Вчера бесланское кладбище было заполнено скорбящими. Многие горожане предупреждали о возможной мести (Александр Натрушкин/Рейтер); Родственники 30-летней Алины Аликовой вчера отмечали сороковой день трагедии (Ассошиэйтед Пресс); Вчера родственники погибших собрались у креста, установленного в спортзале школы #1, где погибли 330 взрослых и детей (Рейтер).

'Лида, ты тварь. Ты ошибка природы. Мы убьем тебя. Как ты могла продать чужих детей? Ты предала наших детей'.

Нацарапанные на запачканных кровью стенах бесланской школы надписи называют виновников того, что произошло здесь 3 сентября. Значительная часть гнева направлена на 'Лиду' Цалиеву, директора школы #1, выжившую после страшных событий.

Многие местные жители заявляют, что она несла ответственность за благополучие детей. Они считают, что Цалиева дала боевикам возможность подготовить теракт, наняв нескольких чеченцев и ингушей для реставрации обветшалого здания школы.

Несколько месяцев спустя 'рабочие' превратились в 32 террористов. Строительные работы они использовали, чтобы спрятать под деревянным полом оружие.

'Лида, ты враг всего мира', - гласит еще одна надпись. Маленький кавказский городок сегодня отметит сороковой и последний день траура по более 330 погибшим, но не многие из тех, кто потерял близких, успокоились. Большинство пытаются найти виновника.

Согласно традициям российского православия, душа умершего на сороковой день возносится на небо, и 'нормальная' жизнь может возобновиться, но мало кто в Беслане верит, что их жизнь когда-либо снова станет нормальной. Некоторые обвиняют Цалиеву, другие - чеченцев и ингушей, которых было большинство среди террористов, кто-то еще - власти республики, которые упорно отказываются брать на себя ответственность. Лишенные какой бы то ни было отдушины, убитые горем люди дают выход раздражению, недоумению и ненависти на изрешеченном пулями остове школы.

Наряду с увядшими венками цветов, свечами и лентами 'Мы вас никогда не забудем' на стенах с запекшейся кровью и десятки мстительных надписей. Вчера в Беслане шел дождь, а сотни людей бесцельно бродили по коридорам школы, плача и безразлично разглядывая разрушения. Это уже вошло у них в привычку.

Одетые в черное женщины рыдали, а мужчины тряслись от горя. На стенах полуразрушенного здания кто-то написал 'Ручсаг ут', что по-осетински значит 'Покойтесь в мире'. Спортзал, где погибло большинство жертв, когда после нескольких мощных взрывов обвалилась крыша школы, остается местом поклонения. На мокром от дождя деревянном полу - игрушки, шоколадки и бутылки с водой, напоминающие, что террористы не давали маленьким пленникам есть или пить.

Многие из скорбящих пришли сюда с переполненного городского кладбища. Они говорят, что не устали бродить каждый день по мрачным коридорам в поисках ответов, которых не могут найти.

В центре спортзала установлен большой крест. Рядом - намокшая от дождя фотография школьницы Мадины Кусовой. 'Ты была хорошим человеком', - написал кто-то. 'Поднять руку на ребенка - это действие даже не животного, а демона или самого дьявола!' - гласит еще одна надпись на стене. В коридоре у спортзала, над страшным узором из пятен крови синим карандашом выведено: 'Вы будете наказаны!!!'

На лестнице на второй этаж упоминается Шамиль Басаев, полевой командир чеченцев, взявший на себя ответственность за теракт. 'Гори в аду, Басаев', - написано там.

В классах на полу по-прежнему разбросаны книги, хотя многие свидетельства трагедии - осколки снарядов и запачканная кровью одежда - растащили охотники за сувенирами.

Вчера, в 15.45, спортзал посетил епископ Владикавказский Феофан. На несколько минут помещение наполнилось низкими голосами православного хора. Плачущие женщины остановились послушать, многие из них крестились во время молитв и песнопений.

'Мы должны построить здесь собор, - сказал промокшим слушателям епископ. - Я бы даже не стал сносить эти стены, а оставил бы их так, как есть'. Он призвал людей не мстить тем, кого они считают виновными в трагедии. 'Мы надеемся на одно - на терпение и мирное решение, - сказал он. - Осетия отважна, и мы можем справиться с этой трагедией. Ни при каких обстоятельствах мщения быть не должно. Мщение - это для слабых'.

Отвечая на призыв о помощи в борьбе с террором, с которым президент России Владимир Путин обратился к церкви, епископ заговорил о международном терроризме. Дождь усилился, и люди потянулись вперед, чтобы поцеловать иконы. 'Это было напоминанием, что может сделать зло. Это также было напоминанием всему человечеству, что от терроризма нет убежища'. После выступления епископа на школу спустилась непривычная тишина. Ее коридоры опустели.

Похоже, однако, что во многих местах совет Феофана не был услышан. Недалеко от школы, у кирпичного дома под дождем собралась группа мужчин, чтобы помянуть 28-летнюю Альбину Шотаеву и ее 7-летнюю дочь Залину. 'Они обе сгорели в школе', - говорит их родственник, 54-летний Сослан Бег. Затягиваясь сигаретой, он шепотом говорит, что чувствует необходимость что-то предпринять. 'Мы думаем, что нужно предпринять меры, чтобы это больше никогда не повторилось'. Бывший полковник советской армии и выпускник школы ?1, Бег считает, что время отмщения приближается.

