Кровавая развязка драмы с захватом российской школы вызывает серьезные вопросы относительно того, как президент Владимир Путин действовал в кризисной ситуации, как он действует в урегулировании конфликта в Чечне, и насколько он способен защитить свой 145-миллионный народ.

Это вопросы, на которые президент наверняка сможет дать ответы.

Российский народ, привыкший к трудностям и жертвам, не будет требовать смягчения в его подходах, поэтому президент, вероятнее всего, продолжит свою жесткую политику в Чечне.

Потеря 150 человеческих жизней, в том числе, большого количества детских жизней является национальным бедствием. Однако Путин, скорее всего, переживет эту катастрофу.

Но если он хочет сохранить репутацию сильного кремлевского лидера, ему придется очень аккуратно обходиться с последствиями данного бедствия. Россияне начинают думать, что их страна не настолько защищена и безопасна, как обещал Путин, придя к власти в 2000 году. Тогда он пообещал восстановить порядок после хаотического правления Бориса Ельцина. Теперь он должен показать, что сможет остановить угрозу со стороны чеченских террористов.

В 2002 году господин Путин столкнулся со схожим масштабом жертв, когда чеченские боевики захватили московский театр. После штурма здания подразделениями спецназа было насчитано 129 погибших заложников. Президент отверг критику в отношении тактики действий специальных сил, особенно в отношении использования нервно-паралитического газа. В этот раз, насколько было известно по состоянию на вчерашний день, спецподразделения атаковали школу в ответ на действия, предпринятые осажденными боевиками.

Если данный факт подтвердится, власти смогут взвалить вину за большое количество смертей на террористов.

Это не уменьшит гнев родственников погибших в Беслане. Еще до штурма отчаявшиеся родители обвиняли местные власти в неспособности остановить теракт.

Но это были голоса местных жителей, живущих далеко от Москвы, и получающих больше внимания от иностранных телевизионных станций, чем от московского телевещания.

Если власти смогли парировать критику родственников жертв теракта в театре, которые проживают в Москве, им не трудно будет отбиться от жалоб, идущих из далекой Северной Осетии, расположенной на южной границе России.

Россия - страна жестокого прошлого. Переживая годы сталинского террора, Вторую мировую войну, афганскую кампанию 80-х годов и две чеченские войны, многие семьи сталкивались с гибелью своих родных, особенно молодых солдат. Еще в школе русские узнают, что патриотизм требует жертв.

Путин использовал патриотические чувства россиян, чтобы получить поддержку своим усилиям по силовому подавлению чеченских сепаратистов. При этом он заявлял, что защищает территориальную целостность России и ее граждан от 'бандитов'.

Не трудно будет представить погибших в Беслане последними жертвами этой патриотической борьбы.

По всем имеющимся признакам, последний захват заложников вряд ли изменит общее направление политики Путина в отношении Чечни. Отказавшись от переговоров с представителями разрозненных сил повстанцев с самого начала, президент вряд ли согласится на такие переговоры теперь. Он избрал военное решение проблемы еще до того, как стал президентом. Налицо все признаки, что президент не откажется от пушек и пулеметов, несмотря на гибель в течение тринадцати лет, прошедших с распада Советского Союза, десятков тысяч чеченцев и русских.

Однако он может вынужденно отреагировать на критику в адрес его политики безопасности. Драме в бесланской школе предшествовал взрыв бомбы возле станции московского метро на прошлой неделе и теракты на борту двух пассажирских авиалайнеров, которые в целом унесли более ста человеческих жизней.

Люди начинают спрашивать, как органы безопасности позволили группам террористов настолько окрепнуть, что они сегодня так эффективно координируют свои нападения.

Сегодня Путин может начать рубить головы руководителям ФСБ и других спецслужб, как он сделал это в июне, отправив в отставку генерала Анатолия Квашнина, долгое время бывшего начальником Генерального Штаба, и нескольких других генералов. Эти действия последовали за нападениями чеченских боевиков на правительственные учреждения Ингушетии, в ходе которых погибло 90 человек.

На этот раз будет труднее найти подходящие головы. Многократные провалы системы безопасности страны - от плохого наблюдения до слабой системы проверок в аэропортах, говорят о том, что данные проблемы приобрели широкий размах, и поэтому ответственность за провалы лежит на людях с самого верха.

Некоторые ключевые фигуры, отвечающие за вопросы безопасности, являются важными политическими союзниками Путина, каким не был генерал Квашнин. Среди них глава ФСБ Николай Патрушев, министр обороны Сергей Иванов, министр внутренних дел Рашид Нургалиев. Путин, сам в прошлом офицер КГБ, сделал представителей спецслужб, как бывших, так и поныне находящихся в строю, главным элементом своей администрации. Если он начнет увольнять людей, которых сам назначил, то возникнет опасность возникновения разногласий и падения его собственного авторитета.

Кризис, связанный с захватом заложников в школе, вряд ли представляет прямую угрозу власти Путина. Однако нельзя исключать, что этот кризис может подорвать его власть и авторитет постепенно и незаметно.