Standard: Можно ли говорить, что последние реформистские планы Путина нарушают конституцию?

Краснов: План изменений в проведении выборов в Думу -избрание депутатов по партийным спискам - конституции не противоречит. Но для нас хуже то, что вектор политики определяет только один политический субъект со своим бюрократическим окружением. То, что это определяет не народ, - уже не совсем демократия. У нас отсутствуют политические субъекты для поиска демократического компромисса.

Standard: Путин не выходит за рамки возможностей, которые предоставляет конституция?

Краснов: Нет, назначая в будущем губернаторов, он ее нарушит. Такого шага я от него не ожидал. Нарушается не только активное и пассивное избирательное право. Мы получаем прямое вмешательство в компетенцию субъекта федерации. В трех статьях конституции говорится, что формирование региональных органов власти является исключительной прерогативой субъекта федерации. Федерация имеет слово только тогда, когда речь идет об общих принципах (правилах игры) формирования власти, но не о формировании органов, как этого хочет сейчас Путин. В конечном счете, это вопрос для Конституционного суда. Но я не думаю, что нынешний режим допустит, чтобы кто-то обратился туда.

Standard: Все чаще можно слышать сравнения с Китаем, Советским Союзом и Белоруссией.

Краснов: Я не большой сторонник сравнений. У нас в стране демократии пока еще не было, но вектор демократического пути имелся, по крайней мере, в головах. Но теперь мы вектор изменили в сторону иерархической модели. Сторонниками ее объявляют себя Лукашенко (президент Белоруссии) и теперешняя кремлевская администрация, находящиеся в заблуждении, будто таким образом удастся лучше, легче и надежнее добиться порядка в стране.

Standard: Как можно было бы определить эту модель?

Краснов: Мы имеем, приблизительно, то, что в 60-е годы называли 'социализмом с человеческим лицом', я бы сказал, 'либеральную советскую власть'.

Standard: Вы не ожидаете, что Путин продлит срок своих полномочий?

Краснов: Нет. Мне кажется, что он не из ряда известных руководителей некоторых бывших советских республик. Он, в конечном, счете, хочет все же оставаться европейцем.