После кровавого завершения драмы с заложниками в Беслане президент России Владимир Путин объявил о реформировании служб безопасности.

На первый взгляд такая реакция похожа на то, что происходило в США после событий 11 сентября: там тоже ЦРУ и ФБР обвинили в том, что они в борьбе против террора допустили промах. Россия, очевидно, становится теперь второй великой по временам 'холодной войны' державой, собирающейся адаптироваться к новым опасностям: к рискам асимметричных конфликтов.

Однако проблема в России имеет более глубокий характер. Милиция и военные, а также спецслужба ФСБ, выходцем из которой является сам Путин, подвержены коррупции. Низшему звену сотрудников плохо платят, у них плохая подготовка. К тому же между подразделениями специального назначения Министерства внутренних дел, ФСБ и армии нечетко распределен круг полномочий. В Беслане эти недостатки привели к катастрофическим последствиям. Если правда, что штурм школы был реакцией на взрывы в здании, то подразделения к неожиданным действиям готовы не были.

В коридор безопасности устремились беспрепятственно родственники заложников и вооруженное гражданское население. Покидая здание, террористы имели возможность смешаться с толпой. Недоумение вызвала реакция властей уже на террористические акты в отношении двух российских самолетов, совершенных в конце августа. Поддерживалось обычное воздушное сообщение, факт совершения террористического акта долгое время исключался.

Путин, наверное, знает проблемы спецслужб, как никто другой. Если он думает о реформировании всерьез, то ему предстоит немало работы.