Через три года после терактов 11 сентября, захват заложников в Северной Осетии и его чудовищные последствия, а также взятие в заложники двух французских журналистов в Ираке пролили новый свет на вызовы, стоящие перед исламским терроризмом.

В своем памфлете "Рыцари под знаменем Пророка", появившемся в 2001 г., идеолог "Аль-Каиды" Айман аль-Завахири напомнил своим читателям о том, что "авангарду воинов джихада" всегда угрожает отрыв от "мусульманских масс". Он писал о том, что воинам джихада необходимо научиться мобилизовать массы для достижения высшей политической цели: триумфа исламского государства и внедрения исламского права во всем мире.

Д-р Завахири считает 1990-е годы десятилетием потерянных возможностей. Джихад не удался в Алжире, Боснии, Египте и Кашмире, потому что боевики оказались не способны наэлектризовать гражданское общество. Чтобы преодолеть эту тенденцию, он выступил с идеей проведения громких террористических актов с тем, чтобы шокировать врага и показать массам мусульман, что джихад ведется "рыцарями". Атаки 11 сентября были задуманы доктором Завахири и Усамой бен Ладеном как способ "расширить" джихад против Израиля и "обжечь руки Соединенным Штатам", "далекому врагу" ислама и главному союзнику еврейского государства.

Но и три года спустя эта идеология еще не достигла своей цели. Хотя "Аль-Каида" выстояла перед стратегией США, основанной на принципах холодной войны (бен Ладен и Завахири живут и здравствуют) и организовала ряд кровавых терактов - от Бали до Мадрида - активистам джихада еще нигде не удалось захватить власть. Они потеряли свой афганский оплот, а коалиция под руководством США ведет войну в Ираке, сбросила режим Саддама Хусейна и взяла Багдад, некогда столицу исламского халифата.

Для улемы - мусульманских богословов - это катастрофа. Вместо того, чтобы громить врага на его территории, джихад получил ответный удар и привел к тому, что они называют "фитна" - война в сердце ислама, когда шииты воюют с суннитами, арабы с курдами, мусульмане с мусульманами. Единственный ее результат - хаос. И в Палестине джихад пока привел только к фитне: Палестинская Автономия потеряла свой авторитет, а правительство Ариэля Шарона построило стену, через которую трудно проникнуть террористам-смертникам и которая задушит палестинскую экономику.

Те, кто ведет джихад, стоят на распутье: они отчаянно ищут новые лозунги и модели действия, способные вызывать мобилизацию масс. В таком контексте произошли североосетинская бойня и похищение французских журналистов.

Хотя тысячи чеченцев возмущены политикой Кремля и стремятся к независимости, очень немногие отождествляют себя с исламскими радикалами, которые хотели взять под свой контроль чеченское движение за независимость. Захват сотен детей в заложники был призван показать, что политика Владимира Путина в отношении Чечни провалилась. Деятели джихада хотели заставить Москву пойти на уступки, но эта тактика вызвала отчуждение мусульманского общественного мнения. Путин мог бы воспользоваться этим. Вместо того российский истеблишмент, набранный из рядов старого КГБ, решил взять школу штурмом. Так трагедия в Беслане стала самым кровавым терактом после 11 сентября. Российские политики продемонстрировали, что не понимают характера вызова. Они используют устаревшие методы и орудия, созданные в советские времена, чтобы подавлять диссидентов, но непригодные для борьбы с исламистским терроризмом XXI века. В уничтожении руководства "Аль-Каиды" не преуспели и США со своим "умным оружием", созданным для победы в холодной войне.

Похищение французских журналистов "Исламской армией Ирака", которая пыталась шантажировать Жака Ширака с целью отмены закона, запрещающего религиозные символы во французских школах, и его почти единодушное осуждение в исламском мире, дает еще одну возможность использовать другой подход в борьбе с терроризмом. Даже палестинская группировка "Хамас" и ливанская "Хэзболла" сурово осудили захват заложников - не из любви к неверным французам, но потому, что они считают, что похищения могут спровоцировать фитну.

Деятели Исламской армии думали, что их стратегия приведет к победе: на арабском телевидении исламские активисты ежедневно представляют французский секуляризм как преследование мусульман. Но эта стратегия обернулась против себя. Политика Франции на Ближнем Востоке - ее критика войны, ведущейся под руководством США и ее видение палестино-израильского конфликта - значат больше для общественного мнения в регионе, чем ее жесткий секуляризм. На арабском телевидении выступили десятки французских граждан-мусульман и резко отвергли притязания Исламской армии на то, чтобы выступать от их имени. Сторонникам джихада пришлось пойти на попятный, и теперь они требуют выкупа, а не изменений законодательства.

Реакция мусульман на эти происшествия могла бы подсказать Москве, Вашингтону и их союзникам попытаться разбить "Аль-Каиду" при помощи ее же тактики. Вместо этого, прибегая к одним только военным средствам, Россия и США упускают возможность мобилизовать общественное мнение мусульман против исламистского терроризма и осушить болота, на которых он растет.

Автор - профессор и руководитель Центра ближневосточных исследований в Национальном фонде политических наук (Fondation Nationale des Sciences Politiques) в Париже, его перу принадлежит книга "The War for Muslim Minds: Islam and the West" (Война в умах мусульман: Ислам и Запад", Harvard University Press)