Президенту России Владимиру Путину так надоела критика его поведения во время бесланской катастрофы, что в понедельник он обрушился на иностранных журналистов с ответной тирадой. 'Почему бы вам не встретиться с Усамой бен Ладеном, не пригласить его в Брюссель или Белый дом для переговоров? - задал он риторический вопрос. - Никто не имеет морального права говорить нам, чтобы мы вели переговоры с убийцами детей'.

Г-н Путин - не тот человек, который потерпит, чтобы на него давили, требуя изменить позицию. К счастью для него, хотя бы в одной стране он по-прежнему огражден от всякой критики. Эта страна - Израиль.

В понедельник премьер-министр Ариэль Шарон тепло приветствовал российского министра иностранных дел Сергея Лаврова, прибывшего на заседание, посвященного укреплению сотрудничества двух стран в борьбе с терроризмом. 'Террор не имеет оправданий, и пора всему свободному, порядочному, гуманному миру объединиться для борьбы с этой ужасной эпидемией', - заявил г-н Шарон.

С этими словами трудно поспорить. Суть терроризма - преднамеренное убийство ни в чем не повинных людей ради достижения политических целей. Любые претензии террористов на то, что они борются за справедливость, морально несостоятельны, и напрямую приводят к варварству вроде того, что случилось в Беслане: тщательно спланированному убийству сотен детей в первый день учебного года.

И все же эмоциональные проявления солидарности с Россией со стороны израильских политиков на этой неделе объясняются не только сочувствием. Помимо заявлений г-на Шарона, стоит привести высказывание министра иностранных дел Израиля Сильвана Шалома (Silvan Shalom): эта бойня показывает, 'что между террором в Беершебе и террором в Беслане нет различий'. А газета 'Haaretz' без указания фамилии процитировала слова одного израильского чиновника о том, что россияне 'теперь понимают, что мы имеем дело не с террором локального масштаба, а с проявлением глобальной угрозы исламского терроризма. Возможно, теперь они прислушаются к нашим предложениям'.

Намек абсолютно прозрачен: Россия и Израиль ведут одну и ту же войну - не против палестинцев, требующих права на собственную государственность, или чеченцев, требующих независимости, а против 'глобальной угрозы исламского терроризма'. Израиль, обладающий большим опытом, претендует на право устанавливать правила ведения этой войны. Естественно, это те правила, по которым Шарон борется с интифадой на оккупированных территориях.

Его исходная посылка заключается в том, что палестинцы заинтересованы исключительно в уничтожении Израиля. Этот главный тезис служит основой для нескольких других. Во-первых, любой акт насилия со стороны Израиля против палестинцев - это самооборона, необходимая для самого выживания страны. Во-вторых, каждый, кто подвергает сомнению полное право Израиля стереть врага с лица земли - тоже враг. Это относится к ООН, лидерам других государств, журналистам, сторонникам мира.

Г-н Путин явно 'конспектирует' урок, но это не первый случай, когда Израиль берет на себя роль наставника. 12 сентября 2001 г. израильскому министру финансов Беньямину Нетаньяху (Benjamin Netanyahu) задали вопрос: как состоявшиеся накануне теракты в Нью-Йорке и Вашингтоне отразятся на отношениях между Израилем и Соединенными Штатами. 'Это очень хорошо, - ответил он. - То есть, конечно, ничего хорошего в этом нет, но они немедленно вызовут сочувствие'. Далее г-н Нетаньяху пояснил, что теракты 'приведут к укреплению связей между нашими народами, поскольку мы сталкиваемся с террором уже много десятилетий, а США теперь тоже пережили массовый кровавый теракт'.

Общепринятое мнение состоит в том, что после 11 сентября в геополитике наступила новая эпоха, определяемая так называемой 'доктриной Буша': превентивными войнами, ударами по 'инфраструктуре терроризма' (читай - целым странам), и уверенностью в том, что враг понимает только силу. Это негибкое мировоззрение уместнее было бы назвать 'доктриной 'Ликуда''. 11 сентября 'доктрина 'Ликуда'', ранее применявшаяся только против палестинцев, была взята на вооружение самой могущественной страной на земле для использования в мировом масштабе.