'Мы знаем, где эти бандиты, даже знаем, в каких домах они живут. Когда придет время, я возьму пулемет и вместе с другими отправлюсь наказать этих террористов. Нам нужно уладить это самим. Многие из пострадавших были отправлены в больницы в Крыму и на Черном море, чтобы разрядить обстановку, но когда они вернутся, мы отомстим. У каждого второго дома есть пулемет'.

В школе пожилой мужчина по имени Анатолий в черной кожаной куртке и черной кепке, выглядит так, словно теряет рассудок. Оглядывая комнату, похожую на разрушенный кабинет философии с портретами Вольтера и Паскаля, он говорит лишь вопросами, и слова бегут неестественно быстро.

'Как это могло случиться? Почему они не действовали? Почему они сразу же не начали штурм школы? Почему они не начали нормальные переговоры? Я бы занял место ребенка, если бы мог. Можно было спасти столько жизней'. Позже он рассказывает, что в школе погибла его племянница, а двое внуков получили серьезные травмы и были отправлены на лечение в другой город. Его глаза безжизненны и полны боли, голос прерывается из-за сильных эмоций. Неистовые взмахи рукой выдают глубокую травму. Он говорит, что не хочет мести, просто хочет мира.

Поодаль другой мужчина, назвавшийся Сашей, проявляет меньше оптимизма. Его крик заполняет коридоры. Он поносит директора школы и президента республики Александра Дзасохова. 'Их нужно повесить, - кричит он. От него веет алкоголем, как и от многих мужчин, пришедших вчера в школу. - Это все халатность и некомпетентность. Раньше здесь играли дети, а теперь здесь нет ничего'. Женщины ничего не отвечают и только всхлипывают.

Поблизости, в побеленном здании проходили 6 поминальных служб. Длинные столы были завалены огромными деревянными ящиками с бараниной и говядиной, бесчисленными бутылками водки, горами пирогов. Сотни мужчин весь день сидели за столами строго по старшинству, произносили тосты в честь погибших, ели, пили и клялись отомстить. Курение было запрещено. Никто не мог встать из-за стола без разрешения старших, и мало кто закончил день трезвым. На противоположной стороне улицы местные женщины готовили новую еду и пили чай.

43-летний Руслан Гаппоев, отец двоих детей, механик по профессии, рассказал прерывающимся голосом, что до сих пор не нашел свою жену, 41-летнюю Наиду, хотя четверо родственников сдали кровь на анализ ДНК. 'Я сам осмотрел все тела. Если бы хоть что-то осталось от ее нижней челюсти, я бы узнал ее по золотой коронке, но ни одно из тел, которые я видел, не подходят под это описание. Я знаю, что она взорвалась, но не могу даже представить, где она может быть'. Его дети, 11-летний Сослан и 7-летний Алан, остались живы.

Алик Аликов, отец двоих детей и муж Даримы, учительницы истории, погибшей в теракте, был в похожем состоянии. 'Когда-нибудь жизнь снова станет нормальной, но когда - я не знаю'. Сначала он говорит, что не жаждет мести и хочет, чтобы его дети жили в мире, но быстро меняет мнение.

'Если бы я знал наверняка, кто это сделал, я бы, конечно, пошел и отомстил. Но я пока не знаю. Возможно, мы выясним это. Если бы ингуши пришли и извинились, это было бы иначе. Мы бы не приняли извинений, но это было бы хоть что-то. Возможно, нас по-разному воспитывали, но вы в Англии слишком либеральны с террористами. Мы смотрим на вещи по-другому'.

Отец Давида Дулаева, водителя такси из Минеральных Вод, - осетин, и Давид боится, что между Северной Осетией и Ингушетией может начаться гражданская война. Подобная война разразилась между двумя республиками в 1992 году и длилась пять дней. Число погибших тогда составило до 800 людей.

'Как можно простить за то, что произошло? Я не могу. Люди обвиняют в этом ингушей. Говоришь им, что террористы были неудачники, наркоманы и преступники, которые просто взялись за это за деньги. Говоришь им, что не все ингуши такие, а они отвечают, что знают это, но это не имеет значения. Ингуши в этом участвовали, значит, прольется кровь'.

'Те, кто это спланировал, прекрасно знали, что делают. Междоусобицы и споры ингушей и осетин длятся сотни лет, и главной целью Беслана было взорвать Кавказ'.

В деревне Чермен у осетино-ингушской границы, где живет много ингушей, люди говорят, что боятся того, что может произойти. Боится и 52-летняя Роза Газдиева, домохозяйка-ингушка, мать семерых детей. 'Конечно, я боюсь, - говорит она, нервно оглядываясь. - Кто знает, что может произойти. Ходят слухи, что они нападут на нас и убьют. Раньше я ездила в Беслан и Владикавказ, но теперь вы меня там не увидите'.

Дети России и США о трагедии в Беслане. Письма и рисунки >>

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.