Пока американские политики соревнуются в искусстве ведения войны против террора и постоянно уличают друг друга в отсутствии такового, пока европейцы и американцы обмениваются уколами и шпильками по поводу войны в Ираке, террористы не дремлют. Радикалы-исламисты ударили по Испании, и этот удар привел к смене правительства. Они нападали на граждан многих государств, поддержавших Америку в стремлении построить демократию в Ираке. Они захватили в заложники французов, чтобы вынудить Францию отменить принятый ею закон.

А еще они за полторы недели убили более пятисот русских, стремясь заставить Россию признать отделение Чечни.

Сейчас люди по обе стороны Атлантики должны четко понять, что западный мир втянут в жестокую войну, в которой нападение на одного - это нападение и на всех остальных. И ни у кого не должно возникать и тени сомнения в том, что единственный способ добиться успеха в этом противостоянии - решительный и активный ответ, такой, какой предприняло правительство Буша.

Российский народ постиг серьезный удар: серия террористических актов по своим масштабам и ужасу приближается к 11 сентября. Половина из трехсот тридцати человек, погибших в результате резни в Беслане - школьники, которых, прежде чем убить, два дня морили голодом и жаждой. И русские после этого заметили, что с 11 сентября 2001 года в Америке больше не было ни одного террористического акта. Как писала New York Times, один из офицеров российской полиции горько заявил после Бесланской трагедии: 'в Соединенных Штатах после 11 сентября не произошло ни одного теракта. А здесь никто ничего не делает. Нас бьют со всех сторон'.

Президент России Владимир Путин в определенной мере признал, что его стратегия решения в первую очередь политических аспектов проблемы Чечни провалилась, и что страна снова в состоянии войны. Он неявно похвалил ответ, который Америка под руководством Буша дала на теракты 11 сентября: 'События, происходящие в других странах, подтверждают то, что террористы встречают наиболее эффективное сопротивление там, где помимо сильного государства существует еще организованное и единое гражданское общество'. В конце концов он признал, что существовавшее у России до того предубеждение против Америки было направлено не туда: 'Нужно признать то, что мы не проявили понимания сложности и опасности процессов, происходящих в своей собственной стране и в мире'. Страшную же цену заплатила Россия за это непонимание.

Поражающие своей жестокостью теракты в России - это также и нападение на нас. Россия - еще молодое и нестабильное государство, и ее растущая демократия находится в постоянной опасности. Террористические акты такого масштаба, который мы увидели, еще больше ослабят и ее стабильность, и демократию. Они могут окончательно вывести русских из терпения, и тогда, если Путин обрушится на чеченцев всей силой своих страхов и эмоций, их ответ может перейти любые допустимые границы. А такое не в меру сильное возмездие еще больше пополнит ряды радикальных исламистских организаций. Так же, как русским необходимо понять, что разногласия между ними и нами - ничто в сравнении с опасностью, грозящей всем нам, и нам необходимо признать, что их борьба с терроризмом неотделима от нашей.

Даже французам пришлось на собственном опыте узнать, что их попытки дистанцироваться от политики Америки на Ближнем Востоке не принесли желаемого результата. Французов захватили в заложники, и Заркави объявил Франции войну в ответ на запрещение ношения мусульманских платков в государственных школах, что является еще одним доказательством: даже если встать в оппозицию действиям Америки, этого совершенно недостаточно, чтобы обеспечить себе безопасность в ведущейся сейчас идеологической войне.

Что бы ни говорили - оправдан закон о запрете ношения платков или нет, мир должен знать, что радикальный ислам не просто отвечает на нападения на мусульман в странах Ближнего Востока. Исламисты считают, что у них есть право судить других и применять средства грубого насилия даже в качестве сопротивления мирным законам, которые принимаются народами демократических государств на своей земле.

Французы правильно сделали, что в ответ на это требование отказались отменить свой закон, и на этот раз им повезло, что кризис удалось разрешить без кровопролития. В другой раз может не повезти.

Кроме всего прочего, последние события должны напомнить и европейцам, и американцам о том, что теракты, совершаемые исламскими радикалами, не обязательно и не напрямую являются результатом американской агрессии. Даже такие государства, как Россия и Франция, категорически возражавшие против действий Соединенных Штатов на Ближнем Востоке, стали мишенями для терроризма и жертвами своей собственной политики. Бесполезны оказались старания перенаправить нападения террористов на других. Бесполезны оказались политические усилия. Бесполезной оказалась дипломатия. Пока что единственной действенной политикой остается решительное искоренение и уничтожение террористических организаций в Афганистане и Ираке и активное построение системы внутренней безопасности.

Американцам еще рано поздравлять себя с победой - завтра на нас снова могут напасть, и мы никогда не сможем быть уверены в своей обороне на сто процентов. Мы также не имеем права утверждать, что из всех вариантов развития политических и военных действий мы в последние несколько лет непременно выбирали самые лучшие.

Но события последних недель наглядно показали, что огульная критика, которую мы слышим из лагеря Керри, и упрощенные концепции, которые он предлагает, вряд ли будут работать лучше, чем более сложный и изощренный подход, которого все это время придерживалось правительство Буша. 'Интернационализировать', как выражается Керри, коалицию в Ираке, постоянно оглядываться при использовании силы и действовать от обороны, постоянно следить за тем, чтобы наши действия шли шаг в шаг с тем, что предпринимают другие страны, которые - совершенно неоправданно - не чувствуют себя в такой же опасности, как мы - это неправильно.

Действительно правильная стратегия - уничтожать террористов там, где они живут и обучают других террористов; давить на тех, кто поддерживает их, с тем, чтобы положить конец этой поддержке; наращивать наши оборонительные порядки у себя дома и за рубежом; и быть в готовности сражаться за то, чтобы в нашей стране больше не было террористических актов. Именно это и лежит в основе стратегии Буша в его войне с террором, основанной на единственно важной для него проблеме - обеспечить безопасность Америки. И это, как показывает опыт, в принципе единственная стратегия, которая может принести успех.

Фредерик У. Каган - военный историк, соавтор книги 'Пока Америка спит' (While America Sleeps).