Мне не стоило бы обращаться к чеченскому вопросу, потому как во время своей последней поездки в Россию этим летом, я им практически не интересовался. Но произошедшее в минувшую пятницу поразительно стечение обстоятельств, когда в осетинской школе в Беслане разворачивались кровавые события, стоившие жизни многим детям и взрослым, а я встречался со школьниками одной из школ в Провансе и говорил им насколько важно чтение в первые годы жизни человека, заставило меня написать эти строки. . .

В России Путина называют 'разумным терминатором', что дает нам представление о нем как о личности. В серии своих статей, посвященных России, я не буду говорить о нем плохо, потому как его холодная рациональность оказывается приемлемой или же функционально терпимой для столь необходимого укрепления страны.

Но это верно лишь в нормальной ситуации, при появлении же неких аномалий - такое наследие оставил стране Советский Союз - в Путине просыпается классический русский терминатор, проявляется далекая от ведения переговоров культура жестокости, существующая по принципу 'все или ничего'. Свидетелями чему мы и стали сегодня в Беслане.

В случае же с Чечней подобная политика продолжается уже три столетия: еще царь Николай I приказал вытаптывать даже деревья, росшие на этой земле, а Сталин проводил массовые депортации и расстрелы сотен тысяч жителей республики. Более того, начиная с 1999 года, чеченский вопрос неразрывно связан с вознесением Путина на вершину власти, потому как именно он, ради укрепления своего имиджа, отказался признать ту или иную независимость Чечни, изгнал избранного чеченским народом президента Масхадова и подтолкнул армию и различные группировки к новой войне России с этим горным кавказским народом.

На Кавказе находятся месторождения нефти, но из-за происходящих событий их добыча серьезно пострадала. На территории республики действует мафия, распространен бандитизм, орудуют боевики и местные, скажем, более-менее регулярные вооруженные силы. Смесь опасна, но провоцирует или ворошит ее всегда Кремль, отказывающийся признавать политическое решение чеченской проблемы.

Северная Осетия подчинена России, подобно ей исповедует православие и представляет собой гигантскую военную базу Москвы в ее борьбе с Чечней, ставшей исламской уже в пику России. Между тем Кремль воодушевляет борьбу за независимость в соседней Южной Осетии, принадлежащей суверенной Грузии. . . Одновременно происходят столкновения и между другими народами, заселяющими эту гористую местность - будь то Дагестан, Ингушетия, Кабардино-Балкария или же Карачаево-Черкесия: только представьте себе будущее. . .

Где, как утверждают Буш (Bush) и Путин, не правит бен Ладен (bin Laden). Чеченский терроризм - адского происхождения, но ворошит этот ад Россия.