Для Владимира Путина сейчас настал самый серьезный кризис за все время, что он находится у власти, и вот он дал волю своим самым темным инстинктам. Хилые российские спецслужбы действительно необходимо привести в должный вид для борьбы с терроризмом, но Путин вместо этого использует трагедию в Беслане в качестве прикрытия для того, чтобы окончательно задушить последние выжившие ростки ельцинской демократии.

Вчера Путин, вновь вызвав в памяти присутствующих долгую историю концентрации автократической власти в России, призвал изменить законодательство с тем, чтобы прекратить практику свободных выборов губернаторов регионов и к тому, чтобы голосование в парламент проходило по спискам, утвержденным лидерами общенациональных партий, которых легче склонить к повиновению президентским капризам.

Причем эти страшные предложения не имеют четкой связи с террористическими актами. Они просто эксплуатируют горе, постигшее нацию, и проводят в жизнь антидемократическую программу Путина. Задолго до последнего кризиса он сделал все, чтобы подавить свободу средств массовой информации, вытеснить оппозиционные партии в политическую тень и выдвинуть тяжелейшие уголовные обвинения против лидеров делового мира, противившихся его доминированию.

Чтобы решить проблемы России, включая терроризм и коррупцию, нужно больше демократии, а не наоборот. Голоса независимых личностей могут обратить внимание общественности на то, о чем официальное руководство предпочитает не говорить, и может заставлять чиновников лучше делать свою работу. Такой огромной и сложной страной, как Россия, нельзя управлять из Кремля, просто рассаживая везде своих людей.

Уже не первый день всему российскому народу понятно, что власть потихоньку уплывает от господина Путина. Именно поэтому на него обрушилась такая большая часть народного гнева после резни в средней школе #1 города Беслана. Все эти годы Путин именем восстановления законности и порядка делал так, что все остальные структуры постепенно переподчинялись лично ему. Но в Беслане порядка не было - был хаос действий разных ведомств, не согласованных друг с другом: правительственные чиновники, которые дезинформировали народ; вооруженные блок-посты, на которых никого не проверяют; пограничные войска, которые не закрывают границу; элитные армейские штурмовые подразделения, штурмующие заложников вместе с террористами. Слишком много решающих проколов было допущено именно на федеральном уровне, где у господина Путина больше прав принимать решения, чем у кого-либо другого.

И не кто иной, как Путин, ответствен за то, что Россия до сих пор упорствует в своем нежелании разговаривать с чеченскими сепаратистами с политических позиций, будто проблему можно решить карательными военными операциями, марионеточными правительствами и мошенническими выборами. Как все и предполагали, проблема этим не решилась, скорее наоборот.

Сегодня как никогда ясно видно, что сужение дороги для российской демократии не решит реальные проблемы страны. Но, как и любой загнанный в угол диктатор, Путин скорее всех остальных объявит виноватыми, чем пойдет на реальные перемены.