'Ликудизация' всей планеты - вот подлинное наследие 11 сентября.

Прошу понять меня правильно: под 'ликудизацией' я подразумеваю вовсе не то, что ведущие представители администрации Буша действуют в интересах Израиля в ущерб интересам США (тезис о 'двойной лояльности', приобретающий все большую популярность). Речь идет о другом: после 11 сентября Джордж У. Буш начал подыскивать политическую философию, подходящую для его новой роли 'президента воюющей страны'. И такой философией стала для него 'доктрина 'Ликуда'', которую ему с преподнесли в готовом виде ее ярые сторонники, которых к тому времени было уже немало в Белом доме. Зачем что-то выдумывать самому!

С тех пор бушевский Белый дом с леденящей кровь последовательностью применяет ее постулаты в глобальной 'войне с террором'. Именно этой философией США руководствовались в Афганистане и Ираке; возможно, следующим этапом станут Иран и Сирия. Речь здесь не просто о том, что г-н Буш видит роль Америки в защите Израиля от враждебного арабского мира. Просто, столкнувшись с той же угрозой, он придал Америке такую же роль, какую взял на себя Израиль. С этой точки зрения, США ведут нескончаемую борьбу за выживание против иррациональных сил, стремящихся ни больше, ни меньше, как к полному уничтожению Америки.

Теперь 'ликудизация' распространяется и в России. Как сообщает 'Guardian', на упомянутой встрече с иностранными журналистами в понедельник г-н Путин 'недвусмысленно дал понять, что рассматривает борьбу за независимость Чечни как острие стратегии чеченских исламистов, получающих поддержку от фундаменталистов из-за рубежа, направленной на подрыв ситуации на всем юге России и даже разжигание смуты среди мусульманского населения в других регионах страны. 'Мусульмане живут на Волге, в Татарстане и Башкортостане . . . . Все это связано с территориальной целостностью России', - подчеркнул он'. Раньше только израильтяне беспокоились, что их 'сбросят в море'.

В мусульманском мире действительно наблюдается резкий и опасный рост религиозного фундаментализма. Проблема в том, что в 'доктрине 'Ликуда'' вопрос, почему это происходит, просто не предусматривается. Нам запрещено говорить о том, что фундаментализм расцветает в 'государствах-неудачниках', где постоянные войны подрывают инфраструктуру светского общества, и мечети берут на себя все функции - от обучения детей до руководства сбором мусора. Это происходит и в Газе, и в Грозном, и в 'Садр-сити'.

Г-н Шарон утверждает, что терроризм - эпидемия, 'не знающая ни границ, ни преград', но это не так. Терроризм расцветает в пределах незаконных границ, установленных оккупационными или диктаторскими режимами, он, как гнойник, зреет за 'стенами безопасности', возведенными 'империями'; он пересекает эти границы и преодолевает стены, чтобы взорваться на территории тех стран, что виновны в оккупации и гегемонии, или играют роль ее соучастников.

Ариэль Шарон - не главнокомандующий в 'войне с террором': эта сомнительная честь принадлежит Джорджу Бушу. Но накануне третьей годовщины 11 сентября мы должны признать его роль в качестве духовного и интеллектуального 'гуру' этой катастрофической кампании - этакого воинственного Йоды для всех Люков Скайуокеров мира, готовящихся к эпическим схваткам добра со злом.

Если мы хотим увидеть, куда может завести 'доктрина 'Ликуда', достаточно последовать за 'гуру' в его родной дом - Израиль - страну, парализованную страхом, превратившуюся из-за своей политики в изгоя на международной арене, яростно отрицающую, что она ежедневно творит жестокости. Это страна, окруженная врагами и отчаянно нуждающаяся в друзьях, которыми она признает лишь тех, кто не задает вопросов, и которым она щедро готова предоставить аналогичную 'нравственную амнистию'.

Эта картина нашего общего будущего - единственный урок Ариэля Шарона, который миру действительно следует усвоить.

Наоми Клейн - автор книг 'Без логотипа' ('No Logo') и 'Изгороди и окна' ('Fences and Windows').