'Вокруг Чечни закипает ведьмин котел', - писал неделю назад российский журнал 'Профиль'. Авторы добавили и приправу: 'ваххабиты, боевики, беженцы', далее 'люди, присоединившиеся к боевикам из-за отчаяния, - и бандиты в официальной и неофициальной униформе'.

'За грохотом большой войны', писал далее 'Профиль', зондеркоманды прочесывают Северный Кавказ. Бесследно исчезают люди, все больше становится убийств, облав и нападений. Сваливать за все это вину на двух человек - Аслана Масхадова и Шамиля Басаева - невозможно. Масхадов, как сообщает своим неподражаемым языком официальное московское агентство 'Новости', 'уничтожен'. 'Следующий в списке - Басаев, в принципе он уже кандидат в смертники'. Сейчас его усиленно ищут, сообщил Рамзан Кадыров, молодой военачальник, милостью Москвы - первый заместитель премьера Чечни.

Это такие люди, как Кадыров, создают повсюду конфликты и подогревают уже существующие, делает вывод Жан-Кристоф Пюч (Jean-Christophe Peuch), бывший специалист по России в Гарварде, а сейчас корреспондент радиоканала Radio Free Europe. 'Все это является следствием безответственной политики российских Вооруженных Сил и федеральной власти' в Москве: плохое правительство, бесхозяйственность, авторитарные тенденции у большей части региональной элиты. В Кабардино-Балкарии молодые люди объединились в сообщество под названием 'Джамаат'. Активисты имеют хорошее среднее образование, но в условиях безработицы, уровень которой в горах превышает девяносто процентов, у них нет никаких перспектив трудоустройства. Местный режим во главе с Валерием Кокоевым, занимавшим свою должность еще в советское время, является образчиком бесхозяйственности, несостоятельности и коррупции - и все это при условии крайнего авторитаризма и братской поддержки со стороны контрразведки ФСБ. 'Ислам, - разъясняет Томас де Вааль (Thomas De Waal) из Лондонского института исследования проблем войны и мира (IWPR), - это всего лишь знамя, которое они используют. Религию они почти не знают'.

Бывший президент Ингушетии Руслан Аушев, снятый со своего поста Москвой, делает обобщение: это 'политики с новой, агрессивной идеологией, они хорошо информированы и могут пользоваться новейшими технологиями'. Они не видят ничего привлекательного в прежней коммунистической государственной идеологии и в том, что при российском президенте Борисе Ельцине и Владимире Путине выдается за демократию. Традиционный суфистско-пацифистский ислам ничего им не говорит и кажется для них послушным государству. Образцом для них является, скорее, воинствующая разновидность религии, переданная им ветеранами Афганистана, даже если это учение имеет с исламом мало что общего.

При Путине Ингушетия со времени второй чеченской войны (1999 г.) превратилась в тыловой район боевиков и вследствие этого - в арену для проведения российских операций по зачистке. Деятельность поставленного Москвой президента Мурата Зязикова отличается крайней неэффективностью.

В Дагестане, на восточной оконечности Кавказа, где проживают более 30 народностей, и в Карачево-Черкессии в западной части конфликты между отдельными народностями и людьми, творящими с одобрения государства произвол, создают почву для совершенно аналогичных процессов. Там, где государственная власть теряет контакт с обществом, набирает силу террор. Масхадов за четыре дня до своего 'уничтожения' говорил о всеобщем восстании. Это было предупреждение. Но он, в конечном счете, хотел переговоров. С того момента, как он был 'уничтожен', у группировок, способных идти на компромисс, в Чечне и вокруг нее больше нет представителя, которому они бы доверяли. Ведьмин котел вот-вот взорвется.

___________________________________________________________

Спецархив ИноСМИ.Ru

Гибель повстанца вызвала дебаты относительно стратегии для Чечни ("The New York Times", США)

'Это оскорбление для всего чеченского народа' ("Liberation", Франция)

Чечня: Стратегия Европы ("Frankfurter Rundschau", Германия)

Чечня, загнанная в угол ("The Financial Times", Великобритания)

Убийство Масхадова: двусмысленная победа России ("Il Мessaggero", Италия)

Масхадов - умеренный лидер, который хотел мира ("Le Figaro", Франция)

Россия и Чечня ("The International Herald Tribune", США)

Масхадов - талантливый военный, не устоявший перед исламистами ("The Times", Великобритания)

Масхадов - жертва российских и исламских радикалов ("The Guardian", Великобритания)

Масхадов ("Die Welt", Германия)

Смертельный враг Кремля ("Frankfurter Allgemeine Zeitung", Германия)

Москва ликвидирует президента чеченских сепаратистов ("Liberation", Франция)