечне он получает удар со спины, со стороны тех, кто открыто высказывает критику и ждет от политических представителей ясности. Шредер все с большей готовностью превращается в инструмент Путина.

Наверняка, есть основания искать добрых отношений с Москвой. Энергетика, европейская политика, проблемы мира в Кабуле, Багдаде, в Косово: тут доверие и сотрудничество жизненно необходимы. Однако того и другого нельзя добиваться, поджимая хвост и помалкивая. Придет время, когда и канцлер найдет мужество сказать правду. Она заключается в том, что чеченская политика Путина неприемлема.