ЕСЛИ БЫ в 80-е годы режим апартеида ЮАР убил Нельсона Манделу, он совершил бы такой же грубый просчет, какой совершил на этой неделе российский спецназ, уничтожив лидера чеченских сепаратистов Аслана Масхадова. Такое сравнение приводится не потому, что Масхадов хоть как-то был схож с Манделой как личность, разделял с ним общие ценности или походил на него внешне, нет. Но в Чечне он представлял ту же относительную политическую умеренность. Южноафриканский режим знал, что если Мандела и его союзники не станут частью демократического урегулирования, то позже ему придется иметь дело с более молодым, более ожесточенным и более радикальным поколением активных борцов.

Похоже, что именно такой сценарий начинает разыгрываться в Чечне. Со смертью Масхадова - мусульманина светского толка и бывшего советского офицера - русские остались один на один с более молодым, более ожесточенным и более радикальным поколением активных боевиков. Во главе этого поколения, скорее всего, встанет Шамиль Басаев, террорист, организовавший страшный теракт в школе Беслана.

Смерть Масхадова может уничтожить ближайшие шансы на дипломатическое урегулирование войны в Чечне. Масхадов, являвшийся чеченским президентом, избранным в ходе голосования, легитимность которого в то время признала Россия, настаивал на проведении переговоров с Москвой, но постоянно получал отказы. Кремль настаивал на том, что он является террористом, несмотря на его осуждение терроризма, и не хотел вступать с ним в переговоры. На том же основании российские власти отказываются передать семье Масхадова для захоронения, как они говорят, 'тело мертвого террориста'. Таким образом, обстановка жестокости в Чечне сохранится и впредь.

Пассивная политика администрации Буша в отношении конфликта в Чечне, как и всегда, отдает предпочтение 'урегулированию в результате переговоров', однако на практике никаких шагов не предпринимается. Сейчас, когда возможность такого 'урегулирования в результате переговоров' практически сведена к нулю, может быть, представителям Белого Дома следует подумать о новой линии поведения?

_________________________________________________________________

Спецархив ИноСМИ.Ru

Чеченская война - Немезида России ("Daily Times", Пакистан)

Чечня: Война без правил ("Die Presse", Австрия)

Москва опасается интенсификации конфликта в Чечне ("Le Figaro", Франция)

Что будет после Масхадова ("Arab News", Арабская пресса)

Чеченские сепаратисты клянутся продолжать войну ("The Times", Великобритания)

Путин борется против мира в Чечне ("El Mundo", Испания)

Кавказ: Ведьмин котел вот-вот взорвется ("Frankfurter Rundschau", Германия)

Новым лидером чеченских сепаратистов будет не Басаев ("The Guardian", Великобритания)

Обещание тотальной войны ("Liberation", Франция)

Что ждет Чечню? ("The Times", Великобритания)

Кремль доведет войну до кровавого конца ("Helsingin Sanomat", Финляндия)

Влияние чеченской войны на регион ("The Washington Post", США)

Чечня: переговоры на языке оружия ("Turun Sanomat", Финляндия)

Мертвые герои живут дольше ("Der Standard", Австрия)

Гибель повстанца вызвала дебаты относительно стратегии для Чечни ("The New York Times", США)

'Это оскорбление для всего чеченского народа' ("Liberation", Франция)

Чечня: Стратегия Европы ("Frankfurter Rundschau", Германия)

Чечня, загнанная в угол ("The Financial Times", Великобритания)

Убийство Масхадова: двусмысленная победа России ("Il Мessaggero", Италия)

Масхадов - умеренный лидер, который хотел мира ("Le Figaro", Франция)

Россия и Чечня ("The International Herald Tribune", США)

Масхадов - талантливый военный, не устоявший перед исламистами ("The Times", Великобритания)

Масхадов - жертва российских и исламских радикалов ("The Guardian", Великобритания)

Масхадов ("Die Welt", Германия)

Смертельный враг Кремля ("Frankfurter Allgemeine Zeitung", Германия)

Москва ликвидирует президента чеченских сепаратистов ("Liberation", Франция)