Россия подверглась нападению и должна на это отреагировать. Президент Владимир Путин, объявивший своей целью наведение порядка в стране, пообещал усилить борьбу с чеченским терроризмом. По его словам, Россия больше не имеет права проявлять слабость, потому что враги немедленно этим воспользуются.

Однако главная проблема путинской политики в отношении чеченского террора - это не слабость или недостаток силы, а полная неэффективность, как в военном, так и в политическом смысле. За последние десять лет в Чечне на глазах российских властей создавался террористический рай. Бесланская трагедия дает Путину повод изменить свою ошибочную стратегию.

Президент нехотя признал, что силовые структуры, парализованные коррупцией и некомпетентностью, не в состоянии решать стоящие перед ними задачи. Бывший чекист Путин дал новую жизнь 'органам', заставив их работать против своих политических противников и, прежде всего, против ЮКОСа с его арестованным шефом. Однако вместо подобных акций России нужны эффективные действия правоохранительных органов против настоящих врагов.

Путин должен ясно показать, против кого конкретно ведется борьба. Сегодня он охотно сравнивает свою чеченскую проблему с глобальной войной США против терроризма. Однако таким способом он только отвлекает внимание от своих неуклюжих и неэффективных действий. Конечно, нельзя отрицать, что Чечня экспортирует терроризм. По данным французской прокуратуры, террористические группировки из Чечни стояли за неудачной попыткой химической атаки в 2003 году. По оценке эксперта Института международной политики Майкла Раду, 'наиболее подготовленные и жестокие элементы в Чечне, без сомнения, связаны с 'Аль-Каидой', чьи методы импортируются с Ближнего Востока'.

Однако реакция России на эту действительно серьезную угрозу должна заключаться не в том, чтобы отправлять все менее опытных солдат в Чечню и опустошать местные деревни. Кремлю нужна не более жесткая, а более умная военная стратегия, ориентированная на результаты. Прежде всего, надо улучшить работу спецслужб. Только таким способом можно предотвратить новый Беслан.

Кроме того, необходимо изменить отношение к чеченским лидерам. Последнего свободно избранного политика - Аслана Масхадова - прогнали путинские войска. Его представитель и бывший партнер Кремля по переговорам - Ахмед Закаев - сражается в Лондоне с российским запросами об экстрадиции, в которых британские власти усматривают политические мотивы. Однако именно Масхадов и Закаев могли бы оказаться подходящими партнерами, поскольку понимают, что терроризм только осложняет судьбу Чечни и, особенно после резни в Беслане, уменьшает вероятность поддержки со стороны Запада.

Президентские выборы в Чечне были попыткой Путина предпринять определенные шаги для политического разрешения конфликта. Однако эти действия не нашли поддержки в народе. 29 августа Москва инсценировала выборы, которые не были ни легитимными, ни честными. К власти привели кремлевского кандидата. Трое верных Москве руководителей республики ранее были убиты. Установление контакта с Масхадовым не избавит от терроризма, но могло бы стать первым шагом на пути к восстановлению в Чечне некоего подобия правовой системы.

Будем надеяться, что Путин сумеет быстро скорректировать курс, чтобы вывести разоренную республику из нынешнего плачевного состояния. Это нужно как чеченцам, так и русским.