Вынужденный вернуться в Кремль и прервать свой отпуск во второй раз, президент России Владимир Путин снова столкнулся с самой серьезной проблемой своей администрации - чеченской.

Для Путина этот вопрос важен вдвойне, так как именно он начал вторую войну с чеченскими сепаратистами, и провал этой кампании дорого ему обойдется.

Тот факт, что Чечня была нарывом для Москвы еще при царе, с тех пор как Россия присоединила ее земли, - малое утешение для президента. Уже тогда племена чеченских горцев регулярно брали в плен и русских, и грузин.

Беспорядки в регионе продолжались до прихода к власти Сталина. Он принял безжалостное решение депортировать весь чеченский народ вглубь страны, на восток. После смерти Сталина, чеченцы вернулись в родные края, но вновь показали свой упрямый нрав только после распада Советского Союза в 1991 году. Тогда лидеры повстанцев решили, что Чечня, также как Украина и Грузия, должна обрести независимость.

Федеральные войска вошли в Чечню в 1994 году, но уже в следующем году были выдворены из Грозного. И без того непрочное перемирие было нарушено летом 1999 года, когда чеченские сепаратисты напали на соседний Дагестан.

В сентябре 1999 года, еще будучи премьер-министром, Путин начал ответные военные действия.

Поначалу, такая политика нашла отклик у простых россиян, которые практически единогласно поддержали Путина на президентских выборах весной 2000 года.

Однако вскоре бывший офицер КГБ понял, что остановить начатый им конфликт не так-то просто. Боевые действия не только зашли в тупик, но и, более того, оборачиваются против Москвы.

Когда-то мощная Красная Армия теперь деморализована войной. Боевой дух федеральных войск, состоящих в основном из призывников, упал, и даже основные части, такие как десантники и контрактники, понесли большие потери в борьбе с повстанцами.

Часть проблемы заключается в том, что повстанцы базируются в безопасных для них районах в соседней Грузии, а оружие поставляется к ним через определенные каналы из соседних с Россией республик. И здесь Россия мало что может предпринять, не вторгаясь в Грузию.

Кроме того, сепаратисты пользуются поддержкой ближневосточных добровольцев. Эта поддержка особенно возросла после терактов 11-го сентября и теперь вряд ли уменьшится.

В результате силовых мер, Грозный был полностью разрушен, и посыпались обвинения в адрес российских войск со стороны правозащитников в убийствах, похищениях, пытках и безжалостных нападениях спецназа.

Путину вряд ли удастся разбить повстанцев на поле боя, и при этом Кремль, по всей видимости, исключил политическое решение проблемы, отказавшись от каких-либо переговоров с сепаратистами до тех пор, пока они не перестанут выдвигать требования о независимости.

В октябре прошлого года, когда президентом Чечни был избран лояльный Москве полевой командир Ахмад Кадыров, Кремлю показалось, что решение, наконец, найдено.

Однако в мае этого года повстанцы организовали убийство г-на Кадырова, и его преемник Алу Алханов не имеет такой мощной поддержки среди местных племен.

Теперь же Кремлю придется начинать все с начала. Лишенная существенной поддержки местных войск, армия вынуждена обеспечивать безопасность своими силами.

Одним из решений чеченской проблемы мог бы стать более либеральный подход к чеченскому вопросу. Расследование нарушений прав человека со стороны сил безопасности и вложение части нефтедолларов в восстановление разрушенного региона могли бы смягчить гнев местных жителей.

С другой стороны, несмотря на усилия по ее восстановлению, Чечня может продолжать настаивать на своей независимости.

Наличие подобных рискованных вариантов до сих пор вынуждало Кремль не обращать внимания на эту проблему в надежде, что пока война ведется где-то далеко, обычные россияне ее не заметят. Но теперь все изменилось. Захват школьников в заложники красноречиво указывает на то, что дальнейшее игнорирование проблемы ни к чему хорошему не приведет.