Говорит французский философ Андре Глюксман: 'Треть чеченского населения была уничтожена'

Я говорю по телефону с защитником чеченцев, голос которого дрожит от слез из-за того, что произошло в Беслане. Но Андре Глюксман, 'новый философ', повествующий часто безразличному миру о страданиях чеченского народа, продолжает указывать на Путина. Он говорит: 'Ненависть порождает ненависть, и апогеем ненависти для человечества является убийство детей. Вместо того, чтобы обвинять Чечню, мы должны обвинять группу похитителей-нигилистов. Но мы должны также отдавать себе отчет в том, что это может произойти снова, так как Путин предает огню и мечу Cеверный Кавказ'.

Андре Глюксман, почему столько ужаса? Что породила эта трагедия?

Сначала необходимо понять, что же на самом деле произошло в Беслане. Мы точно знаем лишь одно: было совершено страшное преступление. Были взяты в заложники и зверски убиты сотни детей. Сегодня насилие над детьми - самая большая подлость, которую только может совершить человек. То, что случилось в Беслане - такое же низменное преступление, как и то, что произошло с Башнями-Близнецами (в Нью-Йорке - Н.М,). Это было ужасающее преступление, потому что оно дало нам понять, что и всему миру угрожает такой апокалиптический конец.

Без этих 'похитителей-нигилистов' ничего бы такого не случилось. Но Вы продолжаете обвинять Путина. Почему?

Естественно, когда происходит нечто подобное, главными преступниками являются похитители. Но ответственность российского президента огромна. Климат, который был создан второй чеченской войной Путина, той, что ведется с 1999 года, и той, что открыла ему путь к власти, содействует подобным преступлениям. Я думаю, что то, что происходит в Чечне, где за последние годы было убито сорок тысяч детей, не менее ужасно чем то, что произошло в Беслане. В Чечне до сих пор похищают, насилуют, пытают и убивают мирных жителей.

Чечня - это как Афганистан двадцать лет назад?

Да, перед нами афганский сценарий. Русские войска, которые во времена Красной Армии захватили Афганистан, оккупировали и разрушали его в течении десяти лет. И разрушались не только поселения, но и социальные и моральные структуры. Они его опустошили, как опустошают сейчас маленькую Чечню. В пустыне, созданной Красной Армией, появились самые фанатичные и криминальные афганцы: талибы.

А потом было нападение на 'Башни-Близнецы'.

Конечно. Я уже десять лет говорю, что Путин - 'пожарник-поджигатель'. Вместо того, чтобы бороться с терроризмом, он призывает его. Он его мобилизует. Говоря это, повторяю, что ничто не оправдывает и не снимает вину с террористов. Но я полагаю, что будет неправильно обвинять чеченцев в том, что по причине преступлений, совершенных российской армией, они автоматически становятся террористами. Большинство чеченцев - не террористы. Мы, скорее, должны восхищаться их покорностью и тем, что они еще не сошли с ума от боли. Есть еще значительная часть чеченского населения, которая не впала в безумную ярость. Многие чеченские лидеры против терроризма. Глава умеренных борцов за независимость Аслан Масхадов с самого начала критиковал захват заложников в Беслане и предлагал свое сотрудничество. То же касается и членов чеченской диаспоры в Англии и США: они тоже осудили теракт.

А почему, по-вашему, Путин не хочет вести с ними переговоры?

Самая большая вина Путина в том, что он хочет уничтожить умеренных чеченских сепаратистов. Но, ведя себя таким образом, он играет в игру террористов. И не только: он - сам террорист, если так называется тот, кто убивает мирное население. Его война с терроризмом дает обратный эффект.

Как и в случае с театром на Дубровке, в этот раз тоже не велось никаких переговоров. Почему?

Потому что Путин - человек силовых решений. В Европе, в США и даже Ираке всегда пытаются договориться об освобождении заложников, найти сторонников. Стараются избежать худшего. Но этого Путин никогда не делал. В Беслане, он даже не рассматривал такую возможность. Несколько лет назад он сказал, что будет мочить террористов даже в сортирах. Это совершенно противоположно тому, что необходимо делать: террористы должны быть изолированы и ослаблены. Путин же делает обратное'.

Говорилось об исламском начале чеченских боевиков, о новых связях с Аль-Каидой. Вам кажется это вероятным?

Репрессии геноцидного типа, проводимые русскими в Чечне, спровоцировали износ и разложение чеченского общества. Есть данные, что в результате войны погибло от ста до трехсот тысяч человек. Десятая часть, или, может быть, треть населения была уничтожена. Неизбежно, что чеченское меньшинство выбрало терроризм. И что некоторых поглотил исламский экстремизм. Говорят, что среди террористов в Беслане были ингуши, осетины, славяне, арабы. Большинство из них могли не быть чеченцами. Эту информацию нельзя оставлять без внимания: многонациональный состав захватчиков означает, что ухудшается ситуация на всем Северном Кавказе.

Какие решения Вы предлагаете для решения чеченского конфликта?

Решений два. Первое заключается в уничтожении всех чеченцев. Это то, что делает Путин. Второе заключается в ведении переговоров и изоляции самых крупных экстремистов. Договариваться с теми, кто хочет договариваться. Масхадов и его люди предлагали Путину мирный вариант: незамедлительная демилитаризация с обеих сторон. Русские должны были вывести войска за пределы границ в обмен на то, что все чеченские группировки сложат оружие. О независимости пошел бы разговор во вторую очередь. Это было логическое решение, которое Путин сразу же отверг.

Что могут сделать западные правительства?

На данный момент они избрали худшую из возможностей: поддержать Путина, не давая ему добрых советов. Таким образом, они подвергают риску самих себя. Кто может гарантировать, что все чеченцы будут уничтожены? Кто может быть уверен в том, что прежде, чем сойти с ума от боли и отчаянья, не только из-за переносимых страданий, но также и из-за их одиночества, из-за того, что никого не заботят жестокости, которые им приходится испытывать, из-за того, что они могут подохнуть, как животные, с содранной заживо кожей, кто может гарантировать, что не будет больше чеченцев, способных повторить страшное убийство пятисот детей?

Тот, кто может убить сотни детей, заставляя их перед этим пить собственную мочу, так как им больше нечего было пить, тот же самый человек в состоянии взорвать и атомную электростанцию. Эти акты могут поставить под угрозу не только жизнь чеченцев или россиян, но и европейцев: Чернобыль не остановился у российских границ. И не только по причине осторожности, но и по причине реализма я признаю преступной беспрепятственную поддержку политики Путина. Необходимо остановить убийство. Если мы этого не сделаем, то станем сообщниками политики, которая не только аморальна, но и опасна.