МОСКВА. - Спасательная операция, которой закончилось противостояние с захватившими заложников террористами на юге России, в республике Северная Осетия, снова обнажила слабые стороны российских органов безопасности и еще раз доказала, что Кремль - самое слабое звено в борьбе с международным терроризмом.

Все время, пока продолжался кризис, начавшийся в среду в маленьком городе Беслане, вокруг него стоял туман - часто изменялось не только официальное число террористов, но и количество попавших в заложники людей. За несколько часов до того, как в пятницу начался штурм, Кремль отрицал, что для освобождения огромного количества детей будет применять силу. Даже из прямых репортажей от здания школы во время штурма трудно было понять, чем же все кончилось.

По сообщениям российских средств массовой информации, после взрыва бомбы частично обвалилась крыша школьного спортзала, где содержалось от 350 до более тысячи заложников. Через несколько секунд десятки детишек - едва одетых, всех в крови и явно истощенных, побежали в направлении от школы. В течение нескольких следующих часов были слышны взрывы, было очень много выстрелов, а в это время школу наводнили родители учеников и другие жители Беслана, искавшие детей. Смотря на то, как в школу идут вместе тяжеловооруженные солдаты и гражданские люди, но тоже с оружием, можно было подумать, что ты сошел с ума.

Через день власти объявили, что в больницах находится более 600 бывших заложников, и найдены тела примерно 350 человек, большей частью детей. Во время самого захвата погибло еще восемь человек.

О количестве боевиков говорили разное - то их было семнадцать человек, то сорок. Передавали, что во время штурма было убито несколько из них, по всей вероятности, пятеро. По сообщениям российской прессы, многие из них являлись гражданами ряда арабских государств. Но, по другим данным, некоторым из террористов удалось бежать с первой толпой вырвавшихся из школы детей, переодевшись в гражданскую одежду. По российскому телевидению показывали, как жители города бьют кого-то, кто, как им показалось, был одним из членов банды.

В отношении этой трагедии практически ни о чем нельзя утверждать со всей определенностью - даже количество жертв пока не определено окончательно. Именно отсутствие ясности и есть слабая сторона российских служб безопасности.

Конечно, понятен интерес властей не раскрывать информацию, которая могла бы повредить заложникам и поставить под угрозу планы их спасения, но тот факт, что никто не сообщает подробности происшедшего, снова обнажает проблемы с борьбой с терроризмом по-кремлевски.

Для президента России Владимира Путина окончание этой истории, конечно, большое облегчение, но все же потери среди людей поражают воображение - практически каждый из тех, кто попал в заложники, погиб или попал в больницу. Сейчас, через две недели после начала волны насилия, ему необходимо серьезно задаться вопросами, как получилось, что экстремисты смогли разрушить в воздухе два пассажирских самолета, затем террористка-смертница - взорвать себя напротив станции метро, а террористическая банда - захватить школу и три дня держать в заложниках не только больше тысячи человек, но и его президентскую власть. Путина явно подводят его силовики.

Путин уже заявлял во всеуслышание, что силовые структуры не дают ему правдивой информации. Во время поездки в Чечню после убийства кремлевского ставленника Ахмада Кадырова 9 мая, и в июне после поездки по Ингушетии после террористической вылазки, президент был шокирован тем, насколько неверно его информировали те, кого он и назвал 'силовиками' - это слово означает 'люди силы' и лучше всего соответствует советским монстрам государственной безопасности. Захват заложников в Беслане еще раз показал, что его подводят как раз те, кто его поддерживает и кому доверяет.

Нет никаких оснований считать, что некомпетентность и коррупция в органах безопасности направлены именно против Путина. Но несомненный урон Путину наносит неэффективность их работы и то, что за свои деньги они ничего не хотят делать. Косвенно он и это признал в своем субботнем обращении к народу.

До сих пор Путин активнейшим образом поддерживал своих коллег по бывшему КГБ и другим советским спецслужбам и продвигал их вверх по чиновной лестнице. Они проявили недюжинную сноровку в том, что прижали к ногтю богачей, называемых 'олигархами', и установили контроль над электронными СМИ. Но они не справились со своей основной работой - защищать российских граждан и добавлять светлых черт в образ своего шефа.

Сейчас, после последнего захвата заложников, есть надежда, что Путин остановится хотя бы на время. Он пришел к власти под очень простым лозунгом - 'Закон и Порядок'. Главным из его действий должно было стать уничтожение чеченского экстремизма и прекращение насилия. После пяти лет своего пребывания в Кремле Путин может уверенно говорить о том, что Россия стала богаче, что ее стали больше уважать в мире и что она выходит на позиции ключевого фактора энергетического баланса на всей планете.

Однако из последних событий видно и то, что в России не изменилось - жизнь в России не стала безопаснее. Пока в Чечне продолжается политический и гуманитарный кризис, террористические акты и даже захваты заложников в России также будут продолжаться. А противопоставить этой угрозе Кремлю - и это очевидно - нечего.

В том, что международный терроризм, в особенности вооруженный исламский фундаментализм, нацелен на России, нет никаких сомнений. Но также нет никаких сомнений и в том, что террористы нацелились именно на Россию из-за того, что устаревшая система безопасности здесь работает на старых кадрах со старыми установками, и ей не хватает стратегического взгляда на то, кто угрожает сейчас стране и всему миру.

Кремль требует от Запада, чтобы ему помогли разгромить чеченских боевиков, но не хочет идти навстречу, когда речь заходит о том, что бороться с международным терроризмом нужно и за пределами Чечни. Такой подход - выстрел в спину самому Кремлю и жителям России, подвергаемых насилию и страданиям, которые можно было бы предотвратить.

Россия показала, что в 'войне против террора' она - самое слабое звено. Кремль согласен сотрудничать с Соединенными Штатами тогда, когда международные банды боевиков грозят вторжением - так было в Афганистане и Средней Азии, когда Россия согласилась на устройство там американских военных баз. Но до сих пор Россия хочет получить место в системе международной безопасности, заплатив малую политическую цену, которая позволила бы кремлевскому истеблишменту из бывшего КГБ и дальше сохранять в стране статус-кво. Такие действия уже показали, что в России они мало что стоят, и свидетельством тому - сотни детских смертей в Беслане.

Чтобы вести войну против террора, Путину нужна новая команда специалистов, потому что сейчас Россия не может утверждать, что она побеждает в этой войне. Путин также должен доказать, что это он контролирует своих 'силовиков', а не они его. Если у него это не получится, Россия сама падет жертвой собственной несостоятельности.

Мир может в самых жестких выражениях осуждать терроризм и проклинать тех, по чьей вине пролилась кровь столь многих невинных людей, но мир не будет жалеть кремлевскую власть, неспособную навести порядок в своем собственном доме. Последние несколько недель показали, что Россия - отнюдь не помощник в решении проблемы терроризма. Скорее даже наоборот.