Письмо пришло из глубин Интернета. Автор письма Шамиль Басаев цинично признается в организации кровавой бойни в Беслане. Был ли он действительно отправителем, проверить невозможно. Об аутентичности свидетельствует, по меньшей мере, то обстоятельство, что кто еще другой мог бы добровольно взять на себя ответственность за этот террористический акт, жертвами которого стали 330 человек?

Сожаление, высказанное в этом письме и без того как бы между прочим, выглядит кричащим и лживым. Отряд террористов-смертников, напавший на школу с самого начала рассматривал кровавую бойню в качестве одной из возможностей. Десять лет войны в Чечне вызвали к жизни новую форму насилия, которой Россия до сих пор не знала.

Борцы с коррупцией в России не устают утверждать, что в финансировании боевиков виновато зарубежье. Мол, достаточно перекрыть финансовые потоки, пути для иностранных наемников в Россию, чтобы терроризм на Северном Кавказе прекратился сам по себе. Наивное представление.

Российское руководство пытается в отчаянии интернационализировать свои многолетние ошибки в урегулировании чеченской проблемы и в борьбе с террором, чтобы отвлечь внимание от состояния армии. В этой сфере заняты 1,5 миллиона российских мужчин. Из них 80000 человек находятся в Чечне. Растут сомнения относительно их компетентности. Одновременно российское руководство отвлекает внимание от того факта, что даже при наличии всяческих международных связей, которые вполне могут существовать, ключ к урегулированию находится в своей собственной стране. Если президент Путин снова представит попытку различать между радикальной и умеренной частью сопротивления в черном свете, как идеологический аккомпанемент террора, то он, тем самым, лишит себя, возможно, единственного шанса, который остается в нынешней ситуации.