Москва. Научное величие и научную самобытность России, а также и ее катастрофу можно проследить на примере учреждения, известное под международным сокращением IHED. Это Объединенный институт высоких температур, один из ведущих в области исследования материалов, энергии и плазмы. Гигантский бастион науки.

Это один из крупнейших исследовательских центров Российской Академии Наук, - 1400 сотрудников, территория, равнозначная городскому району. И вот уже 9 лет его возглавляет не кто-нибудь, а Владимир Евгеньевич Фортов, харизматичный научный деятель, прекрасный оратор, занимавший во второй половине 90-х годов при Ельцине пост заместителя премьер-министра и министра науки Российской Федерации.

Никаких высоких технологий

Казалось бы, этот институт должен процветать. Однако научное процветание в России существует только в головах российских ученых. Кто хочет его найти за потускневшими фасадами институтских зданий, тому придется пройти на ощупь по пустынным, запущенным коридорам в лаборатории, где на стеллажах, сооруженных весьма оригинальным образом, стоит аппаратура из другой исторической эпохи, а ржавые таблички свидетельствуют о выдающемся изобретательском даре их изготовителей. Но тщетно вы будете здесь искать высокие технологии, равно как и молодых ученых.

'Мы теряем молодое поколение', - фразы, подобные этой, высказанной Владимиром Фортовым, обладающим в России и политическим авторитетом, и высокой научной репутацией, говорят о большой российской проблеме. Молодой российский исследователь в области фундаментальных наук в пересчете получает от 100 до 200 евро в месяц. Это при стоимости жизни, во всяком случае в Москве, не уступающей европейскому уровню! Средний возраст ученых в Российской Академии Наук составляет сегодня 72 года.

Примечательная встреча

Бюджет, выделяемый на российскую науку, как сообщает Фортов, с началом перестройки сократился в двадцать раз. 'Сегодня наши расходы на науку такие же, как и в Чешской республике. Это банкротство, конечно же финансовое и политическое, но все же и интеллектуальное'. Правда, Вальтер Крелль, президент Объединения германских исследовательских центров им. Гельмгольца, приехавший в этот институт на окраине Москвы по приглашению Фортова, так не считает: 'Головы - вот что является российским капиталом. Так было всегда, так есть и сейчас, даже в эти тяжелые времена'.

Для немецкого гостя этот короткий визит в IHED был если и не кульминацией его многодневной поездки в Москву, то очень примечательной встречей с научной культурой, о которой имеют представление лишь немногие из его 24000 сотрудников, работающих в 15 немецких центрах Гельмгольца. Крелль засвидетельствовал свое почтение великой научной державе, которая давно уже гибнет. И он сделал это неслучайно.

Углублять 'стратегическое партнерство'

Совместно с министром науки Германии госпожой Бульман он навестил на этих днях в Москве самых высокопоставленных представителей российской научной элиты, чтобы упрочить 'стратегическое партнерство', как звучит одна из последних инициатив правительства Германии, между учеными обеих стран. По сути, речь идет об организационном оформлении сотрудничества, ставшим в сфере науки для России и Германии практически традиционным.

Еще 30 лет назад такие институты, как Общество по исследованию тяжелых ионов (GSI) в Дармштадте или исследовательский центр 'Немецкий электронный синхротрон' (Desy) в Гамбурге, наладили сотрудничество с российскими физиками. Сегодня в Desy уже работают 120 российских исследователей, в других физических центрах им. Гельмгольца обмен тоже не меньший. В медицинских научно-исследовательских институтах, например в берлинском Центре им. Макса Дельбрюка или в Центре онкологии, доля российских ученых возросла до 20-30 человек. В общем и целом, каждый пятый иностранный ученый в 15 центрах Гельмгольца - выходец из России.

Российско-немецкая готовность к сотрудничеству на уровне Объединения немецких исследовательских центров отражает ситуацию на уровне всей Германии. С откровенной гордостью госпожа Бульман заявила, что за последние годы налажены партнерские связи между 550 высших учебных заведений, число обменов учеными возросло до 6300 в год, благодаря чему Россия заняла ведущее место среди всех других иностранных государств, с которыми Германия поддерживает научные контакты.

Это находит и свое организационное отражение: Объединение им. Гельмгольца открыло в Российско-Немецком Доме в Москве, после Брюсселя и Пекина, свое третье зарубежное представительство. Мероприятие это было подкреплено объявлением о заключении нового, научного германо-российского пакта, который был совместно представлен госпожой Бульман и ее российским коллегой Андреем Фурсенко (см. ФАЦ от 8 февраля).

Германо-российская виртуальная лаборатория

Новое представительство Объединения им. Гельмгольца - это не первое свидетельство тесных научных связей. Немецкое исследовательское общество (DFG) уже некоторое время содержит в Москве свое собственное представительство, а Общество им. Макса Планка, которое принципиально не обзаводится подобными зарубежными учреждениями, объявило в 2003 г. о наличии 105 совместных проектов, некоторые из которых по своим масштабам и интенсивности представляют собой практически целые институты. Об одном из подобных проектов - 'Германо-российской виртуальной лаборатории' было объявлено во время визита Бульман. Это совместный проект Института внеземной физики ми. Макса Планка, г. Гархинг, и Института физики элементарных частиц РАН, г. Москва.

Все эти начинания и проекты, вместе взятые, должны стать лишь началом такого качественно нового сотрудничества - по крайней мере, так считают в министерстве науки Германии, - которое как можно быстрее должно обрести свое название и статус. Это совместное дитя может получить имя 'Германо-российское исследовательское общество' или 'Двустороннее исследовательское общество' или просто 'Академия', как говорится в 46-страничном документе о 'германо-российском научном пакте'.

Вопрос с финансированием пока открыт

Совместная лаборатория им. Отто Шмидта, созданная в Петербурге пять лет назад по инициативе немецких и российских полярных исследователей и океанологов, ставшая опорной базой для организации десятков совместных арктических экспедиций, положила начало созданию целого ряда других германо-российских исследовательских организаций. Уже в этом году в Москве откроется совместный центр лазерных исследований. В немецких предложениях по научному пакту предусматривается создание 'Виртуального института Общества им. Гельмгольца по фундаментальным исследованиям структуры материи', а также 'Виртуального института океанологии и полярных исследований - Arctic-Portal.Info'.

Как все это должно финансироваться в связи с безнадежным положением в российской науке, будет согласовано в ближайшие месяцы. Для начала Бульман пообещала 40 миллионов евро. Что касается российской стороны, то от Фурсенко удалось услышать лишь обещания быть 'равноправным партнером' и намерения добиться поддержки этих планов со стороны президента. Движущих сил для совместного созидания достаточно, посмотрим, хватит ли для него необходимых ресурсов.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.