И вот сам Зураб Церетели, в безупречном черном кожаном пальто с черным меховым воротником, держа изысканную золотую авторучку как небольшой скипетр, прогуливается на холодном ветру по пустынной оконечности полуострова, выдающегося в бухту Бейонн. Это место станет новым домом его последнего памятника.

А вот и Фрэнк Перуччи (Frank P. Perucci), президент Бейоннского комитета памяти жертв 11 сентября, который несколько месяцев назад пытался решить, какая часть 40 тыс. долларов, собранных его комитетом, пойдет на памятник жертвам терактов, а теперь размышляет о подарке Церетели - бронзовой башне высотой 100 футов и весом 175 тонн, окаймляющей 40-футовую стеклянную слезу.

Об этом ли думал Церетели (который играет такую же роль в российском искусстве, что и Доналд Трамп (Donald Trump) в американском градостроении), когда предложил воздвигнуть свой монумент на шумной набережной в центре Джерси-Сити? Вовсе нет. Впрочем, скульптор, чьи работы поклонники называют смелыми и устремленными вперед, а критики - помпезными и до абсурда огромными, уже сталкивался с подобным и ранее. А потому в четверг кругом были только улыбки относительно новых планов для мемориала, посвященного 'Борьбе против мирового терроризма'. Чиновники надеются завершить проект, который расположится на двух акрах парка, где раньше был военный океанский терминал Бейонна, к 11 сентября 2006 года. Эта территория расположена напротив Нью-йоркской гавани и включает в себя док для прогулочных судов. Здесь планируется строительство огромного жилого комплекса.

'Это невероятная удача, которая пришла буквально из ниоткуда, - заявил Перуччи. - Мы страшно счастливы и благодарим Бога за то, что это произошло. Мы все уже просто влюблены в него. У нас был только один вопрос - кто оплатит расходы, и они сказали: 'Не волнуйтесь, мы об этом позаботимся'. Разве может здесь что-то не получиться? Скажите, может?'

Когда мы в последний раз следили за сагой о гигантской слезе Церетели, все было не очень хорошо. Жители Джерси-Сити, который больше входит в орбиту Нью-Йорка, чем Бейонн, возражали против возведения монумента на центральной набережной.

Негативные оценки проекта и всего творчества скульптора множились. В январе городской совет фактически сказал ему: 'Спасибо, не надо'.

Казалось, что Церетели наткнулся на очередную стену. Среди его работ, вызывавших бурные споры, - гигантский памятник Петру Великому в Москве, который противники грозятся взорвать, и 30-этажная статуя Христофора Колумба, найти дом для которой не удается уже десять лет, а потому она медленно ржавеет в Пуэрто-Рико.

Однако 71-летний Церетели, чьи работы выставлены в штаб-квартире ООН в Нью-Йорке, в Москве, Лондоне, Риме, Севилье и Токио, обладает не только неутомимостью, но и отличными связями. По плану Б, Сьюзан Томасес (Susan Thomases), друг семьи Клинтонов и убежденная сторонница демократов, а также давняя подруга адвоката Церетели Эмили Мэдофф (Emily Madoff), обратилась к мэру Бейонна Джозефу Дории-младшему (Joseph V. Doria Jr.) с вопросом, не заинтересует ли его проект.

Дориа отдал его на рассмотрение комитету Перуччи, и вы и глазом не успели моргнуть, а история была сотворена - по крайней мере, будет, если все пройдет, как запланировано. По словам Дории, монумент будет виден кораблям, направляющимся в Нью-йоркскую гавань, так же, как и более известная статуя, подаренная Францией.

Церетели выразил сожаление по поводу смерти в мае прошлого года мэра Джерси-Сити Гленна Каннигема (Glenn D. Cunningham), покровительствовавшего проекту. Его кончина открыла двери для критики. ('Люди считали да Винчи сумасшедшим, - как-то сказал Каннингем. - Какой знаменитый художник не вызывает споров?')

Говоря через переводчика, своего внука Василия Церетели, исполнительного директора Московского музея современного искусства, скульптор заявил, что новое место нравится ему больше. А что касается споров, 'я всегда смотрю вперед и никогда не оглядываюсь'.

Однако прецеденты существуют, добавил он.

'Чтобы оценить искусство, нужно время, - указал Церетели. - Статую Свободы не хотели устанавливать много лет. То же самое было и с Эйфелевой башней. Ее критиковали многие знаменитые писатели. [То же] в Бразилии, в Рио-де-Жанейро, с гигантской статуей Христа. А теперь они стали символами. Без этих символов эти города уже невозможно представить'.

В Джерси-Сити, где многие считали памятник чересчур большим для выбранного места, даже если забыть о самом дизайне, большинство, похоже, довольно новым решением.

'Я не хочу портить Бейонну праздник, - говорит художник Леон Йост (Leon Yost), выступавший против установки памятника в Джерси-Сити. - Там он будет дальше в гавани. Возможно, с расстояния он не такой, если мне позволено использовать негативное слово, помпезный, как вблизи'.

По словам Перуччи, то, что было плохо для Джерси-Сити, отлично подходит Бейонну. 'Мы чрезвычайно довольны, - заявил он. - Знаете, я действительно думаю, что они просчитались. Если бы не смерть мэра Каннингема, памятник непременно стоял бы там. Думаю, проблема в том, что он слишком высокий. Некоторым жителям он загораживал вид на Нью-Йорк. Это единственное, что приходит мне на ум'.

____________________________________________________________

Спецархив ИноСМИ.Ru

Признание российского искусства ("The Washington Post", США)

Увидишь такое - и вправду заплачешь ("The Times", Великобритания)

Церетели: О его искусстве спорят от Москвы до Гудзона ("The Washington Post", США)