Взаимные претензии в деле о разгроме российскими властями нефтяной компании 'ЮКОС' и ее главного акционера Михаила Ходорковского следует рассматривать с щепоткой соли сибирского размера. Как и в любой войне, истина здесь - первая жертва.

Вот почему многие скептически относятся к заявлению 'ЮКОСа' о том, что он не может себе позволить продать, как намечено на этот год, еще миллион тонн нефти Китайской национальной нефтяной корпорации (China National Petroleum Corp.) Даже если это вызвано заморозкой банковских счетов компании, имеется и соблазнительная политическая логика.

Сообщение, появившееся накануне визита премьер-министра Китая Вэна Цзябао (Wen Jiabao), должно обеспокоить правительство Путина, которое пообещало, что крах 'ЮКОСа' не сорвет поставок нефти. Но трудно понять, что это означает: шаг навстречу банкротству или ложную тревогу. С третьего квартала 2003 г. 'ЮКОС' не обнародовал своих счетов, выполненных по международным стандартам, заявляя - может быть, оправданно - что при огромной сумме долга к уплате, они были бы истолкованы как введение в заблуждение. Но разве нельзя было опубликовать счета, не прошедшие аудита, чтобы рынки могли более компетентно судить о реальном положении компании?

Однако, это не в интересах 'ЮКОСа'. Незнание и страх - самое мощное оружие в его арсенале. Ходорковского по-прежнему держат в тюрьме, а 'ЮКОС' под угрозой разорения. Все, что остается 'ЮКОСу' - быть в состоянии шокировать мировые нефтяные рынки, а для этого он держит мир в неведении.